Пепел прошлого (СИ)
— Хорошо, но ты перестань думать, что наличие детей — это что-то малозначительное. — Лиза повернулась, остановив свой взгляд на мне.
Ее карие глаза блеснули чем-то незнакомым, болезненным. Одним движением она расплела свой строгий пучок, разбрасывая вьющиеся локоны по плечам. На лице теперь не было ни грамма косметики, длинные ресницы с выгоревшими кончиками светились от яркой подсветки, а мягкие губы чуть припухли от того, что она то и дело закусывала их перед тем, как что-то сказать. Именно это меня и бесило, я нутром чувствовал, как она просчитывает каждое слово, сказанное мне, но еще большему анализу подвергались мои слова. Я словно сидел за покерным столом. Приходилось смотреть на противника, оценивая его умение блефовать. А этой девчонке кто-то явно преподал хороший урок не пускать никого в ее светлую душу. Что-то запретно-тягучее окутывало меня, уютно заворачивая в опасную паутину. Остается один вопрос — кто это?
Возможно, Влад прав? Ей кто-то помог? Ведь довольно сложно покинуть страну, не оставив и следа. А, может, Влад знает? Кира могла ему рассказать то, чем делилась с ней Лиза.
— Я не хотела уходить, — на выдохе прошептала она, перехватив мою руку, когда я уже собрался вынырнуть из тяжелой духоты салоны на свежий воздух. — Слышишь?
— Ты думаешь, что мне стало легче?
— Нет?
— Нет…Теперь мне хочется убить того, кто помог тебе принять это решение….
****
— Ну, и к чему все это? — отец вошел в мой кабинет и обернулся, осматриваясь.
Просторный кабинет на предпоследнем этаже" Демидовского" пришлось выгрызать с боем, потому что кроме Кирилла и Никиты никто не поверил, что мне нужен собственный угол. Влад рассмеялся и, переглянувшись с Андреем, бросил мне связку ключей.
… -Там был кабинет главного архитектора, но теперь он ему больше не нужен, поэтому осваивайся. Там одна секретарша на два кабинета. Не подеретесь?
— Постараемся, — Никита чуть прищурился. — Только попробуй обидеть Миру и полетишь вниз головой с двадцать седьмого этажа. Усек?
— Оу… Да там семейный подряд? — рассмеялся я, перебирая пальцами ключи в кармане пиджака.
— Она решила поработать, пока я не найду хорошего помощника. Раз уж мы будем делить с тобой офис, то, может, ты поможешь? Потрясешь своих дружков?
— Договорились, партнер…
И, повторив движение отца, я крутанулся в кресле, осматривая чересчур светлый и пустой кабинет. Серая паркетная доска перетекала с пола на стену за главным столом. Витражные окна пропускали весь свет этого города. Казалось, что тяжелые тучи с не выпавшим снегом летят мимо, неслышно царапая стекла своими пышными боками.
— Что ты имеешь в виду? — я хотел было предложить отцу кофе, но вспомнил, что Мирослава уехала, бросив нас разбираться с бытовыми проблемами самостоятельно. Она любезно согласилась помочь мне обустроить кабинет. Вернее, она с радостью забрала мою карту и умчалась с работы, оставив Никиту одного. Именно поэтому мне пришлось опустить роль-ставни на стеклянной двери, потому что стало страшно наблюдать за его яростно-красным лицом.
— Зачем тебе кабинет? — он бросил кожаный портфель на стол и стал стягивать кашемировое пальто. — Сначала дом, в котором ты осел спустя столько лет скитаний по номерам отелей, а теперь и офис. А дальше что? Свадьба и дети?
— А ты против?
— Я не готов становиться дедушкой пока, думаю, что и мама не сильно обрадуется, когда ее громко начнут называть бабушкой.
— Хм, тогда напишите мне смс, когда можно будет жить? А то как-то не хочется вас расстраивать. Но если можно, то иногда вспоминайте, что мне уже скоро тридцать пять.
— Ох, ЧЕРТ! Мой сын вспомнил о том, что ему уже не двадцать! — отец театрально рассмеялся, схватившись за сердце, которое почему-то у него находилось справа. Хотя чему я удивляюсь? — А я все ждал. Все время жду! Сначала ждал, пока ты набренчишься на пианино и гитаре, затем ждал, пока ты напьешься. А теперь? Теперь, сын, чего от тебя ждать? Становится страшно…
-..потому что не знаешь, чего ожидать?
— Да.
— Поздравляю, папа, это называется взрослой жизнью, куда даже родителям вход запрещен.
— Ладно, это самое меньшее, что беспокоит нас с мамой. Мы не понимаем, почему ты ввязался в эту авантюру с клиникой?
— Мы уже говорили на эту тему, пап. Поэтому, если у тебя больше нет вопросов, то я поеду. Сегодня праздник Снеговиков. И я серьезно намерен победить!
— Черт, Максим! Ты понимаешь, что отворачиваешься от семьи, вкладывая деньги в бизнес, что никогда не будет принадлежать тебе?
— Да, пап. Я понимаю, что ты очень расстроен. Но боюсь, что тебе придется вернуться к себе домой без ничего. Ты бизнесмен с большим стажем, поэтому если хочешь расширить сеть своих отелей, то придется рассчитывать исключительно на собственный доход, а не на дедушкино наследство. Может, не стоит дважды в год реконструировать огромный замок, где вы живете с матерью вдвоем? Тогда, возможно, тебе больше не придется побираться у порога неблагодарного сына?
— Отец! — он откинул голову, театрально взывая к небесам. — Теперь-то ты видишь, что совершил чудовищную ошибку? Ты видишь, кому доверил все мои деньги!
— Мои деньги, пап. Теперь они мои, — я еле сдерживался, чтобы не перейти на крик. Поэтому молча открыл дверь, намекая на то, что разговор окончен.
— Мальчики? Чего сидим? — Мирослава столкнулась с моим отцом у лифта, откуда она выпорхнула, волоча за собой большую коробку. — Здрасьте, Сан Саныч. Пока, Сан Саныч.
Она нахмурила брови, а потом отмахнулась, словно прогоняя ненужные мысли:
— У нас сегодня великое событие. Предлагаю поделиться!
— Ну, чего ты таскаешь тяжести? Костя на посту не мог тебе помочь? — Никита почти перепрыгнул через стол, вырывая у Миры коробку.
— Да она легкая, там картины для кабинета нашего великого Боса!
— Ой, Мирослава, я умоляю тебя, давай воздержимся? Мне на сегодня хватит неприятных разговоров.
— Отлично, тогда едем? — она открыла шкаф, вытаскивая пальто Никиты. — Поделимся на женскую и мужскую команды!
— Я думал, что там участвуют только дети, — Влад, привыкший пренебрегать лифтами, вбежал в приемную через черный ход.
— Ага, а ты в курсе, что Мурашов и Кристина будут помогать своим племянникам? А они не живут на нашей улице! — Мирослава быстро закуталась в пушистый шарф. — Поедем на лифте, так быстрее! И Ивановы с центрального проспекта тоже решили проявить родительское рвение. Это ж поселок бизнесменов. Товарищи, вы действительно думали, что судьям придется оценивать покосившиеся снеговики размером с детскую игрушку? Я вас уверяю, что уже сейчас мы наткнемся на высоченные заготовки! Там никто не любит проигрывать.
— А критерии? — на следующем этаже вошел Андрей. — Условия есть? Высота, фундаментная база, оригинальность фасада?
— Этажность? — перебил Влад.
— Вы еще про уникальность строительного материала поинтересуйтесь, — рассмеялась Мира. — Это снеговики. Все, что вам нужно знать — они делаются из снега, ведра, морковки и других подножных материалов….
****
— Да вам капец! — кричала Мира, проводя пушистой варежкой по горлу. — Мы тренировались всю неделю. Вам нас не победить!
Девчонки стояли на противоположной стороне улицы, гневно размахивая руками.
— Использовать лопаты запрещено, слышите? — Кира топала ногой, наблюдая, как Андрюха и Никита нагребают огромные кучи снега. — Не загребайте снег с нашего переулка!
— Я уже тут, — Влад принес ведро воды. — Надеюсь, что это нам поможет?
— Должно сработать, — я помогал ногами сформировать рыхлый снег в видимость шара. — Как выглядит снеговик? Он принципиально должен быть такой сложной геометрической формы? Может, сделаем его треугольным? Кто был ответственным за сбор информации?
— Дядь, Вы и правда не знаете, как выглядит снеговик? — меня потянули за куртку.
— О, а ты кто?
— Иван Манилов, — парень поднял на меня взгляд карих глаз. — Меня выгнали из той команды. По-моему это притеснение по половому признаку.