Изумрудное золото. Тень (СИ)
— Он поздний.
— Знаю я! Что не помешало вырасти Тени. Напрашивается вывод, что ему помогли.
— Кого подозреваете?
— Гастинга Арже. Он хорошо скрывается, но его пешки им попахивают.
— Разве? Нэхи ничего…
— Оставьте! — перебила Скелия, эмоционально взмахнув рукой. — Ничего не имею против стандартных методов империи, но ваши Нэхи — детишки в песочнице по сравнению с моими иномирцами.
— Допустим, — уступил Орланд Вист. — Почему не предоставите доказательства в магистрат или архимагу? Служители императора, как и архимага, давно рыщут в поисках улик, чтобы повязать Арже. Закон магии гласит, что обвинение должно быть обосновано и подтверждено, в противном случае — позор высшей власти. Если вы располагаете…
— Дорогой друг, вы забываете о сложных отношениях Офью со многими знатными родами. Наше голословное обвинение не даст результата. Только мы слышим иномирцев. Кто их допросит на собрании магистрата и Дознавателей? Обвинение Арже, в нашем случае, приведёт к прямо противоположному результату. Он больше сторонников перетянет на свою сторону. Весь такой праведный и душевный, подвергшийся нападкам обнаглевших Офью.
Орланд погладил Гринду, посмотрел на малышку Хайся. Как и всем, ему не удавалось «слышать», но он научился понимать иномирцев. Среди магов были такие же «прозорливые». Но большинство довольствовались малым. Кто-то и того хуже, воспринимал их как подневольную силу, годную для беспрекословного выполнения поручений.
— И, что планируете?
— Вашего старшего внука свести с моей Алией.
— Вашей Алией? Насколько помню, из дочерей у вас Агьез и Розалия. Или это секретный зачаток? — он выразительно приподнял кустистую бровь.
— Она приёмыш, — выдала заблаговременно приготовленную историю глава рода Офью. — Приёмыш, воспитанный нами, и оказавшийся недужной.
— Вы приняли безродную? — скептически протянул Вист, почесав свой подбородок сквозь седую бороду. И вызывающе заявил: — Подробности, дорогая!
Иного Скелия Офью не ожидала. Бывший глава рода Вист упрям, своеволен, сам себе на уме. Принимал только факты, разложенные по полочкам. К подобному она и готовилась.
— Владыка Рэк выбрал преемницу Врат. Новую Хранительницу.
— Не Офью?
— Именно. Причины мне неизвестны.
— Преемница — Хвори. Как понимаю, та самая, чей Зов достиг Оло. Женатого на Калин, — уточнил желчно.
— Это не станет помехой, — не менее жёстко заявила она, твёрдо встретив тяжёлый взгляд мужчины.
Их связывала странная дружба, возникшая в те годы, когда пути пересеклись при спасении смертельно раненого иномирца, чей хозяин был убит. Будучи маленькой пятилетней девочкой, Скелия уже не доверяла людям. Но мужчина, подошедший к ней, прикрывающей своим телом раненого малыша «скаи», проявил невиданную заботу, внимательность, сострадание. Осушив её слёзы, он потеснил в сторону и залатал разорванные магические каналы фамильяра. Настолько легко и непринуждённо, словно всю жизнь занимался врачеванием.
— Вы лекарь⁉ — встрепенулась она тогда.
— Ничуть, — громогласно пробасил гигант, облачённый в изумрудно-золотистые одежды. — Просто кое-что знаю.
Его «кое-что» было преуменьшением. Другие маги не понимали, какими знаниями на самом деле обладал тогдашний глава рода Вист. Любую его выходку списывали на эксцентричность, противостояние родовым основам или врождённую глупость. На деле он всегда поступал обдуманно и прицельно. Глупцы те, кто его высмеивал и недооценивал.
В настоящем оглядев её цепким взглядом, Орланд Вист протянул:
— Не станет, говоришь… Советовалась с провидицей Хайсю? — Задавая вопрос, смотрел он на примостившуюся под витриной лавки мышку-малышку, что являлась душевной проекцией иного фамильяра. Гибридное скрещивание — редкая особенность даже для мира Рэк. И хотя гибриды ниже по рангу, чем знатные представители иного мира, их почитали, уважали, с ними советовались. Особенно с теми, кто провидел пути развития связанных с людьми фамильяров. — Ладно. Зачем ты меня вызвала? — перешёл к главному.
— Серго — не повод? — сыронизировала женщина.
— Не для Офью. Вы действуете только в интересах иномирцев. Как ваша проблема связана с Вистами? — требование озвучить факты.
— Я повязала твоего внука.
— Предположу, старшего. — Послышался мнимо удручённый вздох. — Чем он карме не угодил, раз Офью его со всех сторон обложили? Не завидую.
Оценив стенания старшего Виста, Скелия усмехнулась:
— Его отношение к иномирцам изменится.
— По пути как бы ноги не переломал. Ваша девочка, Алия…
— Проблем не доставит.
— С твоим воспитанием, естественно, — хмыкнул Орланд, прекрасно разбирающийся во властном и неуступчивом характере некогда малышки, а ныне зрелой женщины, всю себя положившей на алтарь сохранения баланса меж двух миров. — Меня интересует, насколько она готова к наследованию? Твои каналы трещат по швам, недолго осталось… — прямо указал на приближающуюся кончину.
— Всё видишь… — произнесла глава Офью с налётом печальной-иронии. — Мне нужна твоя помощь, чтобы завершить начатое…
* * *Серго тяжело сел в широкой постели. Его трясло. Разум крошила раздирающая боль. Хотелось бежать подальше из родового дома, подальше от ломки, что выворачивала наизнанку. Он вмял пальцы в щёки, продавил зигзагами кожу.
«Черви… У меня под кожей черви!» — принялся драть лицо ногтями.
— Вы… ходы… вы… ходы… — бормотал бездумно, заходясь истерическим смехом. Вдруг его тусклый взгляд остановился на встревоженной девушке, нервно сминающей юбку платья. Хрипло выдавил: — Калин… Ты дря…
Рядом с ним возник седовласый гигант дед и, резко сунув в рот магическую пилюлю, заставил проглотить. Серго зло дёрнулся, но через мгновение тяжело осел на мягкие подушки. С посеревшим лицом, ввалившимися глазами и полуоткрытым ртом он сильно походил на умалишённого.
Калин Вист до боли стиснула свои пальцы.
— Что с ним? — спросила у обернувшегося Орланда Виста.
С юных лет и по сей пору седовласый седобородый гигант вечно поступал по-своему. Сначала некогда заключил договор со слыжыями, которых другие чурались и опасались. Потом скинул на старшего внука, только отпраздновавшего двадцатилетие, все семейные регалии, обязательства и исчез на десятилетие. Периодически давал о себе знать с почтовыми фамильярами. Хотя все его послания служили лишь напоминанием новоиспечённому Главе Дома, что хорошо чтить традиции, но и правила нарушать надо. Для сохранения баланса.
Старик призывал к хаосу не без причины. Некогда он не смог пойти против системы, защищающей неприкосновенность личных достижений. Особенно за закон цеплялись собиратели, наподобие Саржа го Садоха. Такие часто неверными путями завладевали редкостями и не оставляли этому свидетелей.
Го Садох однажды уничтожил семью лесничего, в роду которого передавался путеводный амулет, позволяющий заблудшим душам вернутся к жизни. Именно данная реликвия могла спасти двух людей, сына и невестку Орланда, угодивших в сети тёмного мага-отступника. Лишь по прошествии лет он выяснил, что тем магом был Гастинг Арже. Чьё отступничество невозможно доказать. Будь он рангом пониже, удалось бы убедить императора провести суд Дознавателей и выявить правду. Но если обвинить кого из объединённого рода Грёжес-Висталь-Ано-Арже — нужны неопровержимые доказательства. Которых нет.
— Вы всё так же упорствуете, дорогая? — вместо ответа спросил Орланд Вист у Калин. Одёрнув свой короткий расшитый золотой нитью перед своего пиджака, он внимательно изучил спальню на предмет ментальной защиты. Заметив нанесённые на стены замысловатые символы, удовлетворённо причмокнул: — Магическая перевязь. Неплохо. А где огненные фамильяры? — указал на явный недочёт.
— Его Светлость воспротивился…
— Паршивец! Иномирцы различного пламени хороши против нечисти и тень ослабляют.
— Тень? Хотите сказать… — Калин в панике посмотрела на Серго.
Орланд Вист огладил свою бороду.