Пробуждение Гиганта (СИ)
— Веб, он дал мне второе лицо. Красивое или нет — не важно, но у меня есть глаз, есть форма, а не дырка в башке, из которой торчат остатки костей. Ты видел такое?
— Видел. Видел и тех, кто обгорал до костей, из кого вываливались кишки. Я многое видел, Эрика. И ещё больше я сделал сам. Ты же помнишь, как выглядит пулевое ранение? Особенно в голову, когда она лопается, как арбуз. Эрика, это всё ещё наша работа. Я говорил тебе это тогда, говорю это и сейчас.
— Да я понимаю. Просто остатки сентиментальности, будь они неладны.
— А где бы его будем искать?
— В госпитале. Мы доктора, как ты сам понимаешь, а Эрика наш пациент.
Они ехали в грузовике, девушка была в инвалидном кресле, полностью завешанным простынями, под которыми покоился тяжёлый арсенал. За рулём сидел Рокассио и напевал себе что-то под нос. Рядом с ним был Док, любовно рассматривающий свой надо одноразовых шприцев, наполненных самыми разными препаратами. Тут были и седатики, и мгновенные яды, и адреналин, наркотические стимуляторы и ещё очень много всего, что было в той или иной степени в списках запрещённых препаратов. В этот раз Майзер не взял Анафему, но, в связи с особенностями задания, пребывал в родной для себя среде. В кузове тряслись Веб, Эрики и Сестра Анетта. Он не выражала ни волнения, ни страха. Она словно погрузилась в свои мысли так глубоко, что теперь не замечала окружающий мир.
— Документы! — проорал дежурный на КПП. — О вас не докладывали.
— Срочное дело, пациентка лично доктора Долла, — ответил Зигфрид, кивнув на кузов.
Солдат потрудился заглянуть внутрь и обнаружить там Эрику, чей искусственный глаз не вызывал сомнений в том, что тут постарался именно Долл. Лишних вопросов задавать не стали, и пропустили машину за ворота госпиталя. Вебер ощутил, как бойцовский азарт завладевает им. Вот сейчас начнётся самое интересное. Тихо войти, забрать доктора, тихо выйти. Или превратить это место в кровавую баню. Этого как раз не хотелось.
Рокассио припарковался у приёмной и помог вытащить Эрику. Он оставался здесь на стрёме, чтобы в любой момент дать по газам, в случае неприятностей.
— Что ещё? Нам о вас не сообщали. — пробубнил сонный дежурный в кабинете.
— Естественно не сообщали, это дело государственной важности, — вклинился Вебер. — Перед тобой графия Кайндхарт, которой господин Долл лично делал операцию. Сейчас возникли осложнения, так что срочно требуется его участие.
— Ничем не могу помочь, можете поискать доктора Долла внутри, но у него, скорее всего операция.
— Спасибо, друг, с меня причитается, — весело усмехнулся Зигфрид. — Не хочешь покурить? А я пока посижу…
— Да уж, курить охота, а до конца смены ещё ждать и ждать, — он с сомнением посмотрел на Дока.
— Ну так сходи, подыми, хочешь угощу? — он достал сигару.
— Спасибо, друг, буду признателелен. Сейчас поступающих быть не должно, но ты прикроешь, если что? — он встал из-за стола и взял сигару, направившись к выходу.
— Можешь не волноваться, — заверил ему в спину Док и хихикнул, когда дверь приёмного покоя закрылась.
— Что ты ему дал?
— Очень сильный яд. Само растение не опасно, но если вдыхать его дымы, то очень скоро сдохнешь.
— Как хорошо, что я не курю, — процедил Вебер. Они прошли через двери в основное здание госпиталя. Тут было чисто, светло и аккуратно, как и должно быть в специализированной больнице. Пару раз им встретились люди в военной форме, скорее всего охрана, но в остальном они шли без проблем.
Поднявшись на второй этаж, в отделение экспериментальной хирургии, Сестра Анетта поинтересовалась, где сейчас доктор Долл и может ли он принять пациента. На что ей ответили, что сейчас он в операционной.
— Что будем делать? — тихо спросила Эрика.
— Меня не волнует, кого оперирует этот чудик, мне нужен он, живым и прямо сейчас, — прошипел Веб.
— Склонен с ним согласиться, — кивнул Майзер. — Другого шанса не будет.
Они были уже перед дверью в операционную. Эрика с тяжёлым сердцем думала, что сейчас она должна будет отнять шанс у человека на операционном столе. Пристрелить его в лучшем случае. И это будет её благодарность за данное ей новое лицо. Какое-никакое, а лицо, с которым она давно сжилась и не помнит другого.
Она поднялась с каталки, Стрелки достали оружие и они вошли в комнату.
— Что всё это значит? Почему тут посторонние? — возмутилась одна из медсестёр. Но тот, кто сейчас работал инструментами над одной из рук пациентки, не обратил на это внимания.
— Это значит, операция закончена. Доктор Долл, вы пройдёте с нами… — начал было Веб.
— Нет, я не могу пойти, потому что ещё не закончил, — ответил человек в хирургическом костюме. — Ещё полчаса я никуда не пойду.
— Ты не понял? Операция прерывается. Все, кто находятся тут — заложники, и главный из них Вы. И либо вы пойдёте с нами по-хорошему, либо мы вынесем Вас отсюда под градом пуль.
— Сожалею, но я должен закончить с этой девочкой. Ещё полчаса, и я смогу пойти с вами, господа, — кажется его вовсе не волновала опасность ситуации. Эрика, между тем, смотрела на ту, что лежала на столе. Совсем юная девушка светлого цвета волос, худое, хрупкое тело, вместо рук до локтя протезы, схожие с тем, что стоит у самой Эрики. Сейчас Долл колдовал над одной из рук.
— Белый, пусть он закончит, — попросила девушка.
— И все успеют узнать, что мы здесь творим?! Ты с ума сошла?
— Босс, я бы мог ускорить это…
— Каким образом, Док?!
— Я помогу ему, чуть ускорю процесс.
— Изволь.
— Я тоже буду помогать, здесь явно идёт работа с нейролитом, у меня достаточно знаний для операции.
— Итак, доктор Долл, мои люди помогают Вам, но потом мы уходим с Вами отсюда. Вы будете депортированы из Королевства.
— Только не отвлекайте меня сейчас, я провожу сращивание.
— Как Вы смеете, я сейчас же позову охрану… — Вебер со всей силы двинул пистолетом по паникующей медсестре.
— Если кто-то ещё не понял, никто никого не вызывает, не шумит и не мешает нам. Операция продолжится, но её успех зависит от общего интереса в выживании. Всем ясно?!
Присутствующие активно закивали, а Вебер встал у двери так, чтобы видеть весь зал.
— Доктор, у неё пульс скачет, предлагаю вколоть это, — предложил Зигфрид.
— Что это?
— Нормализатор ритма, безопасен.
— Колите.
— Доктор, сколько нервных соединений осталось подключить?
— Вы умеете работать с паяльником Синицкого?
— Да.
— Тогда берите дополнительный и поработайте над нервами пальцев.
Анетта быстро включилась в дело и стала методично и уверенно сплавлять нейролит и нервную ткань.
— У Вас неплохо получается, где Вы учились?
— За границей.
— В Империи?!
— Нет, Союз.
— Так вы все здесь из Союза? Но Как?
— Если Вы ещё не поняли, мы пришли за Вами, чтобы вывезти из королевства.
— Но…
— Никаких “но”…
Под маской было не видно, но, похоже Долл был очень расстроен.
— А она? — коротко спросил он, кивнув на оперируемую.
— Проживёт, как нибудь, — кисло бросил Веб.
— Нет, я в ответе за неё. Я обещал ей.
— Очень опрометчиво давать обещания, которые Вы не в силах выполнить.
— Послушайте Вы! Не знаю, как Вас зовут, но Вы — порядочная скотина. Не знаю, кто прислал Вас и по какой причине, кто Ваш хозяин, но я точно знаю, что у Вас нет моральных принципов. Вам плевать на людей, на их чувства, на их страдания. Без меня эта малышка не проживёт и пары дней. Иннервит должен прижиться, соединение будет болезненным, вероятно, потребуется моя помощь во время реабилитации, а Вам важно лишь сцапать меня для каких-то своих целей. Денег или ещё чего. Вы мерзавец, каких мало.
— Не спорю, я не самый лучший человек на свете. Но это мой выбор. У Вас тоже есть свой — либо пойти с нами по-хорошему, либо мой друг донесёт Вас на руках, едва живого.
— Белый, ты перегибаешь, — вмешалась Эрика, которая до этого лишь наблюдала за происходящим. — Посмотри на неё, она младше меня, у неё уже нет двух рук. С доктором у неё есть шанс выжить и хоть как-то приспособиться…