Измена. Любовь на осколках (СИ)
— Да погоди ты, какой развод, о чем ты? Эта Алина наверняка такой реакции и ждала! Подставить его, привести меня. И вот я сама бегу разводиться, Кирилл свободный и можно брать! Нет уж, мы семь лет жили вместе, ты столько всего прошли. И чтобы я сейчас из-за какой-то крашеной …
— … матери его ребенка. Ник, дорогая, ну вот как ты себе объяснишь это непорочное зачатие?
— Нет никакого ребенка. Я уверена.
— Да я тоже, если честно. Но сам факт вероятности этой беременности — повод для развода.
Мы сидим на улице в беседке, пьем душистый чай. Я смотрю на чашку стараюсь согреть руки, но мелкая дрожь не уходит. Она волнами покрывает все тело и я сдерживаюсь только чтобы Соня не видела.
— Не хочешь у нас остаться на ночь? Я тогда бы вина нам открыла. А то чай тебя чего-то не греет нифига. — подруга укрывает меня пледом. — К нам приехал сослуживец Радика, они там с мальчиками в гараже возятся в машинах. Утром бы вместе поехали с ним в город.
Я только сейчас осознаю что Радик выскочил поздороваться когда я приехала и сразу пропал. И мяса не слышно жаренного… остаться тут на ночь кажется очень спасительным решением. Я просто боюсь ехать домой, пора признаться себе в этом.
Из мыслей меня выдергивает голос Дамира. Мелкий залетел в беседку на крейсерской скорости и громко сообщил, что папа и Денис (какой еще Денис?) закончили с машиной и хотят ужинать.
— Значит мясо точно будет. На тебя жарить? — спросила Ника и поймала сына, чтобы заботливо вытереть ему лицо, перепачканное в чем-то черном. Активно помогал папе, умница.
— Конечно жарь! Голодным отсюда никто не уйдёт! — Радик, смеясь, вышел из гаража и направился к нам, а за ним шел мужчина. — Денис, чего встал как вкопанный? Нику нашу увидел? Знакомься!
Надо было ехать сразу после чая. Поднимаю взгляд на незнакомца и смущенно молчу. И тут нашу неловкую тишину пробивает трель телефона. Моего. На экране фото мужа и входящий от Кирилла.
Третья глава
Встаю из-за стола и отхожу на пару метров от ребят, светящихся у мангала. Соня поняла кто звонит и направилась за мной. Жестом руки прошу ее остановится и показываю что я в порядке. Да не черта я не в порядке! Отвечаю на звонок.
— Дорогая, ты у Хафизовых? — он недолюбливает мою лучшую подругу. А ее мужа вообще на дух не переносит. Еще бы, Кирилл типичный представитель «белых воротничков» — дорогущий костюм с идеальной посадкой. Согласно этикету, стоимость часов у мужчины не должна превышать его двухмесячную зарплату. А от продажи часов моего мужа можно купить парочку таких домиков, как этот.
Соня с Радиком совсем из другого мира. Радик был в горячих точках, после чего работал военным следователем. Я люблю слушать его рассказы. Как у большинства военных, они всегда звучат по разному, а большая часть из — них продукт фантазии. Сейчас Радик не сильно распространяется о своей работе, но это что-то очень серьезное с офисом в центре Москвы и частыми командировками. А Соня вообще работает в прокуратуре. Они оба такие настоящие, что не укладываются в картину мира Кирилла. А главное — они ему не подвластны. Мой муж не любит то, что не может контролировать.
Я молчу в трубку и смотрю на семейную идиллию во дворе. Мы не такие. Я же мечтала об этом, когда выходила замуж. О семье, доме, о гармонии и поддержке. О ребенке.
— Ника?
— Да, я слышу. Ты что-то хотел?
— Увидеть тебя и поговорить.
— Я не думаю, что у нас есть о чем говорить. Мне ничего от тебя не нужно, можешь оставить все имущество себе.
— Значит ты не успела проконсультироваться у своих друзей? Очень глупое решение, на Соню не похоже.
— Это не ее решение, а мое. Детей у нас нет, квартиры и дом твои. Я их не выбирала и не покупала. Не вижу смысла тянуть с делением имущества.
— А твоя лаборатория?
— При чем тут моя лаборатория? Компания зарегистрирована на меня как и все лицензии и контракты. Развод не повлияет на мою работу.
— Ну так нечестно, ты решила развестись, а последствия разгребать мне одному? Ошибаешься.
— Какие у тебя могут быть последствия и при чем тут дело всей моей жизни? Кирилл, что ты задумал? Я же сказала, я не хочу скандала и просто уйду.
— Развод и есть скандал, дорогая моя женушка. Причем в нашем случае очень масштабный.
— Боишься, что связь с помощницей и развод повлияют на твое положение в Совете Директоров?
— Не боюсь, потому что не допущу этого. О связи никто не узнает. Кто тебе сообщил, кстати?
— Спроси мать своего ребенка. Я получила конверт. Как давно ты знаешь об этой беременности?
— Недавно. Я поговорю с Алиной, она будет вести себя прилично.
— Ты серьезно? Меня не волнует ее поведение, я не хочу говорить с вами обоими. Я заеду и просто заберу свои вещи. Остальное соберу позже.
— Приезжай сейчас, поговорим. Меня не устраивает выяснение отношений с собственной женой по телефону. Жду.
И бросает трубку. Конечно, последнее слово за ним должно быть. Чувствую горечь во рту и подступающую тошноту. Сердце, кажется, не билось во время всего разговора, а сейчас понеслось вскачь, подпрыгнув на месте.
Всматриваюсь в темное небо, звезд совсем не видно. Тело бьет крупная дрожь, зубы стучат. Это не холод, это состояния ужаса. Как там было? Отрицание, гнев? Когда там фаза с принятием?
На плечи мне опускается плед. Я совсем не слышала шаги за спиной. Резко оборачиваюсь.
— Простите за беспокойство. Соня попросила вас проверить. Плед прихватил не зря, кажется. Вы дрожите.
Продолжаю тупо смотреть на мужчину передо мной, задрав голову. Высокий. Светлый такой. И лесом пахнет. Медведь прям.
— Я сильно помешал?
— Простите, я убежала и даже не поздоровалась с вами. У меня тут… ситуация чрезвычайная.
— Я Денис. А вы Ника. Соня с Радиком про вас говорили. Ну вот, мы знакомы, теперь плед натягивай на плечи и пошли к огню. — он развернулся ко мне спиной и зашагал в сторону ребят.
Я слегка опешила от такого резкого перехода на «ты» и вообще от знакомства. Хафизовы очень закрытая семейка, они домой кого попало не таскают. И я не ожидала совсем кого-то встретить тут. Ощущение, что в мое личное пространство вторглись. Я ехала пострадать на Сонином плече тихонечко, а теперь придется сидеть со всеми и делать вид что я в порядке… или ехать в город и ночевать там. Может, гостиницу снять?
Четвертая глава
— Если ты думаешь, что мы отпустим тебя на ночь глядя в город, то подумай еще раз.
— Сонь, я итак припозднилась… надо ехать.
— Куда? К нему? Давай лучше утром эти вопросы решим. Ты же не просто так приехала к нам первым делом. Значит нужно остаться у нас. Могу завтра поехать с тобой.
— Куда? Зачем со мной? — я слабо представляю что Соня будет делать у меня дома при встрече с Кириллом.
— Ну как зачем. Постою на шухере. При мне он ничего не выкинет. Могу в машине посидеть внизу, подождать. А ты пока вещи соберешь. Там и решим дальше.
Я понимаю каждое слово. Каждая фраза звучит очень логично и одновременно, комично. Но как, черт возьми, я себе это представляю? Соня с целым отрядом ребят в балаклавах стерегут меня, пока я достаю чемоданы и опустошаю свою гардеробную? А стерегут они меня от чего? Как бы Кирилл не изображал из себя тирана, руку он на меня не поднимет. А слушать неприятные вещи мне придется все равно. С Соней или без нее.
Мы поженились сразу после моего диплома. Не знаю, что такой парень нашел во мне. Я училась на химическом, а он, конечно же, на экономиста. Его семья устраивала банкет по случаю открытия нового корпуса нашего университета, который они, собственно, и построили. Я, в числе отличников, тоже там присутствовала. На мне было тогда черное платье в пол с открытыми плечами и нитка жемчуга, взятая на прокат у Соньки. Он пригласил меня на танец.
— Вам идет жемчуг. Но его нужно носить в паре.
Даже при первом знакомстве он вел не только в танце. После того вечера я ушла домой с неприятным осадком. Вот вроде бы и пригласил шикарный мужчина, но жемчуг этот проклятый…