Отражение ночи (СИ)

— Как же не хорошо обманывать своих знакомых, — прозвучало над головой, а мое тело обхватили в тески крепкие руки, упиравшиеся в барную стойку.
В животе тут же запорхали бабочки, а по коже побежали приятные мурашки от удовольствия, которое вызвал уже знакомый мужской голос.
— А кто обманул? — не понимая, о чем он говорит, решила уточнить и случайно дернулась, спиной касаясь его живота. Каменного живота, хочу заметить.
— Одна милая девушка очень опаздывала на работу и отказала мне в чашке кофе, — оее-ей, зачем же так томно шептать мне в ухо. Я не сдамся без боя, честно-честно.
— Надеюсь, ей будет стыдно, и она понесет наказание, — не шевелясь, ответила я и резко почувствовала облегчение, когда руки Вадима переместились мне на плечи и принялись их массировать. Если и есть люди, которые не любят массаж, так это точно не я.
— Она обязательно понесет наказание, и ей это очень понравится, — продолжал шептать мне на ухо, и я готова была сдаться, готова была резко развернуться на стуле и сама вцепиться в этого мужчину, завладеть его губами, которые сейчас слегка касались моего ушка.
— Счастливица, однако, — продолжила я нашу игру, но тут нас перебил Никитка, приготовивший мне два стакана кофе.
— Держи, красавица. Твой в коричневом стакане.
— Спасибо, Никитос, тут без сдачи, — я протянула ему пятьдесят гривен и, подмигнув, поднялась со стула, до сих пор ощущая руки на своих плечах, и, подхватив трафаретку с кофе, собралась пойти к выходу.
— Ты в академическом? — хриплый, возбужденный голос заставил затвердеть мои соски, и я порадовалась, что ношу бюстгальтеры с поролоном, иначе бы кружево выставило на показ мое возбуждение.
— Вам чего? — сглотнула, а в тайне понадеялась, что я понравилась этому мужчине, и он ищет со мной встречи.
— В три я заеду, и не думай убегать. Мне кажется, в этом больше нет смысла.
И он ушел, словно растворился, оставляя после себя лишь тонкий шлейф дорогого парфюма и негромкий перезвон колокольчиков на дверях уютного кафе. Я застыла, просто встала, как вкопанная, на одном месте, еще не понимая, что моя жизнь сделала резкий поворот. Но одно я знала точно: мужчине придется попотеть, ведь так просто я ему не дамся. Меня нужно завоевать.
— Машуль? — услышала Никиту, который озадаченно смотрел на меня со стороны барной стойки.
— М?
— А ты попала!
— «Круто ты попал на TV, ты звезда, начинай, давай, народ удиви», — пропела я давно известные строчки из песни, а потом, прищурившись, спросила: — А у тебя чего такая мордаха довольная?
— Так это же Узлов!
— Эм, мне должна о чем-то сказать его фамилия?
Никита вышел из-за барной стойко и, подхватив меня под локоть, подвел к выходу и пальцем указал на громадное здание через дорогу. Ну да, видела я его раннее, попробуй такую махину не заметить.
— Вон «Studio Uzlov» видишь?
— Угу!
— Это его центральный офис. У него там дизайнеры, архитекторы и прочие талантливые люди. Короче, большая шишка!
— И? — никак не понимала я, что он хочет мне этим сказать.
— А то что он как-то на пресс-конференции сказал, что женится, только если полюбит с первого взгляда.
— И? — снова повторила я, пялясь на крутое здание большой «шишки».
— Что «и»? Да он в тебя втрескался по уши. Вы давно знакомы?
— Ага, минут двадцать как.
— Тогда готовь фату.
— Длинную? До пола?
— Чтобы шлейф в пять метров.
— Да иди ты в баню, Никита, я на работу опаздываю! — воскликнула я и свободной рукой шуточно хлопнула его по затылку. — Все, вечером забегу, буду жива.
Из кафе я уже вылетала, представляя хмурое лицо Владлена Михайловича и надеясь, что кофе меня спасет. А с эти Узлом или как там его, я разберусь попозже. Уж указывать он мне точно не будет. Не позволю! И работы у меня сегодня выше крыши, пусть что хочет, то и делает. Хоть до посинения ждет. Гордая птичка! Наказывать он меня вздумал, ну-ну!
  
Глава 2
 
— Ну что, все готово, Владлен Михайлович, можем выдохнуть.
— Выдыхать будем, девочка, после спектакля.
 
— Ой, ну, Вы как всегда! Нет, чтобы мыслить на позитивной ноте, — возмутилась я, когда мы с режиссером прогуливались к выходу по холлу театра.
Время было около шести вечера, но на улице только начиналась жизнь. После работы все старались гулять по городу и кафешкам, бродить по магазинам и паркам. Темнело летом поздно, а жара спадать начинала только к вечеру, и потому я с огромным удовольствием высматривала в стеклянных дверях зеленные деревья, растущие около театра, и яркое солнышко, которое медленно клонилось к закату. Солнце скоро скроется за высокими старинными зданиями, но на небе, в особенности там, где собираются облака, отлично будут видны красивые прозрачные лучики. Обожаю наблюдать за закатом солнца, ведь в этот момент внутри тебя рождается что-то новое, необъяснимо фантастическое, после чего понимаешь, насколько прекрасна наша жизнь.
— Я мыслю позитивно, но раньше времени не расслабляюсь.
— Я понимаю, если бы вы на сцену меня выперли, тогда да, есть, о чем волноваться, а так, у Вас же там одни профессионалы играют.
— Машенька, была бы ты на моем месте…
— Да-да, Владлен Михайлович, я не на Вашем месте. Но Вы тоже не накручивайте себя, к тому же, это далеко не первый Ваш спектакль, не о чем волноваться, — заверила я седовласого мужчину, который, как мне сообщили, жутко волновался перед каждой премьерой.
— Да ну тебя, — махнул он рукой, забавно поправляя очки на носу. — Ты пешком?
— Конечно! Я же здесь рядышком, только сначала в парк Пушкина схожу, хочется немного прогуляться.
— В Горького уже была?
— В теплую пору еще нет, на выходных собираюсь.
— Машенька! — услышала знакомый голос и резко обернулась, заметив у гардеробной высокого мужчину, с которым познакомилась сегодня утром.
— Теперь я понимаю, прогулка намечается более веселая. Завтра в восемь жду тебя в гримерной, и не опаздывай, — попросил Ангеловский и, помахав рукой, исчез за дверью.
А я молча застыла, взирая на красивого мужчину, который все больше и больше привлекал меня своим внешним видом. Теперь я могла спокойно рассмотреть его, не задирая голову вверх, потому что находилась в нескольких метрах от Вадима. Высокий (в этом я убедилась еще утром), крепкий (видно, что ходит в спортзал), покатые плечи, широкая грудь — мечта любой женщины. Вот бы еще потрогать пресс, наверняка же, каменный, как и все его тело.
— Давно меня так не рассматривали женщины, или я просто перестал замечать наскучившее внимание, — вывел из мыслей голос Вадима, и мне пришлось сделать вид, что я задумалась о работе.
— А с чего Вы взяли, что я Вас рассматриваю? Я просто задумалась о завтрашнем спектакле.
— А щечки отчего покраснели?
— Ох, — я тут же приложила ладошки к щекам и поняла, что действительно попалась на горячем, — можно подумать Вы меня еще не всю рассмотрели.
— Давай договоримся — обращайся ко мне на «ты». Тебе сколько лет?
— Двадцать пять. А Вам?
— Что? — сделал вид, что не понял моего вопроса, дожидаясь, когда же я обращусь к нему на «ты». Эх, была ни была.
— Ладно. Сколько тебе лет?
— Вот и отлично! Мне тридцать пять, так что разница не такая уж и большая, чтобы мне выкать.
— Договорились. Ну ладно, я пойду…
— Куда? Я пришел за тобой и приглашаю немного развеяться.
— Хм, ладно. Только я собралась в парк, и мне уж очень хочется чего-нибудь холодного выпить.
— Как на счет ужина на крыше?
— Что? У вас в Харькове есть ресторан на крыше?
— Есть, — кивнул Вадим, перехватывая мою руку. — А ты что не из Харькова?
 
— Нет, я здесь только пару месяцев.
— Тогда буду тебе показывать самые красивые места.
— Хорошо, — согласилась я и для убедительности кивнула головой.
Мы вышли в удушающую жару из прохладного помещения, в котором целыми днями работали кондиционеры, и сразу же направились в сторону припаркованного авто мужчины. Только мне эта идея понравилась не очень, и я предложила свою: