Назад в СССР: Лесник Книга 2 (СИ)

У нас только полупустые вещевые мешки, патроны, маскхалаты и оружие. Ночевать придется в любом случае вне поселка, вот только где? До темноты до Прокофьевки гарантированно не доберемся, с большой вероятностью потеряемся где-нибудь в лесу. И к тому же, оставаться здесь после всего, что мы тут увидели? После всего, что произошло в этом месте? Тот, кто все это сделал, может быть, все еще где-то рядом и не дай бог с ним столкнуться…
Ну, нет. Идти в лес нельзя.
Был ли страх? Не знаю, сложно сказать. А впрочем, кого я обманываю? Конечно же, страх был, но я его успешно подавлял его на корню. Яза время службы я привык сражаться с людьми, с вооруженными противниками, которые могут быть хитрыми и коварными. А здесь творилась какая-то чертовщина… От непонимания происходящего трудно было держать себя в руках, и если бы не мой прошлый жизненный опыт боевого офицера, наверное, я бы посыпался… А может и нет. Не знаю.
Что теперь делать? Трепать языком и высказывать предположения можно сколько угодно, только яснее от этого вряд ли станет. Зато наступление темноты все ближе и ближе. Сам я может и рискнул бы отправиться к поселку по темноте на своих двоих. Либо взять машину, только скорее всего они уже не заведутся — все-таки стоят они тут давно.
В лесу всегда можно влезть на подходящее дерево и попробовать переночевать там. И если кто-то уже пробовал подобное, скажет, что это настоящая пытка. Однако с девушкой это будет еще сложнее. Даже не смотря на то, что Ольга тоже не балерина из Большого театра…
— Так, можно запереться в кабине одной из машин и пересидеть ночь там, — предположил я, глядя на стоящие неподалеку от входа «ЗИС-5». — По-тихому. Стекла вроде целы, двери закрываются. Тесновато, конечно, будет. Даже очень, но выбирать не приходится. Ночевать в самом здании, в компании мертвецов — такое себе…
Кто бы ни перебил всех браконьеров, храбрости ему явно не занимать. Его не испугало ни наличие оружия, ни предпринятые ловушки и меры предосторожности. Ни даже большое количество людей. Черт возьми, да что же это?
— Нет, Женя! Так не годится! Там мы будем на самом видном месте! У меня получше идея есть! — после недолгих раздумий, заявила Оля, указывая куда-то наверх. — Смотри, наверху, на мельнице, у самого ветряка есть отдельное помещение. Влезть можно по лестнице!
Я быстро прикинул и понял, что девушка права. На высоте, за стенами однозначно безопаснее. Правда, если возникнет необходимость оттуда бежать, то сделать это оттуда будет весьма проблематично.
Мельница была не слишком высокой, немногим выше двухэтажного дома. Я плохо знаком с устройством таких строений, поэтому руководствовался исключительно предположением. Внутри нее должна быть винтовая лестница, ведущая наверх. Возможно, снаружи тоже было какое-то подобие лестницы, но пока что я ее не разглядел.
Мы оба направились входу. Чтобы попасть внутрь, пришлось сделать небольшой крюк — входная дверь была с противоположной стороны. Идти приходилось осторожно — капканы были и здесь. Часть из них сработала, но почему-то все они были пусты.
Меня посетила мысль — черт возьми, это же прямое продолжение истории с медведем и кабанами… Выходит, я был прав? Тот больной мишка, что мы завалили на болотах, попался нам случайно?
— Что на них напало? — спросила Оля. Вопрос номер один, ответа на который попросту не было.
— Не знаю, — я задумчиво пожал плечами. — Но, чтобы это ни было, оно не побоялось людей, не испугалось оружия. Стрельба не произвела на него никакого впечатления. Не знаю, Оль…
Пока шли, я стремительно прокручивал в голове возможные варианты.
На ум сами собой пришли фантастические боевики восьмидесятых и девяностых про инопланетных охотников, вроде «Хищника» или «Чужого». Вот только я в это не верил. Совершенно неправдоподобно, что где-то тут по лесу бегает инопланетный отморозок и крошит ни в чем не повинных кабанов. А когда ему это надоело, переключился на браконьеров. К тому же, на самом деле, все было совсем наоборот. Судя по всему, сначала перебили браконьеров, причем давно, месяца полтора назад. А только потом охотник принялся за кабанов и крупных животных, ведь большинство найденных тел были свежие, около недели или двух.
 
Мифический йети? Я нервно усмехнулся — тоже не вариант. И это точно не хищный зверь. Никакой хитроумный и коварный медведь или волк, рысь… Да не важно, кто. Зверь просто не способен на такое, не способен обойти капканы. Черт возьми, во что они стреляли?
До входа мы добрались быстро.
— Погоди-ка… — пробормотал я, увидев один из капканов в котором торчала чья-то перебитая ступня. Естественно уже частично разложившаяся — тоже довольно неприятное зрелище. Неужели кто-то из браконьеров сам попался в капкан? Но почему без сапога?
Сколько вопросов — они были буквально на каждом шагу.
Между тем, быстро темнело.
Дверь была приоткрыта, у входа лежало несколько стреляных гильз. Создавалось впечатление, будто тут была бойня. Но тогда почему никто из местных жителей ничего не слышал? Разве что могла поспособствовать погода — к примеру опустившийся туман, приглушил все звуки. И, возможно, по этой же причине, в плохой видимости браконьеры стреляли и стреляли, ни во что не попадая?
Приоткрыв дверь, я прислушался. Оружие, на всякий случай, держал наготове. Не думаю, что здесь кто-то может быть, но чем черт не шутит?
Внутри царила тишина. Повсюду густая пыль.
На первых ступеньках хаотично лежало несколько мешков. Надо же, они тут словно оборону пытались возвести, как если бы среди них был человек с военным опытом. Впрочем, Великая Отечественная была недавно, а значит, вполне возможно, что так и было. Но противник оказался коварнее, переиграв людей.
Я уже понял, что мельница была не достроена, поэтому и большая часть внутренних механизмов отсутствовала, однако винтовая деревянная лестница уже имелась.
Едва взобравшись на нее, я понял, что бесшумно подняться наверх не получится — она вся скрипела, что в тишине звучало особенно громко. Со временем большая часть креплений расшаталась. А тот факт, что мы оба были в сапогах, также играл против нас.
— Дверь лучше прикрыть! — заметил я, обернувшись. — И забаррикадировать. На всякий случай.
Пока Оля стояла на стреме, я прикрыл деревянную дверь настолько, насколько это было возможно. Правда, отсутствие засова сводило мои старания на нет — ее можно было выбить даже не сильным ударом ноги. Дополнительно привалил ее несколькими мешками с землей.
Затем мы медленно поднялись наверх. Пришлось снова использовать фонарь. После трех оборотов мы тоже оказались перед деревянной дверью. Она оказалась запертой.
— Не понял, что за новости? — удивился я, толкнув ее ногой. Дверь не поддалась. Проще всего ее было выломать, только опять же, бесшумно это сделать было нельзя.
— Ну-ка, подержи! — я передал Ольге свою двустволку.
Сам дернул дверь на себя, затем толкнул ее плечом. Затем решил осмотреть и почти сразу понял принцип закрытия. Судя по всему, с обратной стороны было что-то вроде щеколды. Вытащил нож и просунув лезвие через щель, я поддел металл и дверь поддалась. Едва распахнув ее, мы сразу же стали свидетелями неприятной картины.
Прямо в центре на тонкой веревке неподвижно висел человек.
Ольга прикрыла рот ладонью и ойкнула. Честно говоря, я даже удивился — ожидал от нее более эмоциональной реакции, все-таки зрелище жуткое.
Судя по охотничьей одежде, перед нами висел кто-то из браконьеров, но выглядел он намного лучше. Создавалось впечатление, будто он погиб недавно, может три-четыре недели назад. Запах стоял соответствующий.
Было очевидно, что бедолага повесился сам, без посторонней помощи. Иначе как объяснить, что дверь заперта изнутри? Места здесь было немного, но более чем достаточно для двоих человек. Весь пол был засыпан пустыми консервными банками, рваной вощеной бумагой, обрывками картонных коробок. В углу было что-то вроде спального мешка, роль подушки исполнял свернутый в рулон грязный ватник. Даже ведро имелось, для «особых» дел. Окно было только одно, прямо в треугольной крыше. Судя по всему, оно открывалось — в полумраке я разглядел петли.