Изумрудное золото. Тень (СИ)

Увидев у дальнего входа в залу отца, он отпустил руку Прядильщика и, заставив забыть о себе, скрылся из вида до того, как Оло Вист приблизился. Удаляясь в бесплотность, Розал услышал далёкие ещё голоса, которые вряд ли уловили двое мужчин. Улыбнулся. Сюда приближались мама, Ия и дядя Фэр. Сестра выполнила свою первую задачу. Осталось им всем покинуть Карман и, помимо дядюшек, решить, наконец, проблему родителей, чьи тёмные убеждённости — тот ещё морок.
  
Глава 15
 
«От артефактов и поисковых вещей одни проблемы!» — сердилась Алия, пробираясь по тёмному лабиринту и разгоняя затхлую черноту слабым свечением бирюзового шара. Хоть какая-то польза от перенятых сил иномирца: она научилась творить видимую магию. За её юбку держалась Ия. Позади шёл Фэр, который не озирался, не выказывал беспокойства, свойственного мальчишкам его возраста. Как всегда.
— С твоей подачи мы тут застряли. Что будем делать? — через некоторое время проворчала она. Лабиринт сильно петлял и казался бесконечным.
— Это всё искажение, — со знанием дела заявил подросток.
— Искажение?
— На себя гляньте, — кивнул. Алия опустила взгляд. На её груди покоилось изумрудное колье в золотой филигранной оправе. Реликвия Вистов, которой не должно на ней быть… — Искажение и наслоение… Нам точно конец! — излишне пессимистично резюмировал Фэр.
— Объяснишь для необразованных? — вспылила девушка. И ещё одна прядка её белых волос порыжела и завилась.
— Помните о сути бирюзовых иномирцев? Они одновременно существуют во всех временах и пространствах. Есть артефакты с подобными свойствами. Как реликвия Вистов. — Парень раздосадовано помотал головой и попенял на личную несобранность. — Совсем из ума выжил, раз элементарного не заметил! В этом времени мы единичны. Слиты с оригиналами вашим колье. Ещё добавилось искажение… Ия ведь понимает, о чём я? — угрюмо глянул на малышку парень.
Отпустив юбку матери, девочка схватила её за руку.
— Ия понимает, — улыбнулась глазами малышка. Её рыжие волосы омыла бирюзовая магия, аналогичная переливающемуся свету шара, что держала Алии.
Фэр назидательно указал на ребёнка.
— Она знает всё, но ничего не скажет, пока не пройдём отведённый путь. Уж не знаю, зачем… — фыркнул парень, недовольный положением вещей. Он впервые оказался в ситуации, с которой не знал, как справиться. С какой целью они бродят по лабиринту не один час? Личные артефакты в сумрачных тоннелях не срабатывали. Немногие знания, полученные за годичное обучение в академии, — в памяти не отложилось, когда он в ней успел поучиться, — не давали подсказок о взаимодействии с элементами земли, что отражали стандартные заклинания.
Заметив впереди свечение, Фэр остановил Алию. Прислушался к слабому дробному ритму чужих манипуляций, потянул носом раздражающий обоняние запашок, повёл плечами, сбрасывая налёт чёрной магии. Того недоброго еле уловимого зловонного дуновения, что почти незаметно прорезало воздух и оседало блекло-серым свечением на стены тоннеля.
— Есть какое-нибудь зелье? — спросил у бывшей жрицы.
— Думаешь, запасы с собой ношу?
— Капли хватит.
Подумав, Алия оттянула рукав платья, открывая браслет с вкраплением жемчужин. Оторвав одну из них, протянула подростку.
— Зелье стойкости, — пояснила. Сварила и упаковала в кругляшки на пороге свадьбы, чтобы оставаться верной себе в наущениях герцога и Скелии Офью.
«Свадьбы?» — на мгновение встрепенулась Алия. И тут же забыла, о чём подумала.
Взяв перламутровый шарик, Фэр раздавил его и бросил перед собой. Разлетевшись, белёсая пыль смешалась с чем-то незримым. Воздух воспламенился, задышал обжигающим жаром, который ударился о некий барьер, преградивший дорогу к людям.
— Катакомбы плача… — цыкнул Фэр, потерев шею. Проблем и неясностей прибавилось. — Проклятое место.
— Чем?
— Некогда здесь добывали скельный камень.
— Для создания бесплотных артефактов? — Алия погладила Ию по голове, когда та прижалась к ней плотнее.
— В этом месте люди необъяснимо погибали под обвалами, хотя стены оставались цельными. Оказывались замурованы внутри породы, но умирали от голода и жажды… Это место — непризнанный склеп неупокоенных. Подходит для жертвоприношений чёрных магов, но даже они сюда не суются. А нас занесло, — безутешен рассказчик.
 
— Должен же быть выход?
— Позади тупик, — наглядно указал в озвученном направлении парень. — Впереди — пламя. Стоим мы на непробиваемом камне, который не берут заклинания стихий. Пробовал. Над нами — тьма. Взлетите и проверите, что за нею? — доброжелательно предложил он Хвори, которая не то что в полную силу не вошла, а даже элементарных азов не знала, пока не посоветовал использовать силу бирюзового, чтобы осветить им путь.
— И нечего язвить, — поморщилась недужная, не желающая умирать в компании паршивца. Он же мозг вынесет в посмертии. Весь взрослый из себя, а на деле пацан пацаном. Даже с младенчества гении — всего лишь дети!..
Особенно вспоминая, как они вообще тут оказались. Спасибо его поисковой вещице и Ие, решившей «спасать странного дядю»! Малышка вдруг подскочила с кушетки, на которой некоторое время рисовала принесёнными служкой карандашами. Подбежала к столу, схватила пуговицу парня, затем за руку недоумевающую мать, и, что-то пробормотав, перенесла их в дремучий лес. Где догорал закат и искажённые тени тянулись по земле, внушая неосознанное беспокойство.
Стоя на небольшом пригорке, остолбеневшая от быстрого перемещения Алия увидела следующее. Болотистую трясину, в которой по шею потонул Фэр. Тогда как его проводник-поварёнок оставался на берегу. Сидел на корточках, подперев ладонями подбородок, и явно наслаждался безвыходным положением подростка.
— И где твоё всемогущество, Фэр Арже? — подначивал жертвенного якшу. Подобно животине, специально взращиваемой для тёмных ритуалов, призывал бороться с неизбежным. — Выбирайся, как самоуверенность велит.
Фэр процедил сквозь зубы:
— Не время для шуток!
Поварёнок мотнул головой.
— Ты ведь всё можешь, — повторил. — Всесильный, всемогущий Фэр Арже, презирающий законы мироздания.
Подросток всё больше утопал в болоте. Алия не выдержала. Подхватила дочь на руки и сорвалась с места. Приблизившись, поставила ту на ноги и шагнула вперёд.
— Что здесь происходит? — спросила обоих.
И наткнулась на осуждающий взгляд поварёнка.
Фэр на мгновение поджал губы. И с уязвлённой гордостью выдавил:
— Он толкнул меня в заговорённое болото.
— Зачем толкнул? — задавая вопрос служке, Алия напряглась, не зная, как поступит, если он действовал злонамеренно.
— Смысл? — фыркнул тот, опровергая её опасения. — Посмотрите, он сам себя топит.
— Разве?
Девушка пригляделась, но ничего такого не заметила. Фэр не шевелился, еле дышал и не приближал собственную кончину паническими метаниями.
— Ну, болотце с подвохом, — снизошёл до пояснений поварёнок. — Погрязших в самообмане топит, честных высвобождает.
— И в чём обман? — высокомерно бросил подросток и замер, так как резкое слово погрузило в трясину ещё глубже.
— Ты ведь всё можешь? Всесильный, даже смерти указ?
Парень напрягся.
— Чушь!
— Ан, нет, — служка взмахнул рукой, вспыхнувшей бирюзовым пламенем. — Цепляясь за бесплотное, куда идёшь? Твоему отцу давно пора…
— Откуда ты… — дёрнулся тонущий. Захлебнувшись вонючей отвратительной на вкус жижей, резко задрал подбородок.
Тревожно оглядевшись, Алия было дёрнулась к подростку, но поварёнок предостерегающе погрозил искрящим бирюзовой магией пальцем. И она попятилась, способная лишь наблюдать со стороны. Невольно размышляя над спором, вспомнила, что некогда Фэр говорил, что с её помощью хочет кое-кого спасти.
— Много ты знаешь⁈ — прошипел поварёнку подросток. Он тянул шею во избежание очередного глотка трясины, но каждое его новое отрицание всё ближе приближало к неизбежному.
Поварёнок безжалостно припечатал: