К черту любовь (ЛП)

Любит долгие прогулки по пляжу — но не с тобой!
Ищет независимого соседа ЖЕНСКОГО ПОЛА.
Не ищу сестру или друга. Нужна просто соседка.
Прочитав это, я усмехаюсь. Она оставила только адрес электронной почты. Стоило бы повесить объявление назад, но вместо этого я сворачиваю листок и кладу в карман, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что никто не заметил. Да пошли они, мне нужно где-то жить. Бросаю грозный взгляд на магазин и уже собираюсь с гордым видом удалиться… но врезаюсь в стену. Прекрасный способ опозориться.
Ее электронная почта — [email protected] Она сказала, что мы можем встретиться в кафе на Мэйн-стрит. «Как я тебя узнаю?» — спрашиваю я. Это жутко — она вполне может оказаться мужчиной. Стоило бы довериться Крейгу и его списку.
«Ты сразу поймешь», — пишет она в ответ. Обычно я не доверяю всяким стервам, но какой у меня сейчас выбор? Я приезжаю в кафе на час раньше, чтобы осмотреться. Понимаю, что, возможно, слишком драматизирую, но это место слишком уж идеально. Я заказываю пшеничную лепешку, а они протягивают мне ложку крема и джема. Слишком идеально. Хмурясь, я беру ее и нахожу место, где жду своего чая. Его приносят в изящной стеклянной чашке — слишком идеально. Делаю глоток, подозрительно наблюдая из своего угла и слизывая крем с губ. Я, недоверчивая и кислая, воспринимаю в штыки Порт-Таунсенд. И тут заходит она. Сиреневая фея с серебристыми волосами, зачесанными в «конский хвост». Боже, нет!
Грир соответствует своему объявлению. Я вынимаю его из кармана и расправляю на столе, пока она осматривает помещение, улыбаясь знакомым лицам, в поисках… меня. Я, как идиотка, машу этим объявлением. Заметив меня, ее глаза вспыхивают, и она машет мне обеими руками. Мне хочется, чтобы она споткнулась о ножку стула или что-то типа того, но она грациозно проходит между столиками.
— Элена? — уточняет она. Я встаю, а она обнимает меня — обвивает руками мою шею, как будто мы старые друзья. Я пытаюсь оттолкнуть ее, но мне не хватает сил, и очень нужно почувствовать объятие. А еще от нее пахнет специями: мускатным орехом, корицей и гвоздикой.
— Как смело, — все еще обнимая меня, произносит она. — Проделать такой путь в одиночку.
Но я не чувствую себя смелой. Зато чуть не сажусь мимо стула, но Грир, похоже, не обращает на это внимание.
— Я всю жизнь прожила здесь, — продолжает она. — Слишком трушу, чтобы переехать.
Обожемойобожемойобожемой. Мне она нравится. Я слабо улыбаюсь и беру свой чай, который уже остыл. У нее по всему телу нарисованы цветы, и волосы выкрашены в серый цвет, а она говорит, что трусит, и восторгается моей смелости.
«Привет, я бежевая стерва», — хочется сказать ей.
— Расскажи мне о себе, — наконец произносит она, наклоняясь вперед. У нее серые глаза. Они подходят к ее волосам и дополняют ее немного нереальный облик. Страшно сидеть напротив настоящей феи и знать, что не можешь рассказать ничего интересного о своей жизни. Ну… может, только что-то вроде: моя лучшая подруга встречается с твоим бывшим женихом.
— Я… просто хочу… найти себя. — Это чудовищно странное заявление, но Грир кивает, как будто поиски себя — это очень серьезно, особенно когда об этом говорит запутавшаяся девушка.
— Тогда ты приехала в нужное место, — отвечает она. — Не только в Порт-Таунсенд, но и в Вашингтон вообще. Что-то здесь исцеляет людей. — Я слышу надежду в ее голосе. Меня не унижали и не ломали. Я не героиня-неудачница какого-то романа. Мои родители не развелись, а мое сердце по-настоящему никто не разбивал. Я самая обычная девушка, которой что-то не дает покоя. Я не рассказываю Грир о том, что мне не дает покоя сон с участием ее невероятно красивого бывшего жениха, или о том, что в моем воображении граница между миром Гарри Поттера и реальной жизнью практически стерта. Я перебираю край своего бежевого топа и слушая мелодичный голос Грир, рассказывающий обо всех достопримечательностях Порта Таунсенд: о кинотеатре, построенном в 1907 году, где есть старый автомат для приготовления попкорна, и в которым одновременно показывают только три фильма. А потом о мистере Ругамистере, который ходит в кино каждую субботу и садится на одно и то же место в одном и том же зале, одетый в одну и ту же голубую вельветовую куртку. — Ему все равно, какой фильм показывают, или сколько раз он его уже видел. Но в три часа он в кино со стаканчиком попкорна.
 
— Но на это должна быть причина. — Против своей воли я наклоняюсь вперед, увлеченная историей мистера Ругамистера и его попкорна. Грир продолжает смотреть на меня, посмеиваясь над моей реакцией. Ее колени подогнуты, а в руках чашка чая. Такое чувство, словно старые подруги встретились за ланчем. — Не всегда, — отвечает она. Она протягивает свою светлую руку и накрывает мою, всего на секунду. — Не всегда, — уверяет она. А потом убирает руку. Я обдумываю ее слова, гадая, права ли она. Я верб в математику, в ответы, в то, что если упорно искать, то что-то да найдешь. Может, это был всего лишь сон. Это и был сон. Но сейчас все реально, и я здесь. И она девушка тоже ощущает этот момент. Наверно, я действительно жутковатая, потому я-то знаю, кто она такая, но она все еще не знает меня.
— Грир, — начинаю я, когда разговор о мистере Ругамистере заканчивается. — Думаю, у нас есть общий знакомый. Не уверена, что ты тот самый человек, но он говорил, что в Порт-Таунсенд есть только одна Грир.
Грир ставит на стол чашку и выпрямляет ноги, чтобы наклониться ко мне, опираясь локтями на колени.
Произнося это, я не могу смотреть ей в глаза. Боюсь, что она подумает, что я все это подстроила.
— Кит Айсли, — продолжаю я. — Ты его знаешь?
Ее лицо не отражает ничего, кроме радости. Они кивает, улыбается и спрашивает, откуда я знаю Кита.
— Он встречается с моей подругой, — объясняю ей. — Я не очень хорошо его знаю, до того, как я уехала, они не слишком долго встречались.
— Как Кит? — интересуется она. — Он в один момент взял и уехал в солнечную Флориду.
— Вроде как, хорошо. Часто носит фланелевые рубашки, — выдаю я, а Грир смеется.
— Ну что ж, Элена. Я с удовольствием буду жить с тобой, если тебе еще нужна комната.
Я слегка в шоке. Мы легко проскочили часть, где я знаю ее бывшего жениха, как будто это ничего не значит. Она даже не стала больше ни о чем меня расспрашивать. Мы обмениваемся номерами телефонов, и Грир протягивает мне папку со всей информацией о консервном заводе, правила и договор об аренде, который мне нужно подписать и вернуть ей. Она говорит, что раз мы знаем друг друга, то можно обойтись без депозита. Когда мы выходим на улицу, она обнимает меня, и я лицом утыкаюсь в ее серебристые волосы.
— Увидимся завтра, — говорит она, а потом добавляет: — соседка.
Я еще даже не видела места, но уже очень счастлива. Я не делаю того, что свойственно старой Элене. Вместо этого сворачиваю и иду своей дорогой. Это важно. Я учусь магии.
  
Глава 24
 
#войнахудожников
 
Историческое здание завода по консервации моллюсков, построенное в 1873 году на набережной Куинси-стрит, представляет собой двухэтажное кирпичное строение площадью 6482 квадратных фута (1976 метров). Когда я подъезжаю на арендованной машине, Грир ждет меня снаружи.
— Вау, классная машина, — восхищается она. Я краснею.
— Я взяла ее в аренду. Внутри она не очень большая. Мне действительно нужно вернуть ее в Сиэтл и купить машину.
— Здесь тебе машина не нужна, — говорит она. — И ты всегда можешь воспользоваться моей.
— Спасибо.
Эта доброта заставляет меня чувствовать себя неловко. Обычно это я оказываю всем помощь. Оказавшись внутри, мне требуется минута, чтобы глаза привыкли.