Любовь начинается с постели (СИ)

— Были. Мать Миры является родной сестрой тети Зои. Их семья когда-то выручила мою от финансового кризиса. Сегодня я рассчитался с этим долгом.
— Если бы ты женился на ней, то этот долг списали бы просто так?
— Думаю, что никто и так бы не спросил. Но, вероятно, для меня он считался бы погашенным полностью только в одном случае.
— Если бы отдал те деньги.
— Верно, — кивнул Радич, не отвлекаясь от дороги. — Полагаю, сейчас, когда они поучили гораздо больше того, что вложили, у них не останется даже моральной возможности дергать меня за ниточки.
— Делая все по справедливости, ты ждешь от других того же, — вслух высказала я свое сомнение. — Разве это дает хоть какие-то гарантии…
— Я не надеюсь на святость в их сердцах, иначе я бы обошелся простой беседой в семейном кругу. Откупаясь таким образом, я лишь даю себе возможность грубо ответить на любое но, которым они попрекнут меня за мои действия, если те однажды придутся им не по душе.
— Да кто будет с тобой связываться⁈ — посмеялась я.
  
Глава 7
 
Забыв эту дурацкую поездку как страшный сон, я вернулась к своим обязанностям. Благодаря нашей поездке на Урал у Радича появился новый партнер по бизнесу. Компания имела выходы и реальные шансы на победу в нескольких довольно емких тендерах, но без дополнительного инвестирования извне не смогла бы потянуть внушительные затраты на их исполнение. Представители ИнвестКапитала связались с Радичем и сделали предложение. Влад лично рассмотрел возможность сотрудничества, а после выдал бывшему однокласснику положительное заключение.
Доверяя экспертному мнению Влада, Радич немедленно передал нам проект на разработку. Время встречи по обсуждению реальных цифр между СтройАльянсом и ИнвестКапиталом было назначено сразу после того, как мы определились со сроками на изучение всех материалов и подготовку встречного предложения для ИнвестКапитала. Леонид Дмитриевич подгонял, устанавливая нереальные дедлайны, а во всем же остальном ничего нового нам не предстояло — типичная работа по изучению партнера, часть бизнеса которого нуждается в сторонних инвестициях. СтройАльянс получал выгодную сделку, имея возможность выйти на строительный рынок новой географической зоны. Действуя в рамках регламента, наш отдел собрал всю необходимую информацию, проанализировал перспективы и выявил все возможные риски. На основании финансового отчета по результатам последних сделок компании Радича мы установили верхние границы по итоговой сумме инвестиций и предоставили владельцу подробный бизнес-план по выбранному направлению для инвестиций.
Несмотря на свою неприязнь и наш недавний вполне откровенный разговор, Мира была паинькой. Казалось, она оставила на время свои ко мне претензии и превратилась в сущего профессионала, каким ее и описывали сотрудники компании. Мы работали очень близко, финансовый отчет она ваяла ночами, чтобы к дате переговоров успеть заручиться цифрами и выйти с реальным взаимовыгодным предложением. Как жаль, что мои представления о нашем пусть и временном перемирии оказались наивными детскими мечтами. Своим послушанием она всего лишь усыпляла мою бдительность, в реальности расставляя для меня капкан.
Капкан, который захлопнулся на встрече с ИнвестКапиталом, где мною же со всеми моими подписями был представлен проект по инвестированию застроек нескольких жилых кварталов. Во всем блеске своего профессионального величия ситуацию спасала Мира и спасала так, что закапывала меня только глубже и глубже. В итоге, то, что должно было свершиться, свершилось, те, кого планировали убрать, были убраны. В этой истории были и герой, и антагонист; антагонист, на фоне которого Мира теперь выглядела сущим божеством. Задачу, что мне была отведена, я выполнила со стопроцентной самоотдачей, но плоды моего труда не принесли мне никаких дивидендов, только потери. Подобное со мной случилось впервые, а в первый раз, как известно, всегда больно. Да и потом приятнее не станет…
Разумеется, обо всех своих победах и в особенности моих поражениях Мира тотчас донесла Радичу, а у меня не было ни одного оправдания для смягчения приговора. Пока она с едва скрываемым наслаждением рассказывала о произошедшем, я могла только понуро кивать после каждого сказанного ею слова. Как бы ни было противно от подобных методов, я признавала ее победу и в том, что ей удалось совершить свою подлость, винила только себя. Если бы я отнеслась чуть с большим подозрением к ее непонятно откуда взявшемуся дружелюбию, если бы настояла на том, чтобы данные, внесенные ей в финансовый отчет, еще раз и кем-то другим сверились, то сейчас не имела бы бледный вид. Так хотелось поаплодировать, только жаль, что сейчас это было бы крайне неуместно.
 
— Что произошло на встрече с партнерами из ИнвестКапитала? — со всей безжалостностью в голосе Зореслав обратился прежде всех именно к Мире.
Было видно, что ее удивил и тон Радича, и то, что вопрос адресовался почему-то ей, когда истинный виновник, с которого и должен быть спрос, находится сейчас в этом помещении как представитель всех участников проекта. Быстро отринув разочарование от того, что меня не начали отчитывать с порога, Мира искусно переобулась в ничего не понимающую дурочку и ответила тем же вопросом:
— А что произошло?
— Мне позвонить Чижову и спросить у него? — сквозь терпение слышалось нетерпение Зореслава.
— Так зачем же Чижову, вон у тебя сколько работников трудилось над этим проектом, даже руководитель имеется. С нее и спроси, — скрестив руки на груди, выплюнула она, чтобы еще раз показать ее ко мне отношение.
— Ладно. Если ты не можешь отказаться от тактики увиливания, когда я даю возможность объясниться первой, то поступим иначе — я просто буду спрашивать прямо. Так ли существенны были твои причины для того, чтобы выставлять госпожу Уварову виноватой?
От услышанного у Миры Игоревны брови вскочили к волосам. В ее мыслях, наверное, сейчас крутился только один вопрос: почему вдруг все пошло не по ее плану? Нежелание Радича действовать согласно ее сценарию злило Миру и заставляло ревновать его ко мне еще больше.
— А какие у тебя причины защищать госпожу Уварову? Их аналитический отдел совершил ошибку, страшную ошибку, она их руководитель, кто же должен был понести ответственность за это? Но вместо того, чтобы наказать истинных виновников, ты спрашиваешь с меня, а, между тем, именно я была той, кто разобрался с проблемой. Ты предвзят, Зореслав!
— Предвзят? — со всем спокойствием переспросил он, явно считая ее фразу необоснованной, что только добавило масла в ее эмоциональный костер. — Они наши представители, мы в одной упряжке с недавних пор, а ты так легко разбрасываешься моим авторитетом.
— А-а, так ты за свой авторитет переживаешь? Не стоит опасаться подобного. Твой авторитет никогда не пострадает, я этому просто не позволю случиться, а что касается Екатерины, — она посмотрела на меня, будто даже милостыню такой, как я, не подала бы, — это, конечно, не мне решать, но полагаю, ее некомпетентность должна быть отмечена руководством. Если они и дальше хотят представлять интересы таких больших клиентов, как мы, то непременно обязаны в своей команде иметь профессионалов, а не доморощенных клуш, которые готовы расплакаться при первой же трудной ситуации.
— Ты сейчас ведешь себя профессионально, считаешь?
Во взгляде Радича на Миру теперь было еще больше негодования. Мне даже стало жаль эту отвергнутую женщину, которая пытается выместить на мне обиду, нанесенную другим человеком; человеком, от которого хочется слышать только приятные вещи, и так не выносима критика.
Я выслушала, как мне казалось, все и вполне могла уйти. Что толку и дальше впитывать чужие эмоции, когда уже только от своих тошно? Я признала ошибку отдела, которая произошла из-за моей невнимательности, и теперь меня ждали реальные дела. Нужно было исправлять то, что сотворили, а времени в обрез.
Поднявшись с места, я не чувствовала никакого волнения или жалости к себе из-за хлестких обвинений Миры, едва ли кто-то или все сразу могут винить меня в случившемся сильнее, чем я сама. Убедившись, что ко мне больше претензий нет, я спокойным голосом произнесла: