Олег Верстовский — охотник за призраками (СИ)
— Но ведь так редко бывает, чтобы человек был одновременно умён и красив, — согласился Денис Викторович. — Метод сообщающихся сосудов. Если в одном месте убывает, в другом — пребывает. В сущности, люди опасаются и того, и другого. И слишком умных, и слишком уродливых людей. И совершенно напрасно.
Утомительный вечер вымотал мне всю душу. Когда мы с Дарси поднялись в спальню, я уже был на взводе. И надо же Дарси захотелось ещё сильнее позлить меня!
— Олег, куда ты уезжал? — спросила она.
— Какое тебе дело? — буркнул я, снимая часы и бросая в ящик стола.
— Олег! Я волновалась. Ты исчез, и мне пришлось из кожи вон лезть, чтобы тебя прикрыть!
— Ой-ой-ой, мне тебе было тяжело, — передразнивая ее, проговорил я. — Бедная, так намучилась.
Дарси взглянула на меня так, будто я превратился в дракона. Или в немыслимое, отвратительное существо.
— Я не понимаю, что с тобой произошло, — произнесла она с горечью. — Ты так изменился. На себя не похож стал. Будто тебя подменили.
Дурацкая легенда о подменённых в колыбели детях напомнила о беременности Дарси. Это разъярило меня. Придётся тратиться на маленькое существо. Совершенно бесполезное. На кой черт мне вообще ребёнок? Одни хлопоты. Будет орать по ночам, мешать спать. О сексе придётся надолго забыть. На год, а то и дольше. Вначале Дарси будет носить ребёнка, её будет тошнить, станет плаксивой, раздражительной. Потом будет заботиться о ребёнке, ей совсем будет не до меня. Весь дом провоняет использованными памперсами. Да, развод — лучший выход из этого положения.
— Дарси, мне надоели твои претензии, — откровенно сказал я, садясь на кровать. — Давай разведёмся. Действительно. Мне кажется, наш брак был ошибкой.
Она побледнела, её губы задрожали. Испугалась. Ну как же, я брошу её, беременную на произвол судьбы. Она подошла ближе и тихо спросила:
— Олег, хочешь, я сделаю аборт? Может быть, так будет лучше?
— Дарси, мне плевать, сделаешь ты аборт или нет. Это твоё личное дело. Тебе решать, нужен тебе ребёнок или нет.
— А тебе не нужен? — совсем тихо, одними губами, спросила Дарси, глаза наполнились слезами. — Или тебе вообще уже ничего не нужно? И я тоже?
Господи, она будет рыдать, умолять меня остаться. Я аккуратно повесил смокинг в шкаф и ушёл в ванную, хлопнув дверью. Выяснять отношения мне жутко не хотелось. Когда я вернулся, Дарси уже лежала в кровати, отвернувшись к стене. Я залез под одеяло, ощущая ледяной холод. Мы стали совсем чужими людьми. Но тут же отвлёкся и мысленно улыбнулся. Мои поиски почти увенчались успехом. Осталось совсем чуть-чуть. И сенсационный материал будет готов. Только как все-таки выбраться из этой проклятой Долины? Дарси! Это она мешает мне уехать отсюда!
7
Утром я встал с головной болью. С Дарси мы не разговаривали. Лишь после завтрака она тихо спросила меня:
— Олег, ты отвезёшь меня на этюды?
— А сама ты не в состоянии дойти? Тут два шага, — ответил я грубо. — Не надорвёшься. Если плохо чувствуешь себя — сиди дома.
Она не стала спорить, только сжалась в комок, будто я дал ей пощёчину, не задавала вопросов и ничего не просила. Я решила вновь отправиться к главной пещере. Взял одну из коллекционных машин Фёдора Николаевича. Не доезжая до пещеры метров триста, я приглядел неприметные кусты и загнал туда тачку. Обошёл частокол, попытался найти хоть какую-то щель. На этот раз все было глухо заперто. Я решил, как обычно воспользоваться деревом, чтобы проникнуть в закрытое место. Заметив развесистую ольху с массивным стволом с толстыми ветвями, быстро забрался на нижний сук и перебрался повыше. Заглянув за частокол, я увидел, что там происходит какое-то движение. Из палатки выходили рабочие с ящиками, мешками. Открылись ворота, люди в рабочих комбинезонах вынесли длинный, узкий ящик и понесли куда-то вглубь леса. Я приник к биноклю. Где-то в метрах ста они остановились. Прошло четверть часа, парни вернулись с пустыми руками к воротам. Я аккуратно спрыгнул с дерева и отправился туда, где только что возились рабочие. Перед глазами раскинулась просторная поляна с тёмным прямоугольником свежей земли, немного присыпанным листьями и ветками. Вооружившись палкой, я быстро раскопал яму, чтобы добраться до ящика. Крышка слетела, я заглянул внутрь и меня чуть не вырвало. Ящик был забит костями, скалившими зубы черепами. У меня уже не оставалось сомнений, это останки людей. Я восстановил могилу и огляделся. Всю поляну занимали такие же ямы, только менее свежие. Я пожалел, что не захватил с собой мощную зеркалку, она была слишком тяжёлой, а мыльницы не хватило, чтобы запечатлеть эту живописную картину целиком. Я нашёл машину и вернулся домой.
— Олег Николаевич, Фёдор Николаевич хочет поговорить с вами, — услышал я голос надменной дамы, Софьи Леопольдовны, домоправительницы хозяина.
Он ждал меня в кабинете.
— Садитесь, Олег. У меня к вам предложение. Деловое.
— Я весь внимание, — ответил я.
— Вам понравилась аппаратура, которую вам предоставили? — поинтересовался он.
— Да, конечно. Просто класс.
— Замечательно. Вы можете забрать её с собой. Мой шофёр отвезёт вас на станцию, откуда вы сможете уехать в Москву или куда пожелаете.
— А что я должен сделать? — спросил я удивлённо.
— Никогда не интересоваться судьбой вашей жены, — коротко ответил он.
Я глубоко задумался. Фёдор Николаевич, видимо, увидел мои сомнения.
— Я предлагаю вам ещё и это, — произнёс он, доставая из-под стола серебристый, плоский чемоданчик.
Я подошёл ближе. Он щёлкнул замками, и я увидел выложенные рядами аккуратные пачки денег.
— Олег, вы устали от Дарси. Вам придётся платить ей алименты, когда вы разведётесь с ней. Ненужные траты.
— Вы её убьёте? — осторожно спросил я, вспомнив белеющие в ящике черепа.
— Это не имеет значения, — ответил он холодно.
— А почему вам тогда не убить меня? — удивился я. — Зачем тратиться?
— Потому что вы мне понравились, Олег, — пояснил он. — Я уверен, что тайна Долины троллей останется между нами. В сущности, вам никто не поверит. Ну что, вы согласны?
Я облизал губы от волнения. Предложение чрезвычайно заманчиво. Я избавлюсь от надоевшей жены и получу немалые деньги.
— Хорошо, я согласен, — сказал, наконец, я, после минутных раздумий.
— Прекрасно. Собирайтесь. Борис вас ждёт.
Я поднялся в спальню, собрал вещи. На кровати валялся небрежно брошенный атласный розовый халатик Дарси. На стуле висело темно-синее платье, в котором она была на вечере. На столике осталась косметика, губная помада, духи. Вот и все. Подумал я. Я свободен, обладаю сенсационным материалом. И огромной кучей денег. Я спустился вниз. У крыльца стояла машина, за рулём сидел Борис в кожаной куртке, очках. Он помог мне уложить вещи в багажник.
— Я должен завязать вам глаза, — произнёс он, доставая чёрную повязку.
Я постарался сдвинуть голову так, чтобы внизу осталась крошечная полоска, через которую я мог наблюдать, где мы едем. К моему сильнейшему удивлению я увидел, как машина на полной скорости подъезжает к скале. И проходит через неё, как нож сквозь масло. А я не мог догадаться о такой простой вещи! Когда машина остановилась. Борис снял мне повязку, и я увидел впереди станцию с возвышающимся на ней зданием вокзала с высокими арочными окнами и лепниной на фасаде. Подхватив чемоданы, я направился к перрону. Куплю билет и поминай, как звали. До прихода поезда оказалось уйма времени, я решил поработать. Сел с ноутбуком в зале ожидания и начал рассматривать фотографии, чтобы отобрать для статьи. И вдруг наткнулся на снимки Дарси. Много снимков. Я хотел тут же закрыть директорию, но какая-то неодолимая сила заставила меня смотреть.
— Олег, ну отпусти. На нас все смотрят! — услышал я чей-то звонкий голос.
Я вздрогнул, резко обернулся и увидел молодого человека, который обнимал хрупкую девушку с длинными, светлыми волосами. Девушка мелодично рассмеялась, будто зазвенело тысячи колокольчиков. Точь-в-точь как Дарси. «Олежек, я подарю тебе железную дорогу, когда вернёмся». «Я хотела сделать тебе сюрприз! Кого ты хочешь — мальчика или девочку?» Я слышал голос Дарси, ее смех. Со дна души поднялась тоска, будто вода, хлынувшая из пробоин в бортах корабля, постепенно заполняя душу. Перехватило горло, острая боль пронзила сердце. Я обменял мою дорогую крошку и будущего малыша на кучу барахла?! Черт! Бросив взгляд в окно, я увидел прогуливающихся парой по перрону милиционеров и уже решил броситься к ним, чтобы все рассказать. Но тут же представил, как они будут хохотать. Встречи с ментами всегда кончались для меня лишь унижением. Я быстро скопировал фотографии и мои заметки на диски. Подлетел к стойке для отправки почты и отослал в Москву. Себе и в редакцию к Крокодилу. Вышел из здания, осторожно огляделся, и заметил нечто весьма полезное — потрёпанную тачку, «Жигули» десятилетней давности, спокойно подошёл к ней, осторожно вскрыл дверь. Прислушался. Сигнализация не взвыла. Я забрался на сидение, порвал проводки у замка зажигания. Я гнал несчастную тачку, будто на Формуле 1. Лесные заросли по краям дороги слились в одну, неразличимую массу. Летел на всех парах на свидание к дьяволу, которому продал душу. Показался тайный вход в Долину. Бросив тачку, я решительно направился к особняку. Взлетел на второй этаж, распахнул дверь в кабинет. Уверенным шагом я подошёл к письменному столу, за которым сидел хозяин, и выложил на него кейс с деньгами и подаренное барахло.