Зима волка (ЛП)

Одним рывком он оказался на ней, гораздо тяжелее Зеба. Она была скользкой и готовой, когда его член вошел в нее, и с каждым толчком он становился все толще, пока почти не стал больше, чем она могла выдержать. Его передние лапы прижимали ее, когда он врезался в нее, и ее голова кружилась от радости, что ее взяли, что она желанна.
Боже, она так сильно любила их обоих.
Его зубы сомкнулись на ее загривке, посылая дрожь по ее спине. Потом все расплылось, и она снова стала человеком.
Ее руки сияли белым в лунном свете. Она увидела загорелое мощное предплечье Шея рядом со своим на секунду, прежде чем он схватил ее за бедра. Он приподнял ее выше, прижимая к себе, и она задохнулась от этого ощущения.
Ее руки стали резиновыми, и она опустилась на локти, когда его ритмичное покачивание охватило ее тело. Давление внутри нее росло все больше и больше, пока она не взорвалась сокрушительным взрывом, посылая удовольствие струиться по ее венам, как будто она впитала сам лунный свет.
Пока она тяжело дышала, руки Шея болезненно сжались, и он сделал глубокий и сильный толчок. Он кончил с низким рычанием, которое сменилось на песню любви, когда его лоб прислонился к ее спине.
— Tha gaol agam ort, волчонок. — Он встал и поднял ее на ноги. Обхватив ее руками, он прижал ее к себе. В своих обычных объятиях он ласкал ее задницу и напористо целовал. С довольным вздохом он передал ее Зебу.
После того, как Зеб закончил целовать ее, он убрал ее мокрые от пота волосы со лба. Его зубы блеснули белым на его смуглом лице.
— Ты выглядишь сбитой с толку, маленькая женщина. — Кто, я? Она вздрогнула при воспоминании о лапах на ее пушистых плечах, о запахе…
— Мы были волками. Я имею в виду, мы занимались любовью и…
Когда Шей уткнулся носом в ее шею, Зеб провел костяшками пальцев по ее щеке и сказал:
— Под луной Матери, связанные узами оборотни одного вида, могут спариваться в обеих формах.
— Это еще одно благословение Матери. — Шей посмотрел на луну, едва показавшуюся над вершинами гор. — Давайте споем ей. — Он обернулся, встряхнулся и подошел к краю холма над лугом. Зеб встал рядом с ним, темный мех рядом со светлым, а затем Бри.
Шей трижды гавкнул, задрал нос и издал долгий одинокий вой. Зеб присоединился к нему, его вой был ниже и грубее. Затем Бри добавила свой, и их голоса слились воедино, наполнив долину примитивной мелодией, столь же прекрасной, как мир вокруг них.
Они пели до тех пор, пока последние отблески лунного света не исчезли с горных вершин.
  
Глава 40
 
Колд-Крик, Территория Северных Каскадов
Их путешествие подошло к концу и пришло время возвращаться обратно. Не желая расставаться, они все забрались в грузовик Шея. Пока тот вел машину, Зеб смотрел в лобовое стекло, стараясь не обращать внимания на боль в груди. Деревья по обе стороны дороги проносились мимо, слишком быстро, на его взгляд. Приближая их к концу. Над головой солнце пробилось сквозь утренние дождевые тучи, как луч надежды. Луч надежды. Зеб фыркнул. Если бы.
Бри села между ним и Шеем, и в ее глазах блестели слезы. Зеб взял ее за руку и нежно сжал.
Прошлой ночью они пересекли территорию Калума. Приветствие от Херне и Матери, которое получает каждый оборотень, возвращаясь на свою родную территорию, было мучительно сильным. Хотя лес Олимпик был прекрасен, все внутри Зеба вибрировало от осознания того, что территория Северных Каскадов была его домом.
Бри не была готова — черт, он тоже. Возвращаясь домой, он никогда раньше не испытывал такого чувства.
Она плакала. Его милая женщина, которая сталкивается с трудностями с высоко поднятой головой, плакала так сильно, что это разбивало ему сердце. У нее никогда не было дома — и она знала, что и у них тоже. Она страдала из-за чувства утраты и своей вины за них. В итоге они разбили лагерь прямо там, в лесу.
Несомненно, Калум почувствовал, что они вторглись на его территорию, но Бри этого не знала, иначе она бы нервничала еще сильнее.
 
По крайней мере, Козантир не послал кахира выследить их прошлой ночью. Зеб не был уверен, почувствовал ли он облегчение или нет.
Шей положил руку Бри на колено.
— Мы поговорим с Козантиром, затем соберем вещи и уедем. Быстро и легко.
— Конечно. — Ее подбородок вздернулся, как будто она покидала не первый дом, который знала.
Губы Зеба сжались. Нечестно. Она не сделала ничего плохого. Но выбора не было.
— Мы будем вместе, — грубо сказал он.
— Спасибо Матери за это, — пробормотала Бри.
— Наконец-то разобралась со своими Богами? — радостно спросил Шей.
— Да, ну, после прошлой недели, ее трудно отрицать. — Шей проехал через Колд-Крик и свернул на главную улицу. — Ой-ой.
Две козлы для пилки дров перегородили улицу у закусочной Энджи. Сбоку была припаркована машина шерифа, к которой прислонился Алек. Люди — в основном оборотни — выстроились вдоль тротуаров.
Перед козлами, в одиночестве посреди улицы, Козантир ждал, скрестив руки на груди.
— Похоже, нас ждут, — пробормотал Зеб. Его внутренности сжались. Они с Шеем заверили Бри, что Калум не бросит их замертво на месте, но у Козантира была власть и право, если он решит это сделать.
— Похоже на средневековую виселицу. — Нахмурившись, Шей припарковался на обочине. Он подарил Бри долгий поцелуй, прежде чем выйти.
Зеб сделал то же самое. Прежде чем закрыть дверь, он провел костяшками пальцев по мягкой щеке Бри, желая прикоснуться к ней в последний раз. Так, на всякий случай. Затем он взял ее за подбородок.
— Оставайся здесь. Не выходи из грузовика. — Независимо от того, что ты увидишь.
Он догнал Шея, затем плечом к плечу они подошли к Козантиру. В его глазах была чернота Бога, и Зеб почувствовал, как его сердце пропустило удар.
Калум посмотрел за них, и его брови зловеще сошлись на переносице.
— Ты сказал ей, чтобы она оставалась в грузовике? — От страха у Зеба скрутило живот. Планировал ли Козантир наказать и ее? Он сглотнул. Избивай меня, убей меня, не трогай Бри.
— Да. Козантир, пожалуйста… — Козантир слабо улыбнулся.
— Так не пойдёт. — Секунду спустя он услышал топот шагов, а затем Брианна протолкнулась между ним и Шеем. — Кал… Козантир. Это была моя вина, что они ушли, все по моей вине, так что если тебе нужно кого-то убить, это должна быть я.
— Действительно.
Черт, все шло не очень хорошо. Бри вздрогнула, когда глаза Калума, черные, без единого проблеска света, поймали ее взгляд. Сила в нем была подобна раскату грома в ее костях.
— Люди видели вас?
— Только в человеческом обличье, чтобы предупредить их об убийце в том районе, — ответил Шей. — Мы вообще не трансформировались. — Черный пристальный взгляд блуждал по их телам, задержавшись на руке Зеба, хотя его рукав прикрывал рану.
— Адская гончая?
— Мертва. Мы оставили его тело в квартире Бри, — сказал Зеб.
— Мы начисто вытерли ее револьвер и выбросили его в Пьюджет-Саунд, — добавил Шей. — Люди могут быть сбиты с толку, но ничто не укажет на Даонаинов.
— Козантир, — сказала Бри. Парни заверили ее, что с ними все будет в порядке, но она могла сказать, что Козантир заставит их заплатить. Она должна вывести отсюда своих мужчин. — Мне пришлось вернуться. Он убивал моих соседей, пока искал меня. — Она выставила руки перед своими мужчинами, как будто могла помешать ему причинить им боль. — Зеб и Шей просто пытались уберечь меня. Это не их вина.
Выражение его лица не изменилось. Она никогда не представляла, каким холодным может быть его лицо.
 
— Брианна. Поскольку твои действия не разоблачали существования Даонаинов, и поскольку ты новый оборотень, ты прощена.
Она почувствовала, как мужчины расслабились, и знала, что эти болваны беспокоятся не за себя, а только за нее.
— Спасибо, Козантир, — сказал Шей, и Зеб вторил ему. Благодарность в их голосах заставила ее зарычать. Они шагнули вперед, прикрывая Бри собой, как будто боялись, что он передумает.