Призраки не умеют лгать
– Да? – она удивилась, но не встревожилась. – А по какому вопросу?
– Насчёт вашей соседки… – Псионник прищурился, проверяя окружающее девушку пространство. Слабенький отзвук хвостов еле улавливался. Девушка ещё молода и не успела обзавестись серьёзными блуждающими. При такой интенсивности излучения призраки навещают её не чаще, чем раз в полгода, практически безвредные, случаи служба контроля их даже не фиксирует.
– Теська, – рявкнули откуда-то из глубины коридора, и на приличной скорости оттуда вынырнула пожилая женщина. Низенькая, сухонькая, с короткими седыми волосами. Таких бабок в любом дворе с десяток, обычные склочницы и сплетницы, вот только у этой взгляд другой. Цепкий, колючий, запоминающий. Такой информатор ему бы не повредил.
– Ага, – торжествующе сказала девушка. – Вот, человек из органов. Пришёл-таки по твою душу. Теперь ты, старая колода, за все грехи ответишь.
Дмитрий переключил своё чутье на женщину. Лёгкие застарелые ароматы, без источника. Отрезанные хвосты. Она обращалась к специалистам, чтобы блуждающих обуздали. Процедура проводится, когда количество призраков переваливает за десятку, да и то, в порядке очереди. Многим она успела насолить, но это давно, свежих хвостов нет.
– Вы ко мне? – без каких-либо эмоций спросила бабка. – Тогда проходите.
– Нет. Вообще-то я по поводу другой вашей соседки.
Женщины переглянулись и уставились на него с одинаково недоумевающими лицами.
– Ни за что не поверю, что наша монашка во что-то вляпалась. Ошибочка вышла, – твердо сказала девушка.
Другая была более лаконична:
– Алленария… Что с ней? Ну–ка.
Демон позволил втянуть себя внутрь за куртку.
– Ничего страшного не случилось. Уличный воришка вырвал сумку. Алленария Артахова упала и повредила руку. Сейчас в больнице, – быстро озвучил Дмитрий заранее придуманную версию. – Сами понимаете, я обязан проверить. В сумке ведь много чего было, в том числе и ключи. Где её комната? Надо убедиться, что всё на месте.
– Ах, ты, – всплеснула руками Теська. – У меня вчера колечко золотое пропало, то-то я думаю…
– Замолчи, нужно кому твоё колечко, – шикнула бабка и пригласила. – Идите сюда.
– Нужно, – огрызнулась девушка. – Мне нужно.
Предвидя склоку, Дмитрий поспешил вмешаться:
– Это произошло сегодня. Вечером. Вчера ничего украсть не могли.
– Да и сегодня тоже, – недовольно проворчала бабка. – Я с обеда дома. Кроме Сёмы никто не приходил.
Дверь в комнату была не заперта, хотя врезной замок присутствовал.
– Так всегда? – спросил псионник. – Нараспашку?
– Да, – чётко ответила бабка. – Тут воров нет. Без спросу никто не войдёт.
Теська забурчала себе под нос что-то неразборчивое.
Маленькая комнатка, метров девять-десять, не больше. Клетушка, а не место для жилья. Узенький диванчик, комод, стол с компьютером, стул, стенная ниша, переделанная в шкаф, зеркало с полочками у двери. Правда, ремонт хороший, да и мебель не старая. Он бы через час здесь задохнулся – три шага в длину, два в ширину. Камера и то просторнее. Чего девчонка лицо кривила?
Женщины остановились в дверях, следя за каждым его движением. Дмитрий очень постарался, чтобы его действия не напоминали обыск. Перекладывал вещи аккуратно и быстро, не оставляя разрухи и беспорядка. Он же не опер, хотя их помощь как раз бы не помешала. В глазах соседей Лена должна остаться жертвой, а не подозреваемой. Работая механически, псионник сосредоточился на ощущениях. Люди пугаются, когда он застывает на минуту, словно прислушиваясь к чему-то, доступному ему одному. Оттуда и идут байки о страшных специалистах службы контроля.
Нужно взять пробы. Обязательно. Но и без анализа он знал, чувствовал тягучий свежий запах блуждающего. Сильного блуждающего, наполненного злобой и местью. Так же, как у кладбища. Призрак был здесь и не так давно. А вот слабенькая арома-ниточка, скорее всего, зарегистрированный хвост.
Дмитрий включил компьютер.
– Эээ… Зачем это? – удивилась Теська, а бабка подозрительно прищурила глаз.
– Надо проверить контакты, – ответил он, вызвав одинаковое недоумение на лицах. – Вдруг это сделал кто-то из знакомых? Обычная процедура, проверяем всех.
Поверять он, конечно, ничего не стал, просто скопировал информацию.
– В какой она больнице? – спросила пожилая женщина. – Я б родителям позвонила да вещи отнесла, ну, зубную щётку, тапочки.
Дмитрий ещё помнил взгляд, которым одарила его Алленария, когда он предложил отвести её в душ.
– Соберите, что нужно. Я сам отнесу. Мне сегодня ещё медицинское заключение забирать. Родителям уже сообщили, не беспокойтесь.
Из чужой квартиры псионник выбрался только через час. Больше всего времени занял разговор с бабкой, которая за каждым из соседей подозревала грех. За каждым, кроме Алленарии. Быстрее всех он снял показания с некого Семафора. Чтобы насладиться его молодецким храпом и запахом, хватило и трёх секунд.
Дмитрий закинул собранную женщиной сумку на заднее сиденье и повернул ключ зажигания. Подытожим. В материальном плане – пусто, в энергетическом – густо. Остались сущие пустяки – понять, что это всё значит.
Спать Дмитрий остался в кабинете. Он систематизировал данные, отрабатывал списки пропавших, искал любые пересечения с объектом. От монитора он оторвался в четвёртом часу утра, и ехать домой уже не имело смысла. Результатом усилий стали слезящиеся глаза, ломота в шее и полная пепельница растрёпанных, но не зажжённых сигарет. Сегодня он ни разу не сорвался. По делу – ничего. Никаких дельных мыслей в голову больше не приходило. Жёсткий кожаный диван с успехом заменил псионнику кровать. Не в первый раз. И не в последний.
Низкий гудящий звук разбудил псионника через два часа. Вибрирующий прямоугольник телефона тихонько подскакивал на столе, расцвечивая пространство голубоватым светом.
– Слушаю. – Отрывистые слова шершаво царапали сухое горло.
– Дима, у нас ЧП. – Голос Адаиса Петровича еле заметно дрогнул. – Нападение в Старом Палисаде. Жертвы в больнице. Сергий Матвеевич Артахов и Златорианна Ивановна Артахова. Дело передано нам.
– Черт! Когда?
– Три часа назад. Палисадские сработали оперативно, информация уже в базе данных. Подключайся.
Дмитрий с силой потёр глаза, заставляя их открыться.
– Мне нужны Алиса и Гош.
– Закрытая категория. Ситуация может выйти из-под контроля.
– Она уже вышла из-под контроля. – В голосе мужчины прозвучала злость, удивившая его самого. – Они тоже знают, что такое закрытая категория. Один я не справлюсь, просто не успею. К тому же я подключаю оперов.
– Нет.
– По слепой схеме, – псионник сделал ударение на слове «слепой». – Пусть ищут, разгребать всё равно нам.
Он сунул ноги в ботинки. Спать сегодня больше не придётся. На том конце провода молчали. Хорошо, уже не отказ.
– Я не могу отвечать за людей, если мне этого не дают, – поторопил специалист начальника.
– Делай, что хочешь. – Демон ясно представил себе, как старик устало махнул рукой. – Я пришлю ребят утром.
– Сейчас уже утро.
Машина загрузилась в считаные секунды. Свет он включать не стал, хоть глаза и резало от яркой картинки монитора. Ещё сильнее на псионнника давило чувство собственного просчёта. Что-то недоработал, не учёл, не понял, не поторопился. И пострадали люди. Вот она, реальность, в аляпистых, неприятных красках кадров, снятых на месте происшествия, в отчётах специалистов, в прогнозах врачей.
Кто мог предвидеть такой поворот событий? Переключение жертвы. Редкий случай, чтобы пересчитать инциденты, хватит пальцев одной руки. Он сам сталкивался с подобным один раз, ещё будучи стажёром. Каждый уважающий себя специалист исключает все варианты. Так почему же он даже не подумал об этом, не говоря о том, чтобы принять меры?
Потому, что поверил. Вопреки фактам поверил в невозможное, в невиновность жертвы. Он слишком привык доверять интуиции. А эта мышка с большими глазами обвела его вокруг пальца!