Нечаянно вышла замуж (СИ)

— Ой, всё!
Юля засмеялась и замахала руками.
— Уступаю. Можешь сегодня немножко повыпендриваться. У тебя супергеройская пластинка заела, я все понимаю.
— Женщина…
— Пойдем, расстелю тебе.
И она направилась в изведанную уже им комнату с диваном.
— Я не понял… Меня выселяют на диван?
— А говоришь, не понял.
Юля раскрыла раздвижные створки шкафа и начала извлекать оттуда гостевые постельные принадлежности. Две подушки, одеяло и стопка постельного белья были вручены стоящему над душой и ворчащему себе под нос Марку.
— Так ты серьезно? Ну ла-а-адно…
Юля не видела, как он усмехнулся, а затем оценивающе осмотрел ее филейную часть, когда она нагнулась, выдвигая раскладывающуюся часть дивана, образующую просторное спальное место.
Она старательно заправила постель и с подозрением на него покосилась, так как он перестал бурчать и смиренно ждал, пока она закончит.
— Вот пульт от телевизора, если захочешь что-то посмотреть перед сном. Только громко не включай. И не пугайся, если услышишь топот и детский плач — надо мной живет молодая семья с двумя детьми. Ванная и туалет напротив кухни. Если нужно — у меня найдется запасная зубная щетка, я положу ее на полочку над раковиной.
— Хорошо, женушка.
Юля еще раз недоверчиво посмотрела на него и, пожелав спокойной ночи, вышла, притворив за собой дверь. Раздумывая о перемене ворчливого на безропотного Марка, она зашла умыться и почистить зубы, приготовила щетку и свежее полотенце для гостя и пошла укладываться спать сама.
В ее спальне было приоткрыто окно, поэтому помещение наполнилось прохладой и влажностью. В тусклом свете прикроватной лампы она натянула пижаму из шорт и футболки, распустила волосы из хвоста и хорошенько их расчесала. Покрывало и декоративные подушки отправились на пуфик у туалетного столика. И, наконец, она забралась под одеяло, с наслаждением вытянувшись на своей кровати. День был такой утомительный, что не хотелось даже проверить сообщения и электронную почту. Только лежать, слушать тишину, смотреть на темный потолок и…не подскакивать от открывающейся двери.
— Извини, но я категорически не согласен, поэтому двигайся.
В одних трусах Марк прошел через комнату, и не успела она еще и слова сказать, как забрался под одеяло. От прикосновения кожи к коже она подпрыгнула как ужаленная.
— Какого черта ты творишь?!
— Собираюсь спать.
— Но не здесь!
— Здесь. И если тебе это утешит, то можешь представить, что я боюсь темноты, или мне приснился страшный сон… Я не знаю, под каким предлогом ты пускала в свою постель Леху. Но я намерен выселить его дух и отсюда. И вообще. Ты моя жена, и мы априори должны спать вместе. Все. Разговор окончен.
Протянув руку, он щелкнул выключателем ночника, обрушивая на них темноту.
— Эй! Не распускай руки! — прошипела Юля.
Раздался шлепок — это она ударила его по руке, когда он по-хозяйски сгреб ее в охапку и зарылся носом ей в волосы на макушке.
— Спи уже. И не урчи. Не в первый раз. И можешь мне поверить, не в последний.
Ошалело таращась в пространство, Юля боялась пошевелиться, дабы не навлечь еще каких-нибудь супружеских решений ворвавшегося к ней в постель мужчины. Сон как рукой сняло. От его обнаженной кожи исходил жар, будто спишь с обогревателем под одеялом. Обоняние улавливало слабый запах дезодоранта и следы выгоревшего за день знакомого парфюма. Спиной она чувствовала сильные удары его сердца, а размеренное глубокое дыхание щекотало ей кожу. Далеко не первый раз она была в постели с мужчиной, и, как правило, их положение было менее невинным, но сейчас она ощущала неловкость девственницы, от этой мысли ей почему-то стало смешно, и она еле сдержалась, чтоб не прыснуть.
Боже… Какой же бред моя жизнь…
Именно так невинно с ней спал только Леша. Только в отличие от него, Марк выказывал намерения эту невинность опорочить, и в своих мыслях, скорее всего, уже сделал, как только позволяла фантазия.
До этого мужчины в ее постели оказывались по обоюдному желанию и с вполне конкретными целями. Сейчас это уже второй мужчина, спящий с ней в обнимку, без предшествующей вакханилии, при этом платоническими отношениями нельзя было назвать ни те, ни другие. Юля позволила себе утонуть в никуда не идущих размышлениях, проговаривая все те же факты, только разными словами и формулировками. Время стало абстрактным понятием, сколько она так пролежала — при всем желании она бы смогла ответить. И только когда ей надоело гонять по кругу бестолковые мысли, удостоверившись, что Марк крепко спит и больше ничего не задумал, она позволила себе расслабиться в окутавшем ее тепле и сомкнуть веки.
 
Утро было снова пасмурным. Накрапывал мелкий дождик, и город с неохотой раскачивался, чтоб влиться в поток рутинной ежедневности. Юля медленно и лениво просыпалась по требованию мочевого пузыря. Спала она на удивление крепко и не сразу поняла, где она и кто это такой теплый, с кем она обнимается.
Точно же. Марк… Из двух потенциальных зол в моей постели на эту ночь, он мне пока нравится больше. Хотя я бы предпочла монополию на свою кровать.
Выпутавшись из его рук, ног и одеяла, она побрела в туалет, по пути захватив с тумбочки свой телефон. От Леши было еще одно сообщение:
"Я не думал, что ты будешь спать с моими друзьями. Выходит, ты обычная шлюха".
Обычная шлюха?! А его Катенька какая? Волшебная? Из Хогвардса на метле к нему прилетает?! И вообще… Какого, мать его, хрена?!
Нажата кнопка "ответить". Пальцы подрагивают от переполняющих эмоций. В ушах гудит. Щеки пылают.
"Прости, но я как раз не шлюха. Я замужняя женщина. И я была бы шлюхой, если бы предпочитала ему тебя".
Милисекунда промедления и…"отправить".
Пошел к черту, козлина!
Висело непрочитанным утреннее сообщение от мамы:
" Дочка! Слышала про автобус и твоего примчавшегося тебя спасать мужа. Рыцарь! Надо брать!"
В сети мессенджера висела Лиля, которая, судя по всему, ехала на работу, и слала Юле смешные картинки из интернета.
Ксюха писала уже около полуночи, предлагала встретиться на выходных парами или только девочками.
Кофе. Мне нужен кофе.
Шум кофеварки и источаемый ею аромат успокаивали нервы, прочищали разум, бодрили тело. И хотя Юля была в отпуске, и вставать в восемь утра было глупо — она предпочла засесть на кухне за чашкой любимого напитка и обдумать, как с пользой можно провести день. Ясно было одно — нужно было ехать заниматься документами, потому что надо было обойти кучу инстанций, даже банк оповестить о смене фамилии и паспорта, накалякать кучу бумажек и сделать миллион копий всевозможных документов.
Да уж… Не этим я планировала в отпуске заниматься…
— Доброе утро. Ты чего сбежала? Я без тебя замерз.
На пороге стоял его божественное величество Апполон, собственной персоной. В трусах, лохматый и опухший ото сна, потирающий как маленький мальчишка заспанные глаза.
Пожалуй, это даже мило.
Хотя прикрытый кусочком ткани уголок его тело был в приподнятом по-утреннему настроении, что невольно привлекало к себе взгляд, а мышечный рельеф и вовсе навевал всякие развратные мыслишки, но все же милота перевешивала. Он реально казался большим ребенком, которого хотелось погладить по головке, отправить чистить зубки и приготовить ему какао.
— Ты чего так улыбаешься? Нормальные люди по утрам добровольно в такую рань не встают, и тем более не улыбаются. Я тебя боюсь.
— Кофе будешь?
— Буду, но потом. Сейчас я буду еще спать. И ты тоже. У тебя отпуск. Пошли, а то я тебя уволоку силой.
— Вот уж нет.
Засмеялась Юля, но когда он вызывающе выгнул бровь, она поняла, что он это сделает.
— Ты забыл? У меня месяц на смену документов, как раз в отпуске этим нужно заняться, потом придется отпрашиваться с работы, а у нас этого не любят. Поэтому сегодня мне надо заняться паспортом.