Пепел прошлого (СИ)

— Не смотри на него, — шептал Дэн. — Сделай вид, что его не существует. Вы разные. Он чужой, слышишь? Он больше не мальчик-колокольчик с гитарой наперевес. Слышишь? Он чужой.
Дэн вновь и вновь твердил, что он чужой, пытаясь убедить не столько меня, сколько самого себя.
— Если мы чужие, то почему меня тянет к нему, как магнитом?
— Это недосказанность. Как только ты расскажешь ему, то все кончится. И если честно, то я жду того момента, чтобы ты поняла, что прошлое должно оставаться позади нас. Оно не должно вмешиваться в настоящее и уж тем более оказывать влияние на будущее. Лизи, не обманывай себя!
— Ужин готов! — весело прощебетала Кира, жестом приглашая за стол. А я выдохнула от облегчения, потому что пришлось отпустить руку бывшего. Услышала ли я что-то новое для себя? Нет. Все это уже пройдено. Все это я уже знаю.
Гости медленно направились в сторону столовой. Свет был приглушен и по каменным стенам весело бегали блики высоких белоснежных свечей. Тихий разговор и звонкое лязганье приборов по тарелкам, заглушаемые редкими смешками Андрея и Никиты. Только они вели себя, как обычно, не обращая внимания, на абсолютно не дружественную обстановку за столом. Хотелось сбежать, подхватив детей подмышку, но Дэн был прав, как никогда. Я не могу постоянно убегать, как воришка. Я не сделала ничего криминального. Если я и виновата, то только перед Максимом. И пора с этим разобраться.
Я гоняла лист салата по тарелке, не сводя глаз с Миры, сидящей напротив. Она недовольно хмурилась, так и не решаясь отправить в рот кусок мяса. Она ежилась и постоянно оборачивалась к мужу, словно искала помощи. Я чувствовала, что доставляю неудобство всем и каждому, практически кожей ощущала всю напряженность, но не могла сдвинуться с места. Ведь, тогда окажется, что я снова буду проигравшей….
— Мая Викторовна? — Кира привстала, чтобы посмотреть на пустую тарелку. А я тут же пожалела, что села рядом с подругой. Потому что затылком ощущала, что холод серых глаз теперь был устремлен в мою сторону.
— Кирочка, я никогда не позволяла себе кушать после полудня, собственно, и вам советую, — женщина сидела в белоснежном кресле вполоборота, направив взгляд серых глаз в окно. Длинные ногти ярко-алого цвета звонко ударяли по лакированной поверхности стола. Тонкие пальцы слегла сжимали высокую ножку бокала с мартини, где плавали несколько оливок. — Молодость так быстро проходит.
Женщина была так красива, что было просто невозможно оторваться от ее точеного профиля. Длинные волосы лежали просто идеально, чуть изгибаясь в волнах, они спадали на плечи аккуратными прядями. Четкие черные брови были чуть изогнуты, пышные длинные ресницы обрамляли светло-серые глаза, выделяя их неестественную холодную бледность, тонкий нос, пухлые губы, лишь слегка подкрашенные алой помадой. Она не шевелилась, лишь изредка подносила бокал к губам, иногда забывая сделать глоток. Настоящая снежная королева. Рядом с ней было так холодно и одиноко, что хотелось плакать. Но она терпеть не могла слезы. Любое проявление слабости вызывало в этой женщине нескрываемое чувство отвращения.
Я знала это. Я все прекрасно знала. Именно поэтому собрала себя в узел и растянулась в улыбке, когда она чуть повернув голову посмотрела на Киру, совершенно случайно зацепив меня, переводя свой ледяной взгляд по сидящим за столом гостям. Ни один мускул не дернулся, ни одна эмоция не отразилась во всем ее вальяжном виде. Она будто забыла обо мне, вычеркнув навсегда, как грязное пятно на своем шелковом костюме.
— Мам, — тихий бархатистый голос напротив выдернул меня из дымки мыслей. — Прекрати.
— Прекрасный дом, — Мая Викторовна медленно обвела взглядом просторный зал. — Высокие потолки, хороший материал, да и вид на озеро шикарный. Вот только что за дом на другой стороне озера? Как ты мог позволить строительство? Это же уродливое стеклянное здание портит весь нетронутый вид природы?
Я застыла, боясь посмотреть в сторону Никиты и Миры. Но громкий вздох прилетевший с другого конца стола заставив вновь обернуться в сторону женщины, испепеляющей своим холодом все эмоции в этой комнате.
 
— Да и территория маловата. Как ты мог не подумать о приемах? Здесь же не натянуть шатры, да и для летних навесов практически не останется места. Ты бывал в нашем поместье под Будапештом? Там безграничные зеленые поля и искусственный пруд с чистейшей водой. Весной у нас будет большой праздник, я попрошу свою помощницу прислать вам с Кирой приглашения.
— А я не устраиваю приемов, — Влад поцеловал руку жены, быстро метнувшуюся, чтобы остановить мужа от вмешательства в разговор, изначально не имеющего никакого смысла. Влад внимательно посмотрел на Макса, отчаянно терзающего кусок мяса. Он быстро орудовал серебряным ножом, чтобы побыстрее забить рот едой, спрятав трясущиеся от гнева желваки. — Я предпочитаю разграничивать семью и бизнес.
— Сынок, ты не прав.
Я вздрогнула услышав второй голос, от которого мне становилось плохо. Наивно рассчитывала, что сегодняшнему вечеру достаточно и одного персонажа. Но нет…
— Деловых партнеров всегда нужно держать близко. Они должны быть вхожи в семью, — Сан Саныч промокнул губы салфеткой и потянулся за сигаретами, отогнув идеально сшитый темно-синий пиджак.
— Здесь дети, — с набитым ртом прохрипел Макс, даже не подняв на отца глаза.
— Хм… — мужчина быстро сжал и снова расслабил кулаки, потянувшись к бутылке коньяка. — При тебе мы не ограничивали себя ни в чем.
— Но это не твои дети, — тихо ответил Макс, осушив бокал вина.
— Партнеры должны быть прозрачны, — Сан Саныч отвел рассеянный взгляд от сына. — Вот если бы я не знал вас, то никогда не вложился в потенциально провальный проект, когда вы нарвались на мошенников. Понимаешь, я бы никогда не дал вам денег.
Андрей подавился и стал громко кашлять, прикрывая рот салфеткой. Он побагровел и от былой веселости не осталось и следа. Бросив в сторону Влада неоднозначный взгляд, быстро встал.
— Простите, — прошептала Варя уводя мужа в кухню.
— И меня, — Никита поцеловал взволнованную Миру в макушку и вышел.
— Пап, ты не перегибай палку-то, — Макс отодвинул тарелку, словно лишился аппетита. Закрыл глаза и сделал глубокий выдох. — Это все равно не зависело только от тебя, да и, насколько мне известно, то ребята уже через год рассчиталась. Да? Или я ошибаюсь?
Макс достал сигарету и, чуть покрутив меж пальцев, отбросил.
— Ну, это не тема для праздничного ужина, — отец моментально растянулся в фарфоровой улыбке и сменил тему. — Я слышал у вас тут новый проект намечается? Из-за него мне пришлось отложить строительство нового отеля в Праге.
— Черт! — рассмеялся Макс, похлопав в ладоши. От его заливистого смеха даже Мая Викторовна оторвалась от завораживающего вида усиливающегося снегопада. — А я-то все голову ломаю, что тебя привело в Россию, да еще и зимой!
— Да, я привез тебе проект нового отеля, — почти шепотом заговорил мужчина, чуть наклонив голову. — И решительно намерен отговорить тебя от безумной идеи строительства какой-то больницы! Нужно сделать выбор.
— Сан Саныч, уж простите, но Вы сейчас у меня дома уводите одного из спонсоров, а проект уже запущен. Вот потом и подпускай партнеров близко, — рассмеялся Влад, но даже мне было понятно, что это был не смех, а громкий предупреждающий звук.
Сан Саныч улыбнулся вставшему из-за стола Владу, но вновь обернулся в сторону Макса.
— Ты так и не научился принимать правильные решения по вложению средств, сын. Давать деньги нужно тем, кто живет своим делом, кто дышит! А это все блажь…
Макс улыбнулся и, взяв отброшенную сигарету, резко обернулся в мою сторону.
— Да, я тоже так считаю. Владик, а ты не беспокойся, наши переговоры же продолжаются. Я, вообще думаю, может, сможем обойтись без кредитных займов? Есть спонсоры способные увеличить свою долю вливаний. Но, как бы сказать попроще… уговорить их нужно. Уболтать.
Даже детям бы было понятно, что последнюю фразу он говорит не Владу, а мне. Тело затряслось от накатывающего гнева. Только этот мужчина мог захватить меня в плен. Мог завладеть моими мыслями и эмоциями, оставаясь сидеть на противоположной стороне длинного стола.