Баламут 4 (СИ)

— Доброй ночи, Платт! Прислушайтесь, пожалуйста, к своим ощущениям — да, в данный момент вы не можете ни шевелиться, ни говорить, зато голова работает, как мощный вычислительный центр. Теперь обратите внимание на последствия моего прикосновения к вашему лбу: по телу прокатилась теплая волна и избавила вас от слабости, изжоги, боли в печени, суставах пальцев и так далее. Это не лекарство, а один из видов некоего воздействия, которое в моем мире называется магией. Есть и другие виды. К примеру, световой шар, который вот-вот повиснет в воздухе, огонь, появившийся над моей ладонью, сгусток тьмы… молния… небольшой смерч и ледышка. Да, вы не ослышались: я прибыл на Шеллем из другого мира, обладаю возможностями, которые представителям вашей цивилизации даже не снились, и хотел бы с вами побеседовать. Кстати, я «читаю» ваши эмоции и как только почувствую, что вы готовы к разговору, сниму блокировку с голосовых связок и наведенный паралич…
Если верить досье, то Платт Ронд пилотировал достаточно тяжелые корабли, но со скоростью адаптации к изменениям обстановки у него проблем не оказалось: сообразив, что красть у него нечего, а потенциальным жертвам фокусы не показывают, он заставил себя успокоиться, убедился в том, что я выполнил оба обещания, и… прикипел взглядом к моей «клипсе».
— Вы не ошиблись! — усмехнулся я. — Я сотрудничаю с одним из первых лиц вашей Империи и пользуюсь некоторыми устройствами, созданными в этом мире… Та-ак, кажется, имеет смысл окончательно избавить вас от самого сильного сомнения. Сейчас перед вами появится своего рода «окно» в один из известных мне миров. Загляните, полюбуйтесь красивейшим озером, небом, светилом, отличающимся от вашего и размером, и цветом, а потом продавите рукой плоскость сопряжения, дотроньтесь до травы и вытащите к себе цветок, камень или песчинку.
Шеллемец последовал моему совету, а через пару минут, растерев между пальцев, изуродованных страшно запущенным артритом, пучок сине-зеленых травинок, уставился на меня:
— Пожалуй, вы меня убедили. Вернее, я понимаю, что для испытания новых технологий воздействия на сознание выбрали бы кого угодно, только не меня, поэтому решил считать все показанное реальностью. Хотя поверить в то, что вы рассказали и показали, пока не получается.
— Для начала достаточно и этого… — улыбнулся я и предложил ему одеться. А после того, как он натянул комбез и почувствовал себя значительно комфортнее, назвался и перешел к делу: — Я представляю не цивилизацию, а один отдельно взятый род, занимающийся исследованием миров, интересных лично нам, и межмировой торговлей. Повторю еще раз: нас интересуют не завоевания, а знания, то есть, мы пришли на Шеллем с миром, уже убедили в этом ряд представителей вашей Империи и обзавелись деловыми партнерами. Далее, наш мир, в отличие от вашего, развивается сразу по двум векторам — технологическому и магическому. Со вторым все понятно, а по первому мы от вас немного отстаем. Поэтому в ближайшие дни обзаведемся космическим кораблем и переправим его к себе. Да, мы знаем о существовании тренажеров, позволяющих научиться пилотажу, приобрели три штуки и уже попробовали их в деле, но понимаем, насколько велика пропасть между профессиональным пилотом и человеком, посидевшем в имитаторе ложемента вейт-другой. Вот и решили предложить вам службу нашему роду… в комплекте с интересным будущим, второй молодостью и абсолютным здоровьем.
Ронд подергал себя за мочку уха и изобразил местный жест отрицания:
— Великолепный комплект. Для абсолютного большинства отставных пилотов, доживающих последние дни…
—…но для вас этого мало, верно? — удовлетворенно продолжил я и с удовольствием выдал аргумент повесомее: — Абсолютному большинству отставных пилотов, доживающих последние дни, мы не предложим НИЧЕГО. В отличие от вас: я прочитал рапорты вашего бывшего начальства обо всех конфликтах с вашим участием, составил впечатление о вашем характере и даю слово, что служба роду Елисеевых-Багряных вас не разочарует…
 
…Следующие четыре кандидата не подошли — напрягли неправильными эмоциональными вспышками и несоответствием реальных поведенческих реакций описанным в досье. Так что были отправлены в целительский сон, прошли по сеансу «избавления от ненужных воспоминаний» в исполнении «злобной бабки», расстроенной неудачами с пониманием логики мышления подопытных корхов, и были оставлены в покое. Шестой — желчная старуха восьмидесяти девяти роенов от роду — пришелся ко двору и, «отключившись», с нашей помощью перебрался в «мир звезд». А до двух последних мы тупо не добрались. Из-за того, что потратили на возню с «забракованными» намного больше времени, чем изначально рассчитывали. В результате в поместье Та Кальмов вернулись далеко не в самом лучшем настроении, извинились перед Раймсом за то, что не сможем остаться на завтрак, перешли… вернее, пробежались в Замок по «коридору безопасности» и переправили Юмми к Степановне. А сами наскоро ополоснулись, оделись и рванули в летный ангар. Бегом, дабы не удивлять домочадцев внезапными появлениями «из воздуха». Но даже так успели, что называется, впритык: в тот момент, когда мы ворвались в переходной рукав, нос самолета Нелюбиных уже возник в створе распахнутых ворот.
Пока ждали «стыковки», успели задвинуть куда подальше раздражение результатами рейда на Шеллем, поэтому встретили девчонок искренними улыбками и какое-то время терпели хамство муженька Екатерины, решившего проводить благоверную до нашего Замка. Как вскоре выяснилось, он такого отношения не оценил и, не дождавшись адекватного ответа на свои претензии, почему-то решил, что вправе выкатывать мне ультиматумы:
— И еще: считаю своим долгом предупредить, что после возвращения в поместье Катя отправится к нашим родовым целителям. И если окажется, что пребывание в этой дыре хоть как-то отра-…
Дематериализация, напитанная Хаосом до максимума, «испарила» его покров, как ядерный взрыв — обычную лужу. Так что апперкот, прилетевший в нижнюю челюсть, «выключил свет». Да, я был готов вложиться и в двух других мужчин, изображавших мебель за спинами близняшек, но, увидев в их взглядах злое удовлетворение, вышел из боевого режима, поймал взгляд Кати и виновато развел руками:
— Прости: с детства не люблю ха-…
— Не люби дальше — эта черта твоего характера мне однозначно нравится!
— А остальные? — ехидно спросила Язва, судя по всему, решив хоть как-то сгладить «резкость» моего поведения.
— Ну вот, начинается… — притворно вздохнула гостья, затем вспомнила о том, что вокруг хватает посторонних, посерьезнела, развернулась на месте и уставилась на сопровождающих: — Как видите, мы на месте и под надежной защитой. Так что занесите моего ненаглядного в самолет и взлетайте. Кстати, когда этот… хм… недоумок придет в сознание, передайте, что мне нужны чрезвычайно веские основания, чтобы не выкладывать запись его «беседы» с ГЕРОЕМ ИМПЕРИИ в Сеть.
Я мысленно отметил, что отношения между этими супругами весьма далеки от эталонных, затем обратил внимание на то, с какой расчетливой «небрежностью» мужчины утащили бессознательное тело в салон, дождался, пока премиленькая стюардесса закроет и загерметизирует дверь, и обратился к близняшкам:
— Ваши шубки, конечно, фантастически красивы, но у нас тут, мягко выражаясь, прохладно. Поэтому предлагаю пройти в дом.
— А как же необходимость присмотреть за чужим самолетом до взлета? — поддела меня Женя.
— Для этого у нас имеется автоматика… — фыркнула Бестия. — Попробует высадить кого-нибудь лишнего, воспользоваться нештатной электроникой или задержаться — взлетит. Но НА воздух…
— Параноики! — одобрительно заявила гостья, нахально вцепилась в мой локоть и с намеком качнулась вперед…
Пока шли к лифтовому холлу, с интересом разглядывала все, на что падал взгляд, и изображала классического туриста в музее, что для студентки академии художеств было более чем естественно. А через несколько минут, выйдя из кабинки в коридор второго этажа, вдруг посерьезнела и с прищуром посмотрела на меня: