Артур любит Ники (СИ)

А́ртур не уехал сразу, взглядом проводив Ники до самых дверей в шестой корпус. Люди в халатах тепло поприветствовали девушку и пошли вовнутрь. Последний из «делегации», вдруг посмотрел на А́ртура и, многозначительно кивнув ему, скрылся за дверью в лабораторный корпус.
«От этого дня зависит все, – подумал А́ртур. – Отступать некуда…».
Темно-серая «Декора» развернулась, стремительно набирая скорость в направлении мощных бронзовых ворот.
Ники шла вслед за людьми в белых халатах, накинутых поверх форменной одежде «ВизумБио». На вопрос Ники, как долго ей предстояло оставаться здесь, ответ: «Не менее восьми часов», на порядок ошеломил девушку.
Ники нахмурилась. Какие процедуры могут длиться восемь часов в век, когда машины за долю секунды сканируют человека на предмет всевозможных и даже «спящих» заболеваний, а за минуту устраняют последствия рваных ран, не оставляя от них и следа?
Задать закономерный вопрос у Ники не получилось. Женщина на высоком каблуке говорила без остановки о лаборатории, ее устройстве и правилах перемещения по территории.
Лаборатория напоминала гигантский ангар с выстроенными модульными блоками на территории, как лабиринт. На подобном довелось побывать два месяца назад на встрече с Алкеем.
По периметру поднимались четыре этажа открытых коридорных площадок. По обе стороны «ангара» лифты из тонкой стали и стекла. А сверху, над самым куполом была расположена огромная лаборатория с матовым белым полом.
Ники отвели в овальную комнату без окон, но с прозрачным стеклом вместо стены. Обзор выходил в коридоры лаборатории.
Женщина с приятным дружелюбным голосом попросила Ники занять любое свободное место и не оставляя возможности спросить о чем-либо, тут же развернулась на каблуках и покинула комнату.
Девушка робко осмотрелась.
Здесь она была не одна. В хаотично расставленных по периметру комнаты креслах удобно разместились парни и девушки примерно одного с Ники возраста – их четверо.
– Привет, – сказала Ники. Один за другим четверо лениво отозвались похожим приветствием, после чего снова обратили взгляды к телевизору на стене или к гаджетам в руках.
Ники села за свободное кресло, посмотрев на стекло: по огромной территории лаборатории ходили люди. Время от времени проносились проворные сегвейи, причем чаще без наездников, с закрепленным грузом вроде белого лабораторного бокса или кип бумаг.
Четверть часа после того, как в комнате появилась Ники, никто не проронил и слова. И вот…
– Кто-нибудь понимает, чего мы ждем? – нервно бросила девушка в оранжевой жилетке, поддавшись немного вперед в кресле.
– Тестирования, – вполне серьезно отозвался парень в двух креслах от нее. С неохотой оторвал взгляд от гаджет в руках, подняв глаза. Они были темно-фиолетовыми. Не линзы! А подсаженные ему в сетчатки глаз бессовестно дорогие нанороботы, что «подсвечивали» их в нужный цвет.
– Ты гениален, – с сарказмом отозвалась девушка в жилетке. Оглядела всех вокруг. – Я приехала еще три часа назад. Чего они тянут?
– Забей, – бросил парень.
– Нет, серьезно, – вмешалась девушка в кепке, с зачесанными на затылке в конский хвост длинными волосами. – Я Софи, кстати… Только меня смутила перспектива восьмичасового тестирования?
– Когда я хотел спросить об этом, меня вежливо заткнули, – отозвался парень с фиолетовыми глазами. – Дамочка не умолкала ни на секунду.
– Точно, – подтвердил парень рядом с ним. Протянул ладонь. – Я Ако.
– Гордей.
– Мина, – представилась девушка в жилетке.
– Ники. Мне тоже было любопытно про восемь часов, но мне и слова не дали сказать. Будто нарочно…
– Расслабьтесь, – почти лениво протянул Ако. – Лично я считаю, что выиграл джек-пот, оказавшись здесь. Восьмичасовой тест? Я не против. Готов ждать восемь часов и даже сутки, если потребуется, когда взамен мне предлагают двадцать лет.
– Двадцать лет? – вздернула козырек красной кепки Софи.
– Респект, – Гордей вытянул руку и Ако, с веселой ухмылкой ударил по его выставленной вверх ладони.
 
– Тебе не страшно вот так сразу на двадцать лет соглашаться? – понизив голос, спросила Мина.
– А чего бояться? – дружелюбно усмехнулся Ако.
– Вдруг тебе окажется не нужна такая долгая жизнь?
– Я просил пятьдесят, но это невозможно. Предельный максимум, который пока что может дать «ВизумБио» двадцать лет. А к концу этого срока дадут хоть сто, если захочу.
– Они так могут? – поразилась Софи.
– Скоро в этом мире не останется ничего невозможного, – философски заключила Мина, откинувшись на спинку кресла.
В комнате снова возникла тишина.
Оборонительные объекты гигантского мегаполиса находились под защитой трех мощных структур: полицейская система «Гранд», управляемая Департаментом обороны система «Сектор» и «Внутренний сектор».
Когда все три ступени защиты были сняты, люди Алкея беспрепятственно запустили в систему боевых машин новый протокол обороны. И боевое чудовище города отныне подчинялось Алкею...
Утро начиналось как обычно. Город лениво просыпался на фоне оранжевой полоски восходящего солнца, приступали к работе бутики, салоны и офисы. На дорогах выстраивались привычные пробки. Люди вокруг занимались обычными делами. Ну а сам А́ртур в это утро отвез Ники в корпус шесть «ВизумБио»…
Все изменилось после полудня, когда двадцать миллионов бело-оранжевых дронов гигантской темной тучей возникли над городом, закрыв собой свет яркого дневного солнца.
Люди в недоумении выходили из машин, выглядывали из окон квартир и магазинов, задрав вверх подбородки.
Когда дроны застыли в воздухе перед окнами Управления защиты порядка, работа во всех офисах здания прекратилась. Стражи порядка один за другим поднимались с рабочих мест, настороженно глядя на дронов, чьи пулеметы были направлены точно в окна.
Люди медленно и осторожно отступали назад, выбираясь к толстым бетонным стенам лестничных площадок. Тем, кто пытался воспользоваться выходами или на автомобиле выбраться через подземную парковку им путь преграждали человекоподобные роботы – мощные стальные машины много крупнее обычного человека, состояли из гладкого прочного металла, были быстры и очень опасны. Обычное городское оружие против роботов бесполезно, поэтому на требование машин сложить оружие, стражи порядка ответили беспрекословным подчинением.
Стражей порядка собрали на первом этаже управления.
– А́ртур Визум, – по-военному прогремела одна из выступивших вперед человекоподобных машин на парадных дверях управления.
Люди тихонько зашептались, робко обмениваясь недоуменными взглядами. Через некоторое время машина снова издала:
– А́ртур Визум.
Далеко за холлом из глубины модульных перегородок сквозь толпу растерянных людей пробирался А́ртур.
Дроны висели в воздухе перед окнами. Человекоподобные роботы неподвижно стояли в ряд перед выходом из управления.
А́ртур выступил вперед, подняв глаза к роботу перед собой.
– А́ртур Визум, – назвался он, и робот пришел в движение, заставив близстоящих людей пугливо отшатнуться назад.
А́ртур не дрогнул. Машина припустила гладкую как яйцо железную голову, красная полоска на месте глаз сверкнула зеленым.
– А́ртур Визум назначен на должность руководителя Управления защиты порядка города. Прежний руководитель снят с должности. Команда К8 в составе ста двадцати роботов и пятиста восьмидесяти боевых дронов переходят в управление А́ртура…
– Что это значит? – возмутился вдруг выступивший из толпы руководитель Ли. Роботы резко обратили к нему железные головы, но не сдвинулись с места. Зеленые полоски на боевых машинах сверкнули красным.
 
– Нет, – приказал А́ртур, и роботы вернулись в исходное состояние.
Вперед осторожно вышла Хант, настроенная не так решительно как Ли.
– А́ртур, вы можете что-нибудь объяснить?
А́ртур обратил взгляд к толпе. Роботы неподвижными остались стоять позади него.