По моим правилам (СИ)
И это тоже проглатываю.
- Ты вообще кроме себя думаешь о ком-нибудь?! – не унимается она. – Забирай своих мордоворотов и ВАЛИ!
- Ага, щас, - бурчу, бросая взгляд на маму.
Она качает головой и стучит кулаком по своей голове, намекая на то, что я тупой.
Делаю глубокий вдох и сжимаю пальцами переносицу.
Мне хочется щёлкнуть нейрализатором, чтобы Настя развидела последние три часа своей жизни.
Оглядываюсь, потирая шею.
Кирилл стоит метрах в пяти, положив руки на пояс, а охрана рассредоточилась, чтобы не подпускать к нам зевак. Не хватало ещё, чтобы нас кто-нибудь застримил.
Снова смотрю на Настю, бесясь от того, что не могу к ней приблизиться. Она дрожит уже намного меньше. Но, она такая уязвимая сейчас. И она демонстрирует мне свою спину, заставляя зверя внутри метаться и скрести когтями.
Почему всё так тупо складывается? Ведь я собирался провести некие мирные переговоры. Я, итак, наломал дров, а теперь предстаю как последнейший мудозвон, который натравил на неё кучку тупоголовых амбалов в угоду своей прихоти. Самое отстойное в последнем утверждении то, что, вроде как, так оно и есть.
Наблюдаю за тем, как мама успокаивающе гладит Настину спину и тихо приговаривает. Мама Настю сантиметров на десять выше. Она и с отцом почти одного роста. По крайней мере, понятно в кого я такой уродился.
- Иди, погуляй, - говорит она мне, кивая заостренным подбородком в сторону тёмной пустой стоянки.
Ну, блин, нет!
Никуда я не пойду!
Несколько секунд смотрим друг на друга. Я смотрю хмуро и недовольно, она спокойно и твёрдо.
Все ясно.
Защитница. Вообще-то, у обеих этих амазонок защитник я, поэтому союз против меня выглядит как полная дурь.
- Ладно, - говорю и отхожу ровно на десять шагов в сторону. Кладу руки в карманы брюк и жду, не отрывая глаз от Насти.
Дам ей пять минут. Я не жадный.
Начинаю терпеливо считать, прожигая растрепанный затылок взглядом.
Глава 30. НАСТЯ
Не могу успокоиться…
Я не знаю, откуда эта истерика…
Просто, я в жизни не испытывала столько беспомощности и паники, как сегодня.
Горло скручивает спазм, а на глаза опять наворачиваются слёзы.
Пфффф…хлюпаю носом, жуя, итак, изжеванную губу.
Нахожу глазами застывшую в нескольких метрах фигуру Иноземцева, благодаря Бога за то, что он оставил меня в покое. Силуэт в чёрном костюме начинает расплываться из-за новой порции слёз.
За что он так со мной?
Что я ему сделала?
Это что, наказание такое?
Эти…головорезы…напугали меня до чёртиков. Меня и детей.
Я в школе всегда была самой маленькой и тощей. У меня была одноклассница, которой не давала покоя моя смуглая кожа, поэтому она вечно толкала меня, таскала за шиворот и швыряла. Один раз даже кофту мне порвала, и тогда в школу вызвали её родителей. С тех пор она отстала, но я и сейчас помню как это ужасно, когда тебе нечего противопоставить чужой физической силе.
Ощущение абсолютной беспомощности и беззащитности. Вы можете не верить, но у меня затряслись колени. Я ведь даже не сразу поняла, что эти типы представляют интересы Иноземцева! И никто даже НЕ ПОПЫТАЛСЯ мне помочь, хотя я просила помощи у парочки прохожих. Они просто разбежались как крысы по своим машинам и уехали!
Опять икаю.
Я думала…Господи, чего я только не думала…
Хочу уехать отсюда. И больше никогда не хочу ЕГО видеть. НИКОГДА.
Может, я вообще вернусь в Белгород…
У меня здесь никого…теперь мне от этого некомфортно.
- Настя, да? – слышу приглушенный женский голос и чувствую деликатное поглаживание по плечу.
Поворачиваю голову и натыкаюсь на внимательный карий взгляд.
- Можно на «ты»? – спрашивает женщина.
Икаю и отвечаю, сглатывая:
- Да…
– Я – Люба. Мама Артёма, - говорит она.
Это имя, произнесённое вслух, вызывает очередной спазм в горле.
- Очень приятно… - шепчу ей, отворачиваясь.
Так вот кто взрастил эту эгоцентричную скотину?
Я не всматривалась в черты её лица, но она высокая и очень худая. Явно за шестьдесят. Одета как настоящая модница – широкие брюки, серая водолазка, длинный кардиган плотной вязки, на голове шелковый платок с узлом на затылке. Выглядит, как настоящая аристократка. Руку украшает оригинальный золотой браслет, очевидно, что-то очень дорогое и стильное.
- Послушай, - мягко говорит она, снова привлекая моё внимание. – Я бы хотела, пригласить тебя и деток на ужин…
Боже, НИ ЗА ЧТО!
Все мои защитные барьеры мгновенно восстали против такой перспективы.
Не хочу иметь дело ни с чем, что связано с фамилией ИНОЗЕМЦЕВ.
Я просто хочу убраться отсюда куда подальше, и всё...
- Спасибо, но нет… - решаю сразу отвергнуть предложение.
Она берёт мою руку и прижимает к своей груди. Какие у неё пальцы ледяные, мамочки.
- Пожалуйста… - шепчет мать Сатаны, и я вижу, как блестят от слёз её глаза.
Я ошарашена, если честно…весь её образ совершенно не вяжется с этим странным поведением. Я даже на секунду забываю о собственных бедах.
- Эм… - готовлю более вежливый отказ, но она смотрит с такой мольбой, что я тут же затыкаюсь, захлопнув рот.
- До нашего дома ехать пятнадцать минут, - говорит…Люба, продолжая сжимать мою руку. – У меня там столько всего наготовлено. Перекусите и поедете домой. Вы же, наверное, все голодные…
Голодные. Спасибо одному КОЗЛУ.
Осторожно ищу его глазами. Он наблюдает за нами, расхаживая туда-сюда. Если он только приблизится ко мне…
Люба вдруг выпускает мою ладонь и проворно бросается к задней двери Нивы. Распахивает её и объявляет:
- Привет, ребята!
Наблюдаю за ней растерянно, останавливаясь позади.
Мать Иноземцева протягивает Ванечке руку. Он смотрит на неё немного настороженно, но ладошку в ответ даёт.
- Люба, а тебя как зовут? – спрашивает она так, будто всю жизнь только и делала, что болтала с пятилетними мальчиками.
- Ванечка… - отвечает сын.
- Ого, сколько вас, - тараторит она, прижимая руки к щекам и, глядя на Варю, спрашивает. – А ты у нас кто?!
- Вахваха… - отвечает моя Пухлощёчка.
- Любишь котлетки, Варечка? – спрашивает Люба, улыбаясь.
- Кохбаску, - сообщает моя девочка.
- Ой, колбаски у меня полно! Поедешь ко мне в гости?!
- Да, - не раздумывая отвечает Варя.
Господи! Кажется, ей пора посмотреть мультик про пряничный домик и не один раз.
Не удерживаюсь и снова смотрю на Иноземцева. Он ловит мой взгляд и опускает подбородок, пряча улыбку.
Ничего смешного.
Его мать, меж тем, уже помогает малышне выбраться из машины. Стою, наблюдая за ними и комкая в руках бумажный платочек. А что я могу сделать? Не отпихивать же её от машины. Честно говоря, у меня даже спорить нет сил. К тому же, мы сегодня доели последнюю сосиску и дома, как бы, есть нечего в прямом смысле. Нужно ехать за продуктами, потом ещё до дома добираться два часа.
Тем временем Варя берёт за руку свою новую подругу и начинает щебетать, будто ей целый год не с кем было поговорить. В припрыжку уходит с ней в сторону Ренж Ровера. Даже не взяла свою любимую мягкую куклу по имени Варя, а ведь они даже в туалете не расстаются.
Наблюдаем за ними втроём, Никита почёсывает затылок. Он приехал на новогодние каникулы, потому что его непутёвая мать – моя сестра улетает в Баку к какому-то французу, с которым познакомилась через сайт знакомств. Разумеется, Никита об этом не знает. Он думает, что она летит навестить старую знакомую. Если так пойдёт и дальше, ему придётся заканчивать год в Ялтинской школе, потому что детей я ей не отдам. По крайней мере, до тех пор, пока не буду уверена в её состоятельности.
Провожу рукой по лицу. Не понимаю, как так вышло, но мы, кажется, едем на ужин к…Иноземцеву.
Очнувшись, забираю кое-какие вещички с заднего сидения Нивы и свою сумку с переднего.