В тени (СИ)

— Защиту мужчины… — невольно улыбнулась Альенора и взглянула на своего собеседника. — Она обрела настоящую любовь, сэр, и это самое главное!
Несмотря на первую неловкость, Леонарду все же удалось вернуть мисс Нортон улыбку и приподнять ее дух, и все последующие дни, до самого прибытия в загадочный Лейккасл она была мила и много смеялась, тем самым заставляя сердце своего поклонника биться быстрее и всерьез задумываться о том, стоит ли ему попросить у отца Альеноры ее руки.
Несмотря на то, что все придворные считали, что сэр Уолш женится на мисс Клер, делать этого он не собирался даже ради долга. Мисс Клер была прекрасной девушкой и когда-нибудь станет прекрасной супругой, ведь эту особу Господь наделил всеми нужными благородной даме чертами: она была мягка, нежна, немного глупа и во всем подчинялась своему отцу, а в браке будет подчиняться своему мужу. Но Леонард не желал ее. Он желал лишь мисс Нортон, лишь о ней он мечтал, лишь ей сочинял неловкие сонеты и писал полные страсти и загадок письма. Он мучился рядом с ней, но еще больше мучился без нее, и даже день, прошедший без ее улыбки или хотя бы взгляда на Альенору, приводил его в уныние и заставлял страдать. Его чувства к ней были так глубоки и чисты, что, если она не станет его женой, то он никогда не будет женат вовсе. Или мисс Нортон, или никто. Но как переубедить ее? Как заставить ее разделить его мысли и взгляды на брак? Леонард боялся, что это было невозможной задачей. И все же он не мог уйти, не мог оставить ее. Она нужна ему как вода, как пища, как воздух. Если не Бог связал их вместе, а сам Дьявол, пусть так оно и будет!
Однако, что чувствовала к сэру Уолшу Альенора ему было неизвестно. Она была с ним и без него. Мисс Нортон приручала его, затем отталкивала, затем ласкала взглядом, а затем оставалась холодна и неприветлива. Неужели для нее это всего лишь игра, и она лишь с удовольствием играет с его сердцем? Эта неизвестность томила Леонарда и заставляла ревновать к другим ее поклонникам, которых при дворе у нее было немало. Если бы он только знал, что эта гордая девушка была без памяти влюблена в него! Влюблена, но в то же время противилась своим чувствам и презирала его за желание подчинить ее себе.
Альенора любила Леонарда, но замуж стремилась выйти за кого-нибудь другого, кто будет уважать ее как личность и не ожидать от своей супруги послушания и слепого повиновения, как ожидал этого сэр Уолш.
Через четыре дня путешественники наконец-то увидели большое озеро и острые шпили большого старинного замка, в котором ждала свою дорогую подругу, свою почти сестру, вдовствующая миссис Бригида Нортон, будущая миссис Тьюри.
  
Глава 13
 
Какими нежными и теплыми объятьями встретили друг друга мисс Нортон и ее лучшая, самая любимая подруга миссис Нортон! С того дня, как Бригида взошла на борт корабля, унесший ее в Кале, прошло почти три с половиной года, и как много изменений произошло в жизнях девушек! Как много им нужно было рассказать друг другу! Ведь обмениваться письмами им не удалось: письма, посланные в Кале Альенорой не дошли, все до одного (шпионы ее отца тщательно проверяли их содержимое и избавлялись от них), а тишина Бригиды была добровольна, ведь, живущая в ожидании и предвкушении счастливого дня свадьбы со своим возлюбленным Вильямом, она просто-напросто боялась испортить эти прекрасные дни и страшилась реакции Альеноры, когда та узнает об этой помолвке. Несмотря на колебания и постоянные размышления о том, верно ли держать Альенору в неведении, Бригида все же решила рассказать ей все в письме-приглашении на торжество и поставить Нортонов перед фактом. Однако миссис Нортон напрасно боялась упреков и недоумения со стороны подруги: та была рада ее счастью и от всего сердца пожелала будущим супругам понимания и много здоровых детей.
С Вильямом Тьюри мисс Нортон поздоровалась приветливо, но тот, в ответ, лишь сухо поблагодарил ее за прекрасные пожелания и поздравления, а затем сказал, что его ждут неотложные дела и поспешно удалился. Это странное неприветливое поведение не укрылось от стоящего рядом сэра Уолша, который тотчас понял, что жених миссис Бригиды женится на ней отнюдь не по любви, ведь сердце этого мужчины уже занято ее лучшей подругой. Но сэр Уолш был деликатен и умен, поэтому не стал задавать лишних вопросов ни Альеноре, ни прелестной рыжеволосой нимфе Бригиде, красотой и персоной которой был восхищен и очарован.
 
Лорд Нортон не солгал: эта девушка, с глазами василькового цвета, белоснежной кожей и медными волосами, была бесподобной, и даже его возлюбленная Альенора не была равной ей по красоте. Года, проведенные Бригидой на берегу моря, с его свежим полезным воздухом, придали ей сил, ее щекам румянец, а глазам блеск, отчего она стала еще краше. К тому же любовь к Вильяму и томное ожидание дня, когда она станет его супругой, делали будущую миссис Тьюри настоящей языческой богиней красоты Афродитой на этой грешной земле.
Когда Альенора представила подруге лорда Уолша, тот не стал отнимать у девушек много времени и после короткой беседы, принеся свои искренние поздравления, сказал, что желал бы немного одохнуть от долгой дороги, тем самым любезно предоставив им возможность уединиться в покоях миссис Бригиды, чтобы излить друг другу душу, посплетничать и обсудить тревожащие их вопросы.
— Три года от тебя не было ни строчки! Бригида, если бы ты только знала, с какой грустью я следила за тем, как другие девушки при дворе получают записки и письма от родных! Признаться, я уже было подумала, что в монастыре тебе отказывают в бумаге и чернилах, и желала написать самой матери-настоятельнице! — с некоторым упреком заметила Альенора, когда девушки заперлись в богатых уютных покоях Бригиды.
— Мне так жаль… Прости меня, — только и смогла ответить на это Бригида и нежно улыбнулась. — Я не знала, что делать и что чувствовать. Ты так любила своего брата, и мне казалось, что моя помолвка с Вильямом причинит тебе боль…
— Ах, глупенькая! Филипа нет уже три года! Не оставаться же тебе вдовой до конца жизни, — пожала плечами Альенора, скрыв от подруги то, что еще совсем недавно она действительно была ранена счастливой новостью Бригиды. Однако так как сэру Уолшу удалось убедить мисс Нортон в том, что ее неприязнь к этому событию ошибочна, теперь она всем сердцем радовалась тому, что ее любимая Бригида наконец-то обретет семейное счастье с тем, кого еще давно выбрало ее сердце. Альенора чувствовала перед подругой вину за то, что посмела усомниться в ее чести и верности Филипу, и желала извиниться за это, покаяться, но она знала, что это ее покаяние лишь навредит и застелет безоблачное солнечное небо Бригиды черной тучей уныния.
— Я ошибалась… Прости меня, моя дорогая, — мягко сказала Бригида, подумав, что невольно оскорбила Альенору. — Давай забудем обо всем, что было сказано мною… Но поделись же скорей! Этот красавец сэр Уолш — твой возлюбленный?
— Этот красавец — самый надоедливый мужчина в мире! — весело рассмеялась на это Альенора. — Мой возлюбленный! Пусть мечтает о том, чтобы я удостоила его этой высокой чести!
— Но, милая, вы ведете себя так открыто, что от моих глаз не укрылись чувства, искрящие между вами, — хитро усмехнулась Бригида. — Он смотрит на тебя с таким жаром в глазах, будто видит перед собой не обычную девушку, а девушку, вылитую из чистого золота! Да и ты, моя дорогая… Когда ты обращаешь на него свой взгляд, твои голубые холодные глаза теплеют…
— Кажется, тебе пора писать сонеты, моя дорогая сестра! — воскликнула восхищенная красивыми словами и фразами подруги Альенора, и, глубоко вздохнув, с легкой улыбкой призналась: — Ничего от тебя не скрыть… Порой мне кажется, что в моем сердце нет ни капли нежности или любви к этому мужчине… Даже больше, я чувствую чистую ненависть, когда он в который раз вслух размышляет о предназначении женщины и не желает слушать моего мнения. Женщина создана для того, чтобы быть тенью мужчины, считает он. Она должна быть хорошей послушной супругой, матерью детей и…