Пробуждение Гиганта (СИ)
Так уж вышло, что Генриетта знала Аню довольно давно и очень хорошо. В своё время в военном училище флота они были в одной группе подготовки капитанов. Только вот в отличие от коммодора, будущая корсар была не в меру неусидчивой и слишком свободомыслящей для военного флота. Она любила риск и азарт боя не меньше, чем свободное плавание в облаках и игнорирование некоторых норм поведения военного офицера. Подругами они не были, но Генри постоянно доставалось присматривать за этой бестией, которая норовила втянуть её в неприятности. После выпуска и получения патента капитана, они распорядились своими возможностями по-разному. Будущая коммодор пошла в ФСК и там смогла показать себя лучшим образом, а вот Тандерболт выбрала судьбу частного военного, к которым во флоте было соответствующее отношение.
В Союзе действовал закон, который разрешает частным лицам с патентом боевого капитана управлять военными кораблями не тяжелее лёгкого крейсера включительно. Сделано это было в целях поддержания конкуренции в рядах владельцев больших компаний. По мнению Синода, пока они находятся в некоем противостоянии, ими проще управлять. Однако, закон также ограничивал количество этих самых кораблей, а нарушение оного грозило серьёзными последствиями. А так как военный корабль подразумевал и солидные расходы на его содержание, корпорациям было проще нанимать корабли на временную работу, а не содержать собственные. Это позволяло таким, как Аня, держаться на плаву и даже неплохо зарабатывать. Но над частниками всё равно висела тень ФСК, который тщательно следил за такими вот авантюристами, чтобы те не зазнавались и не пытались прыгать выше головы.
Генри знала о том, что эта встреча неминуема, однако постаралась не думать о ней, до тех пор, пока она лично не увидит бывшую однокурсницу. Что сказать, время пощадило её больше, чем судьба. Аня была крепкой, немного маскулинной женщиной, чьё тело несло следы многих кровавых боёв в рукопашной. Как и раньше, она носила на поясе внушительную саблю, которой абсолютно точно могла рассечь человека от плеча до бедра ровно по диагонали. По её рукам было видно, что она привычна к тяжёлому флотскому труду. Однако, её стать и выправка выдавали в ней капитана. Она не сутулилась, держалась ровно и с вызовом, её поза так и выражала уверенность в себе и гордость за себя. На одной кожанной портупее она несла ту самую саблю, а на другой — массивный пистолет. Её одежда была не нова и скорее практична, нежели изящна. В отличие от коммодора, которая сейчас была почти при параде.
Они встретились в флотской канцелярии, ожидая приёма у адмирала, которому они обе должны были отчитаться. Судя по всему, Аню сюда привела жестокая необходимость, а не покладистая исполнительность в отношении ФСК. Для Генри этот вопрос даже не стоял. В её сознание дисциплина была вбита достаточно крепко и исправно, чтобы даже не задумываться о необходимости докладов.
— Итак, как твои успехи? Как дела в Империи? — не унималась Тандерболт.
— Нормально, война продолжается…
— Кому война, а нам — мать родна! — весело заключила корсар.
— Ты не выглядишь сильно озабоченной по этому поводу.
— Так ведь это — мои деньги. Пока я тут, мне платят за мою работу. В отличие от некоторых, у меня нет жалования и пайка.
— Это — твой выбор. Видит Отец, ты сама его делала…
— И ни капли не жалею. Мне нравится моя работа. За последнее время мы неплохо так потрепали королевский торговый флот.
— И это из-за тебя они усилили патрули над территорией Сфорца?
— Не знаю ничего об этом.
— Такие, как ты…
— Или такие, как ты…
Их пикировка могла бы длиться достаточно долго, если бы дверь не открылась, и адмирал не пригласил Генриетту пройти в кабинет. Аня бросила ей напоследок весьма наглую и гаденькую усмешку, но перед начальством она не стала нисходить до ответа.
На этой стоянке все места уже были заняты кораблями, так что в кавернах было тесно от флотских, будь они из ФСК или иного происхождения. Также, тут было полно наёмников, разнорабочих, торговцев и прочего мелкого люда, который хвостом тащится за военными, чтобы снабжать их, кормить и развлекать.
После визита к адмиралу и отчёта, Аня направилась в один из местных кабаков, в котором надеялась промочить горло. Разговоры с флотскими её утомляли просто неимоверно. Местечко с названием “Рыба пила” казалось достаточно смачным и подходящим на роль такого заведения.
Внутри бар был обставлен скромно, но не безвкусно, сочетая в себе элементы декора из прошлого века. Народу в полдень тут вообще не было, разве что какая-то компания оккупировала целых два стола и что-то бурно обсуждала. Аня села за стойку и заказала пива.
***
— Ну, что же, за нового человека в нашей команде! — объявил Веб и поднял стакан.
— Ура! — отозвались остальные стрелки и бокалы со звоном соприкоснулась. В баре сидели только они одни, отмечая вступление Амелии в ряды Стрелков. Команда за последнее время заметно расширилась, и теперь в ней было целых два доктора, если можно было считать санинструктора и врача-недоучку полноценными медиками. Но лучшего у них быть, пожалуй, не могло.
Амелия не долго думала над вступлением. Выбор у неё был невелик и, даже в ином случае, она бы всё равно рано или поздно оказалась на войне. Так что она рассудила, что со Стрелками ей будет по крайней мере комфортнее. Не так давно они попрощались с Ричардом Доллом и Сестрой Анеттой, которые отправились вместе с торговым конвоем в Союз, где им было суждено продолжить их изыскания с нейролитом. Возможно, война на этом была для них закончена, но в текущей ситуации нельзя было верить в лёгкое окончание такого события.
Сейчас же компания весело шумела и выпивала в баре. Веб не особо налегал на напитки, ограничиваясь тёмным пивом, а вот Рокассио заливал за воротник, как надо. Хотя стоит отдать ему должное, пьянел он очень не спеша. Зиг заказал себе ром и теперь медленно тянул одну рюмку. Дамы же заказали вино, которое тут тоже водилось. Этот бар им порекомендовали в конторе Стрелков, когда они оформляли Амелию. Местный гильдмастер был намного обходительнее того, которого Эрика видела в Империи. Он расторопно и споро оформил все бумаги и ответил на некоторые вопросы. Потом же, у него был разговор с Вебером, подробности которого тот не озвучил товарищам, сказав лишь, что спрашивал о друзьях.
На самом деле, разговор шёл далеко не об общих знакомых. Белому лишь коротко было сказано, что скоро Союз начнёт свою войну. От мысли об этом даже у прожжённых наёмников и ветеранов волосы вставали дыбом. Но все понимали, что война рано или поздно будет. Иного пути у них не было с тех пор, как они отказались поддерживать одну из сторон в Старом Свете. Важное дело Отца — война против угнетателей и поработителей из Старого Света должна была прийти на их земли. Империя и Сфорца сделали свой выбор давным давно, и теперь оставалось показать им, что самая глубокая и страшная яма на этой дороге уже перед ними. Монархии тут изжили себя и были поглощены более сильными, оставалось избавиться от оставшихся двух в этом мире, чтобы на всей планете воцарилась светлая воля Отца. Конечно, цена этого похода будет несоизмеримо велика. Конечно, многие погибнут в огне последней войны. Но многие готовы к этому. Подтверждением того были Patria Militia — добровольцы, готовые убивать за Добродетели их великого вождя в этом мире. Они не видели судьбы прекраснее, чем нести постулаты своего учения на острие штыка. Корпорации тоже не оставались в стороне. Война для них была средством обогащения. Их синдикалистские интересы были полностью в русле намечавшейся бойни. И, наконец, Сестринства и Братства, которые были готовы к этому с самого начала, чья жизнь без пролития крови за веру была лишена любого смысла. Веб, в целом и сам это всё понимал. Оставалось лишь понять главный вопрос — “когда?” На это гильдмастер ничего точного не ответил. Он и сам, наверное, не знал. Но по предчувствиям старика — не позже лета. Белый удовлетворился этим ответом.