Назад в СССР: Лесник Книга 2 (СИ)
Однако и тут был нюанс — стопа была какой-то мелковатой. Если провести аналогию, то станет ясно, что для того чтобы оторвать кабану лапы, нужна большая физическая сила, а с такой относительно небольшой конечностью это понятие вообще не укладывалось в общую картину. У него должен быть рост под два с лишним метра и весу килограмм под сто пятьдесят. И ступни соответствующего размера! А тут что… Маленький, но очень сильный снежный человек? Тьфу ты! К тому же, в записке повесившегося бедолаги фигурировал тот факт, что тех, кто на них напал, было много и они пришли ночью, с туманом…
К Ольге я вернулся в глубокой задумчивости.
— Что ты там нашел? — спросила она. — Я видела, как ты осматривал ногу.
— Да. Ничего странного.
Повисла кратковременная пауза. Да и в самом деле, после таких выводов, общая картина яснее не стала.
— Идем!
— Угу… Это, Жень! У меня предложение есть. Предлагаю воспользоваться той дорогой, а не ломиться обратно через лес. Что-то нет у меня желания туда возвращаться. Думаю, так по дороге мы быстрее выйдем к Прокофьевке. Раз браконьеров нет, то и необходимости скрываться, тоже нет.
— Согласен, лучше теперь быть на виду. Мало ли что… А ты знаешь куда идти?
— Разберемся. Вряд ли тут полно дорог!
Я кивнул, затем обернулся и окинул взглядом стоящие неподалеку машины.
Быть может, там будет еще что-то полезное?
Направился к ближайшему «ЗИСу». Откинув тент, я заглянул в кузов и присвистнул.
— Оля! Взгляни-ка! — крикнул я.
И действительно, там было на что взглянуть. Внутри кузова, помимо разнообразного хлама, покрытого густым слоем пыли, прямо по центру стояло два закрытых деревянных ящика, темно-зеленого цвета. На торце было отчетливо написано: «Динамит».
— Взрывчатка?
— Она самая, — ответил я. — Впрочем, это еще ни о чем не говорит. На заборе тоже лох написано, а там дрова лежат.
— Какой еще лох? — не поняла Ольга.
Я не ответил, плохое сравнение.
Забравшись внутрь кузова, я осторожно открыл крышку одного из ящиков. Внутри оказалось именно то, что и было указано на корпусе. Порядка двадцати спаренных динамитных шашек. Они были в хорошем состоянии.
— Да-а, действительно динамит.
— Два ящика? — ужаснулась Ольга. — Зачем им столько понадобилось?
— Сложно сказать, — задумчиво произнес я, покачав головой. — Единственное, что мне приходит в голову, так это те слова из записки повесившегося. Там говорилось про какое-то золото. Что если Снегирев привел своих подельников в этот район не просто так, а ради золота? Они ведь не просто бежали, куда глаза глядят, они двигались целенаправленно. И еще они где-то умудрились достать много взрывчатки. Ты случайно не знаешь, в этом районе нигде шахт нет?
— Есть одна! — уверенно заявила девушка. — Километрах в десяти к северо-востоку. Только она заброшена давно, уже лет двадцать. Даже больше.
— А что в ней добывали? — насторожился я.
— Вот этого не знаю.
— И причины закрытия не знаешь?
Девушка покачала головой.
— То есть, та шахта могла быть золотодобывающей? — уточнил я, внимательно глядя на девушку.
— Вполне возможно. Говорю же, я в этих краях недавно и много чего не знаю еще. Я вообще сюда на отдых перебралась.
Меня посетили некоторые смутные сомнения — а не связаны ли странные события между собой? В этот район перебираются бежавшие из Соболевки браконьеры с неизвестными намерениями, у них с собой взрывчатка. Затем они все погибают, а спустя какое-то время, в округе почему-то начинают дохнуть кабаны и другие крупные животные… Очень большая вероятность, что все это как-то взаимосвязано.
Дальнейший осмотр машин ни к чему не привел. Лишь в салоне второго грузовика я нашел старую карту тридцать девятого года выпуска. Учитывая, что прошло уже почти двадцать лет — можно было сказать, что она бесполезной. И все-таки… Внутри кузова другого «ЗИС-5», нашелся ящик, на дне которого была пара охотничьих ружей. Еще были теплые вещи и обувь, какой-то инструмент, патроны и много консервов. Эти ребята явно к чему-то готовились. Зачем вообще было организовывать доставку груза вертолетами в поселок, причем от лица топографов? Что-то тут не сходиться… Либо, как вариант, у них просто не было других вариантов и решили использовать ближайший поселок как перевалочный пункт. Только не успели — их всех перебили, а председатель поселка Николай Егорович уже третий месяц сидел и ждал, когда же топографы заберут свое барахло… И тут, наш горе-охранник Митька решил провернуть свою авантюру и грабануть склад, выдумав свою легенду! Значит, он все-таки знал о браконьерах?
Тогда зачем нужно было убивать Андрея?
Слишком много вопросов, аж в голове все путается.
Воспользоваться брошенными грузовиками оказалось невозможно. Во-первых, на всех колесах были спущены шины и машины стояли на ободах, даже частично вросли в грязь. Во-вторых, завести их было нереально — аккумуляторы померли, причем напрочь.
Едва открыв крышку капота, я тут же закрыл ее обратно. Там даже смотреть было не на что.
— Все, уходим! — раздраженно произнес я.
Если верить старой карте, что мы нашли, то дорог отсюда шло всего две — первая, уходила на юг, вела к какому-то медеплавильному заводу. Судя по всему, это та самая дорога, вдоль которой мы шли к мельнице. Возможно, там где-то есть какой-то перекресток, который мы пропустили. А может, раньше через болота был проезд.
Вторая же дорога вела далеко на северо-восток, изгибаясь зигзагом. Видимо по ней и доставлялся материал для строительства этой мельницы. И по ней же планировалось доставлять зерно и вывозить готовую муку. Там тоже все давным-давно заросло, но очертания вполне еще угадывались, прокатанные техникой колеи никуда не делись, да и местами попадались относительно чистые участки.
— На часах почти половина восьмого. Если все будет нормально, то доберемся до Прокофьевки часа за три, — Ольга похлопала себя по карманам. — Что за ерунда, где компас? Никак не могу найти.
— Потеряла?
— Да вроде нет. Быть может вывалился из кармана, пока спала…
Я промолчал, ни к чему сейчас нравоучения. Нужно было сменить тему.
— Хорошо бы чем-нибудь перекусить! Мы и не ужинали толком! — заметил я, чувствуя, как урчит желудок.
— Ну да. Пока там были, мне и кусок в горло не лез!
К слову сказать, едва мы покинули территорию мельницы, даже на душе как-то легче стало. Дополнительно отмечу, что все то время, пока мы находились там, мне казалось, будто что-то давит на мозги, словно атмосфера там живет своей жизнью. Было как-то уныло, мрачно, безрадостно. Оно и понятно, трупы повсюду валяются, о какой радости может идти речь? Вот только я не об этом, было там что-то такое, чего я не мог объяснить.
По прошествии получаса, мы уже отошли оттуда почти на два километра, стало значительно легче. Тем не менее, от осознания случившегося, все равно было не по себе.
Шли молча. Я продолжал теряться в догадках. Перебрав в голове все версии, основанные на здравом смысле, я переключился на другие, куда менее реалистичные. И, черт возьми, тут мозг себе можно было сломать. Судя по всему, девушка думала о том же — по крайней мере, вид у нее был очень задумчивым.
— Жень, а ты в нечистую силу веришь? — вдруг спросила она.
— Что? Ты о чем?
— Ну, черти, кикиморы. Лешие.
— А это-то здесь причем?
— Не знаю, но… Понимаешь, по своей работе я сталкивалась с разными событиями, иногда даже необъяснимыми. В Воронеже, недалеко от небольшого поселка, в тысяча девятьсот пятьдесят четвертом году, один старик заметил какую-то дыру в земле. Спустился туда, но далеко не прошел. Услышал какой-то шум, перепугался и убежал. Никому об этом не говорить не стал. А потом, спустя какое-то время у местных фермеров начала мелкая живность пропадать. То куры, то гуси, то коза. В общем, проведенное расследование ни к чему не привело. Милиция так ничего и не нашла.
— Ну и что?
— Не знаю. Да только тот старик когда-то был шахтером. Раздобыл шашку динамита и взорвал ту дыру. Я про это статью писала.