Олег Верстовский — охотник за призраками (СИ)

— Обязательно схожу. Спасибо. Хотел также осмотреть ваш старинный маяк. Говорят, с ним связана легенда о призраках. Мне хотелось собрать информацию. Вы что-то знаете об этом? О погибших рыбаках?
Екатерина замешкалась, отвела глаза и через паузу пробормотала:
— Да, я слышала об этом. Правда, немного. И не уверена, что это правда. Вы можете посмотреть в архивах нашей библиотеки.
— В городской библиотеке есть материалы двухсотлетней давности? — изумился я.
— Да, в нашем городе проживал человек, который собирал материалы об истории этой местности. После его смерти все было передано в библиотеку.
— Но такие редкости вряд ли мне предоставят, — засомневался я.
— Сергей, ты не мог бы позвонить директору библиотеки и попросить? — сказала Екатерина, и пояснила: мой муж — директор лицея.
Сергей метнул взгляд, и хмуро пробурчал:
— Хорошо, я постараюсь.
После завтрака я отправился осматривать дом, несмотря на косые взгляды, которые бросал на меня глава семейства. Таскался за мной следом, как тень. Я все время натыкался на него, а он делал вид, что оказался здесь совершенно случайно.
Дом состоял из двух этажей, погреба и чердака. На нижнем уровне располагалась кухня, спальня хозяев, комнаты для детей, и широкая терраса. На верхнем этаже находились комнаты для гостей, в одной из которых меня и поселили. В коридоре, куда выходили двери комнат, имелся выход на балкон, откуда открывался дивный вид на город.
Я попытался простучать стены, не заставленные мебелью. Но, несмотря на то, что их толщина вызывала подозрительность, не смог найти ничего, что свидетельствовало бы о том, что там есть потайной ход.
В подвале весь пол был завален ржавыми железяками. К одной из стен примыкал стеллаж, на полках которого тоже валялась куча барахла. За ним я обнаружил металлическую дверь. Плотно закрытую. Просить открыть её Сергея, и так настроенного ко мне враждебно, я не стал. Впрочем, скорее всего этой дверью никто не пользовался. Отодвигать стеллаж каждый раз было бы затруднительно.
На чердаке обнаружил массу антикварной мебели: сервант, секретер на гнутых ножках с резными, декоративными вставками. Из порванной в нескольких местах обивки кресла из светло-серого, блестящего шелка в розочках торчали пружины и набивка. Почему хозяева не выкинули этот хлам? Может быть, хранят, как память о дяде.
Слуховое окно выходило на глухой двор с сараем, ворота которого закрывала массивная, стальная балка с огромным амбарным замком. Я спустился вниз и попытался заглянуть в маленькие окошки.
— И что вы здесь-то рыщете? — услышал я грубый голос.
Глава семьи стоял за моей спиной, его лицо выражало нескрываемое раздражение.
— Я уже сказал, хочу все осмотреть, — как можно любезнее объяснил я.
— И что вы здесь собираетесь найти? Подземный ход в Китай? — издевательски спросил он. — Не суйте нос не в своё дело. Так будет лучше для вас.
— Если бы я не совал нос, никогда не смог бы найти интересный материал.
— Вот в этом и все дело! Для вас главное — найти сенсационный материал! Устроить скандал! Вот за что, я ненавижу журналистов, — прошипел он мне прямо в лицо.
— Думаю, вы не одиноки в своих чувствах. Но в истории, которую рассказала ваша жена, не было ничего сенсационного. Слышал рассказы и похлеще. Меня подкупила искренность и обеспокоенность вашей жены за семью. Именно поэтому я приехал. Чтобы помочь. У меня большой опыт борьбы с этой чертовщиной.
— Мы сами прекрасно справимся, — он зло сощурился. — И будет гораздо лучше, если вы соберёте ваши манатки и поскорее уберётесь отсюда!
— Это приказ или предложение? — уточнил я спокойно.
— Пока предложение. Вы знаете, как называется это место?
— Знаю. Бухта мертвецов.
— Вот именно! И если вы не уберётесь отсюда, то вскоре пополните их ряды.
— Если уеду после таких красочных запугиваний, то буду последним идиотом, — проронил я саркастически. — Теперь я просто обязан выяснить, что же мне так сильно угрожает.
Сергей презрительно хмыкнул и удалился.
 
Я вернулся в дом, зашёл на кухню и увидел Екатерину, которая что-то готовила на плите.
— Что-нибудь нашли? — вежливо поинтересовалась она, помешивая деревянной ложкой в кастрюле, из которой восхитительно пахло.
— Нет, — ответил я, сел за стол и начал задумчиво крутить в руках солонку. — Скажите, Екатерина Павловна, может мне уехать? Или снять комнату в городе? Ваш муж не очень доволен, что я живу у вас.
Она резко обернулась.
— Олег, этот дом принадлежит мне, — жёстко сказала она. — Я получила его в наследство от дяди. Я позвала вас сюда, а не мой муж.
— Тогда… Может быть, никаких приведений-то и нет? — вдруг сказал я, изучая пристально лицо собеседницы.
— Есть. Вы их увидите, — она горько усмехнулась моему недоверию. — Когда это началось, то походило на детские шалости. Мы думали, Вадик балуется. Но Сергей почему-то очень испугался. Стал уговаривать меня уехать из этого дома. Даже из города. Хочу понять, что так напугало его. И если понадобится, заплачу вам за расследование. Все, что в моих силах.
— В этом не никакой необходимости. Я сам заинтересовался. И знает, просто обязан раскрыть эту тайну. Вы пытались узнать у мужа, чем он так встревожен?
— Да, пару раз заводила разговор, но он отвечал уклончиво. Объяснял, что просто боится за нас.
Я вздохнул, копаться в прошлом главы семейства сильно не хотелось. Но, видимо, разгадка этой тайны скрывалась именно в этом.
— Вы не возражаете, если я в город съезжу? Хочу посмотреть маяк, дендрарий.
— Конечно-конечно. Но обязательно возвращайтесь к обеду. Будет жаркое из свинины и борщ.
— Вряд ли успею, — сказал я с искренним сожалением. — Пообедаю в городе. Скажите, на каком транспорте я могу добраться до берега?
— Лучше всего на трамвае «Т», это круговой маршрут, по всему городу. Можете увидеть все достопримечательности и попадёте как раз к заливу. Десять минут ходьбы от остановки.
Я поднялся в комнату, сложил в кофр фотокамеру, пару объективов, вспышку и через десять минут уже стоял на трамвайной остановке. Великолепная погода, ясное, нежаркое утро, чистый, прозрачный воздух делал предметы удивительно чёткими и резкими. Разносились волны ароматов цветущих каштанов и лип. Я услышал издалека перезвон и через пару минут рядом остановился голубой трамвайчик. В салоне затерялось всего несколько пассажиров, несмотря на курортный сезон, туристов действительно было очень мало.
Усевшись у окна, стал рассматривать пейзаж: белые домики, стройные ряды кипарисов, столбы с объявлениями. Люди входили и выходили. Краем глаза заметил нового пассажира, который явно выделялся своей оригинальностью — широкоплечий, коренастый, бледное лицо, окладистая борода, растрёпанные волосы цвета воронового крыла, пронзительные, близко посаженные глаза под кустистыми бровями, чёрная рубаха, сверху кожаный жилет. Он вошёл в салон, огляделся и тут же решительно направился ко мне. Устроившись напротив, важно спросил глухим басом:
— Не боишься?
— Кого? Тебя что ли? — я бросил на него насмешливый взгляд.
— Меня? Меня, зачем бояться-то? Судьбы! Знаешь, что тебя ждёт впереди? Тебе предстоят страшные испытания. Ты должен сделать правильный выбор, чтобы остаться в живых!
— Тебя Колесников послал?
— Кто? — он свёл вместе щетинистые брови.
— Сергей Колесников. Директор школы… тьфу, то есть лицея.
— Не знаю никакого Колесникова, — бросил он. — Ты летишь в пропасть, — продолжил он.
— Ясновидец, — протянул я саркастически. — Ладно, я лечу в пропасть, а ты вылетаешь на следующей остановке. Этого хватит на бутылку? — я вытащил из кармана две сотни.
 
Его лицо перекривилось, и он брезгливо отвёл глаза. Потом вновь повернулся, мурашки побежали по коже, когда увидел его безумный, пристальный взгляд, просвечивающий меня насквозь.
— Каждый человек в какой-то момент жизни оказывается на распутье. И выбирает дальнейший путь. И от того, что он выберет, зависит не только, как пойдёт его жизнь дальше. Он может выбрать путь, в конце которого его будет поджидать смерть, прямо за поворотом.