Последний из рода Бельских XI (СИ)

— Но…
— А вы, Алексей, меня смогли удивить. — Мастер улыбнулся, глядя на Скуратова. — Признаюсь, я уже было списал вас в утиль — как вашего Годунова. Мне нравится, когда меня удивляют…
— Я рад, — улыбнулся Скуратов. — А насчет Годунова… Какие у вас на него планы, если не секрет?
— Ну, то, что он — смертник, вы, надеюсь, понимаете? И я его заберу с собой. Он мне будет нужен завтра…
— Завтра?.. — переспросил Скуратов, и Ивонна злорадно усмехнулась. Она-то знала, зачем он будет нужен Мастеру. А вот Скуратов не знал, и почему его не поставили в известность, женщине было непонятно. Но, значит, так надо.
— А что, если не секрет, будет завтра? — тем временем не унимался бывший глава СБ Российской империи. — Стоп… Свадьба Бельского? Так ведь? Но зачем Годунов…
— Вы забываетесь, князь! — голос Мастера стал ледяным, и от Ивонны не укрылось, что Скуратов слегка побледнел. — Я вам отчет давать не должен. Или, думаете, мы без вас не справимся? Могу активировать печать прямо сейчас!
— Извините, Мастер. — в голосе Скуратова явственно зазвучали испуганные нотки.
— На первый раз прощаю, — проворчал тот, — И первый и последний раз всё-таки отвечу на ваш вопрос. Я приглашен на свадьбу князя Бельского. И да, мне там нужен будет Годунов. Это пока всё, что вы должны знать. Не переживайте за этот расходный материал, — презрительно фыркнул Брюс. — Или он вам так дорог? — в голосе звучал неприкрытый сарказм.
— Не настолько. — поспешно заявил Скуратов.
— Правильно, — кивнул Мастер. — То, что случится завтра, небольшое дополнение к вашему плану. Чем больше неразберихи будет во дворце, тем лучше. Но остановитесь, — он поднял руку, видя, что Скуратов явно что-то хочет ещё спросить, — уже забыли последние мои слова? Нет? Похвально!.. Итак, ваш план мы принимаем. Конечно, внесём некоторые коррективы. Что делать с вами… я подумаю. Помните, что вы теперь мой раб.
— Да, повелитель. — эти слова бывшему министру явно дались тяжело.
— То-то же. Теперь о вашей дочери…
— А что о ней? — вновь напрягся Скуратов. — Император её бросил. Так что она сейчас отрезанный ломоть.
— Не совсем так, — ехидно заметил Брюс. — Сейчас она вновь живёт во дворце вместе с императором. И, насколько мне известно, у них всё хорошо. Видимо, у Алёны всё же есть мозги…
— Вот как…
— Да. — Брюса явно веселил ошеломлённый вид его собеседника. — Поэтому, если у нас всё получится, то мы, возможно, частично вернём вам, Алексей, ваш статус.
— Как? — Скуратов аж приподнялся в кресле, а Ивонна понимающе хмыкнула, после чего недовольно поджала губы.
Ей не нравился этот план, не нравилось согласие с ним повелителя. Она не понимала, почему никто не видит реальных рисков?.. Но спорить с Мастером не решилась. Тот явно дал понять, что решение уже принял.
— Разве это проблема? — равнодушно пожал плечами Брюс. — Народ поверит во что угодно, если это правильно преподнести. Сообразим новую легенду… будете несправедливо оболганным страдальцем. А что? — он рассмеялся, видя, как поморщился Скуратов. — Русский народ любит таких.
— А моя дочь?..
— Это ваша проблема. Тут будет всё зависеть от её поведения. — голос Мастера стал строгим, — Но сейчас мы делим шкуру неубитого медведя. Когда победим, тогда и будем решать эти вопросы. И многое будет зависеть лично от вас. Мы всё обсудили? — он внимательно оглядел присутствующих. — Кому-то есть ещё, что сказать?
— Мастер, вы уверены… — всё-таки решилась ещё раз Ивонна, но Брюс даже не стал её слушать, слегка нахмурившись, и поднявшись из кресла.
— Решение принято. — голос повелителя стал ледяным, отчего женщина невольно сжалась. — План мы обсудили. Завтра я лечу на свадьбу. «Елена Глинская» со мной в качестве личного секретаря. Да, не удивляйся. — голос его вновь потеплел, Мастер посмотрел на опешившую от этих слов Татищеву. — Или ты против?
— Нет! Конечно же нет, — вскочила она.
— Ну вот и хорошо. Нас завтра на свадьбе ждёт серьёзная и рискованная задача. Если мы её выполним, и добьемся результата, то половину дела, считай, сделаем.
 
Уже в дверях он повернулся к стоявшему Скуратову.
— Алексей, вы с Фирсовым обсудили детали?
— Да, но надо будет ещё раз всё проверить перед рассылкой.
— Я надеюсь, что вы будете аккуратны. Любая ошибка будет стоить вам жизни, — строго предупредил Мастер. — Скажите Годунову, чтобы собирался, и проводите его к флайеру. И, главное, молчок. Скажите чего-нибудь ободряющее, вселите надежду. Будущему покойнику всё равно, а из-за своей трусости он может каких-нибудь глупостей наделать.
— Я понял. Всё сделаю, как надо! — заверил его Скуратов.
— Не сомневаюсь в этом. Пошли, Ивонна.
* * *
После обеда время понеслось с какой-то фантастической скоростью. На обеде девушки так и не появились, зато появился Исидо вместе с матерью. Хатико выглядела, как всегда, эффектно. Вот чего у неё не отнимешь, так это шарма. Да и одета вполне по-европейски. Причём платье было коротким и весьма открытым… М-да! Вот на маму она была точно не похожа, сейчас женщина смотрелась ненамного старше своего сына.
— Веромир-сан! — радостно воскликнула она, увидев меня. — У вас очень красивый дом.
Комплимент был несколько двусмысленным — дом всё-таки был построен Годуновым, а не мной, но, с другой стороны, победитель всегда прав.
— Спасибо, — поклонился я ей, и украдкой взглянул на Исидо. Вроде, бодрый и веселый. Значит, за связь с Виолеттой его особо не ругали? Интересно…
Хатико пыталась расспрашивать о мальчишнике, жалуясь на сына, который ей ничего не рассказывает. Но я, понятное дело, не стал распространяться о том, что там происходило. По глазам женщины и так понял, что она об этом догадывается.
До ужина я занимался делами… ну как занимался. Слушал доклады Гвоздева и Шемякина. Расположились мы в моем кабинете втроем. Параллельно всё же решил просмотреть список гостей. И вот тут слегка подвис. Брюс. Пётр Фёдорович Брюс собственной персоной.
— А его кто пригласил? Зачем⁈ — вырвалось у меня, после чего я ощутил на себе два изумлённых взгляда.
— Как это «зачем»? — удивился Гвоздев. — Он же ректор вашей Академии! Ну и это вполне естественно, род пусть и не великий, но очень авторитетный.
— Вы в чём-то его подозреваете, господин? — взгляд Шемякина стал острым. — Есть причина для подобной реакции?
— Есть, — не стал я скрывать. — Подозреваю, что он — Мастер.
Мои соратники переглянулись.
— Князь Брюс — Мастер? — уточнил Шемякин. — Извините, господин, но почему такие выводы?
Я тяжело вздохнул, и попытался объяснить двум своим ближайшим помощникам, почему я так всё ещё думаю. В любом случае, мысль о двойной жизни ректора меня не отпускала, несмотря на все слова и поступки Брюса.
— Вам надо было сразу поговорить с нами об этом, Веромир, — укоризненно произнёс Гвоздев. — Хотя я не думаю, что он на самом деле Мастер…
— Но подозрения, в принципе, имеют под собой логическую основу, — задумчиво произнес Шемякин. — Даже то, что он сдал француза, ещё ни о чём не говорит. Это могло быть хитростью.
— Ты думаешь, что он Мастер? — Гвоздев недоумённо посмотрел на начальника СБ.
— Надо проверить, — пожал тот плечами. — Сейчас я готов рассматривать любые версии.
— Интересно. И как ты проверишь человека, который всё время сидит в Академии? — саркастически осведомился Павел.
— Он на банкете будет, подумаем… — туманно ответил Иван. — Вы даёте разрешение на разработку князя Брюса, господин?
— Даю, — кивнул я.
— И, думаю, надо поговорить с господином Кинтаро.
— Кстати, совсем забыл! — хлопнул себя по лбу Гвоздев, — Извините, Веромир. Там Константин Годунов сегодня приехал. С Варварой уже пообщался…
— Так зайдём к нему, — усмехнулся я, поднимаясь из кресла. — В любом случае, до свадьбы он Клятву должен принести.
Дядя моей невесты оказался совершенно не похожим на своих брата и племянника. Худой, высокий и жилистый, с твёрдым взглядом тёмных глаз. Держался он с достоинством и, честно говоря, мне сразу понравился.