Зима волка (ЛП)

Когда она встала, стены заплясали и закружились. Желудок неприятно скрутило. Она чувствовала себя ужасно, даже хуже, чем после первой атаки адского пса, хотя тогда она была травмирована гораздо сильнее.
Да что со мной такое?
***
В главной хижине вместе с Зебом Шей ждал, прислушиваясь к звукам душа и шорохам в спальне.
Дверь открылась.
Опираясь на дверной косяк, Брианна остановилась. Она переоделась в джинсы и свободного покроя темно-зеленый свитер. То, как двигались под ним ее полные груди, говорило о том, что она не надела лифчик. Шей старался не замечать этого. Безуспешно.
Мертвенно-бледная, она все еще оценивала комнату, как воин. Он и Зеб начали подниматься, но она покачала головой.
Ее походке не хватало обычной грации, и ему пришлось стиснуть зубы, чтобы не броситься к ней на помощь. Медленно, как больной артритом старик, она опустилась в кресло.
— У меня есть вопросы к вам двоим. — Красота ее голоса победила ее попытку казаться твердой. Боже, она прекрасна.
Зеб протянул ей содовую, которую захватил из сторожки. Когда она уставилась на банку, как на скорпиона, он нахмурился.
— Мы же парни. Мы не сидим на диете.
— Хорошо. Спасибо. — Она сделала глоток, глядя на стеклянную дверцу дровяной печи. Еще одна саламандра присоединилась к первой, и они бросились друг за другом в дымоход. Когда ее взгляд проследил за их движениями, Шей понял, что она действительно видит других существ. У нее было «зрение», как и у Даонаинов.
Сделав медленный вдох, она хмуро уставилась на Шея.
— Ты что, превращался в собаку и ходил со мной гулять?
— Довольно прямолинейно, — пробормотал Шей. Будь он проклят, если она не заставила его почувствовать себя чертовски грубым или что-то в этом роде, поэтому его ответ был столь же резким. — Да.
Она моргнула, и на ее щеках появились ямочки.
— Думаю, я это заслужила. Прости.
Клянусь копытами Херне, ее способность смеяться над собой привлекала его так же сильно, как и ее мужество.
Она отпила еще содовой.
— Ребята, вы можете объяснить, что происходит? Пожалуйста.
Взгляд Зеба говорил о том, что трусливая дворняжка возлагает эту задачу на Шея.
По крайней мере, Калум приказал им все рассказать Брианне, и ему не нужно было скрывать правду.
— Нас называют оборотнями или Даонаинами. Мы произошли от Фейри-оборотней. И ты — одна из нас. — Она побледнела.
Зеб сердито посмотрел на него. Ладно, может быть, он слишком поторопился.
— Я действительно превращаюсь в…
Она подняла руку, призывая его замолчать, и он увидел, как работают ее мысли. Женщина была настолько логична, что это пугало.
— Ты сказал нас. Ты не единственный, кто превращается в собаку?
Шей вздохнул.
— Прекрати оскорблять меня. Я — волк, а не какое-то чертово домашнее животное.
— Оборотень? Так ты кусаешь людей?
— Чертовы человеческие фильмы. — Зеб нахмурился. — Нет. Мы не кусаем людей.
Ее красивые голубые глаза сфокусировались на Зебе, как прожекторы полицейской машины. — Ты тоже оборотень?
— Да.
— И ты думаешь, что и я оборотень?
Черт, она была спокойна. Шей улыбнулся, прежде чем увидел, как ее руки с побелевшими костяшками сжали банку. Не спокойна. Контролирует себя. — Мы знаем, что ты оборотень, потому что наш вид исцеления не действует на людей. Так что да, ты с легкостью можешь превратиться в животное — кошку, медведя, или волка.
— Кот-оборотень? — Она моргнула. — Как Персидская или Сиамская? — Зеб поперхнулся пивом.
— Больше похоже на горного льва, — Шей добавил, — Калум, Алек и Вики — коты-оборотни.
Ее глаза расширились.
— Вики? Нет. Ни за что. Вы накачали меня наркотиками? — Бри попыталась встать, но не смогла. — Вот почему я так слаба. Вы накачали меня наркотиками и у меня галлюцинации.
Решительный стук заставил Бри замолчать. Она закрыла глаза, стараясь не закричать и не впасть в настоящую истерику. Вики? Какая-то кошка? Либо Бри сошла с ума, либо ее накачали наркотиками. Кто-нибудь, дайте мне волшебную пилюлю, чтобы это все закончилось.
 
Зеб открыл дверь, и произнес глубоким хриплым голосом:
— Козантир.
Без пальто, в черной рубашке с длинными рукавами и черных джинсах, вошел Калум. Она хмурилась, наблюдая затем, как он шел — нет, крался — по комнате, как кот или что-то в этом роде.
Она покачала головой. Последний шанс сохранить реальность, Бри. Следующая остановка — закрытое заведение. Опять же, даже психушке нужны хорошие повара.
— Ты пришел, чтобы помочь мне и все объяснить? — спросила она Калума.
— Не совсем. — Он оценивающе посмотрел на нее стальными серыми глазами. — Я пришел, чтобы назначить Шеймуса и Зебулона твоими наставниками. — Он взглянул на двух мужчин. — Ей нужно немедленно обернуться.
— К чему такая спешка? — спросил Шей.
— Мы пополняем наши магические запасы, когда трансформируемся. Ее исцеление истощило то скудное количество магии, которой она обладала. Донал думает, что если она не обратится в ближайшее время, то не выживет. — Он нахмурился, глядя на Бри. — На самом деле, он был шокирован тем, что ты вообще жива.
Ого. Вместо ужаса она почувствовала облегчение. Не потому ли она слабела с каждым месяцем? Но об этом она подумает позже. Прямо сейчас… О каких странных вещах говорил Калум?
Зеб и Шей смотрели на нее так, словно она была взболтанной газировкой, готовой взорваться.
— Послушай, что бы ни делал наставник, пусть это будет женщина, как Вики. И вообще, кто ты такой, чтобы мне что-то «поручать»? — Она снова попыталась подняться. Ноги подкосились. Дрожа, она обхватила себя руками.
— Прошло меньше года с тех пор, как Вики стала оборотнем, недостаточно долго, чтобы наставлять кого-либо. Единственные Даонаины, с которыми ты проводила время, — это Шеймус и Зебулон. — Губы Калума изогнулись в слабой улыбке. — Я тот, кто попытается подтолкнуть тебя к твоему первому обороту.
Зеб быстро повернул голову.
— Она не сможет обернуться сама?
— Донал думает, что вряд ли, иначе она бы уже давно это сделала. Как только дверь откроется, она сможет вернуться. Открыть ее в первый раз может оказаться непросто. — Глаза Калума зловеще потемнели.
— Шей, объясни, что произойдет. Сейчас. Пока мы разговариваем, она слабеет.
— Я не… — запротестовала Бри.
Не обращая внимания на ее возражения, Шей подхватил ее на руки, как куклу, и усадил к себе на колени. Даже когда ее разум дрожал, тело расслабилось. Он был теплым, а ей так холодно.
— Слушай. — Шей притянул ее ближе, пока она не услышала его голос, грохочущий в груди. — Когда оборотень достигает половой зрелости, дверь в дикую природу — это путь к превращению в животное — появляется в нашем сознании. Маленькая дверь в задней части головы.
— Ты ведешь себя странно. — Дверь в моей голове. Потом он скажет мне, что в Сиэтле продается большой мост…
— Закрой глаза и представь, что ты ходишь кругами. Ищи ее.
Она подняла голову и недоверчиво посмотрела на него, но он просто ждал. Хорошо. Она закрыла глаза, представляя, как вращается лезвие блендера. Нет, Бри, они не шутят. Отнеситесь к этому серьезно. Она действительно посмотрела и почувствовала, как по рукам поползли мурашки. — Тут что-то есть. Я не уверена, что это дверь — там ужасно темно. — Она открыла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как рот Зеба сжался. — Что?
Он взглянул на Калума. — Козантир поможет тебе открыть ее. — Его напряженный голос напугал ее.
— Я не думаю, что хочу…
 
— Альтернатива — смерть. — Шей специально выбрал это слово, чтобы напугать ее. — Итак, как только ты сделаешь это — а первый раз это ужасный шок — ты поворачиваешься и находишь эту дверь в своей голове снова. Ты должна пройти через нее, чтобы вновь стать человеком. Калум не может сделать это за тебя, верно, Козантир?