По моим правилам (СИ)
Чувствую, что начинаю краснеть.
Артём медленно поворачивает голову и поднимает на меня глаза. Варя вертится в руках, поэтому ставлю её на ноги, придерживая рукой, чтобы она не убежала.
- Можно…тебя на минуту? - говорю, пойманная в ловушку холодных карих глаз.
Они медленно осматривают меня. Серое пальто, шарф, джинсы. Выгляжу совершенно неприметной, я знаю.
Но, ведь раньше его это не смущало…
Смотрю на него в ответ, пытаясь не отвести глаза.
Я не могу находиться так близко и не иметь возможности дотронуться.
Это просто убивает!
- Я занят, - бросает Артём, наконец-то, и отворачивается.
Уши мои просто горят.
Надеюсь, он не думает, что я стану за ним волочиться?
Замечаю заинтересованный взгляд женщины. Будто я букашка под стеклом.
Это придаёт мне злости.
Быстро увожу глаза, больше ни на кого не глядя.
Снова беру Варю на руки.
- Ты сказала шалик… - напоминает она.
- Купим, - хрипловато обещаю я, собираясь с мыслями.
Мне стоило прийти сюда хотя бы для того, чтобы раз и навсегда уяснить - я для него НИЧТО.
Я уйду и забуду его.
Теперь сделать это будет легче. Я даже некоторое облегчение чувствую. Наконец-то.
Но, сначала сделаю то, зачем пришла.
- У меня были проблемы с отоплением... - начинаю, злясь от того, что голос дрожит. Иноземцев откидывается на спинку стула и проваливается в свой телефон, игнорируя меня. – Мы мёрзли два дня, и я позвонила Олегу, потому что больше никого здесь не знаю а ты...ты почти три недели...не брал трубку.
Ноль реакции.
Чувствую в горле ком.
Пошёл он.
Пора уходить отсюда.
- В общем…забудь, - советую ему и быстро лезу пальцами в сумку. Достаю ключи от коттеджа, которые ношу с собой с того дня. Опять же, не знаю зачем. – Я просто хотела вернуть это…
Хочу бросить их на стол, но они описывают идеальную дугу в воздухе и приземлиться прямо в его тарелку.
Кусаю губу, испытывая истеричный приход. Хочется заржать и заплакать одновременно.
Это был борщ.
Иноземцев стирает свекольные капли со своего подбородка и телефона и вскидывает голову. В этот раз глаза его полны эмоций, на которые мне плевать. Даже не берусь их расшифровывать.
- Отдай какой-нибудь другой подружке... - усмехаюсь и разворачиваюсь, протягивая Ванечке руку. Он тут же хватается за неё, и мы уходим. – Всего доброго.
Чувствую, как жжёт затылок. Но, я лучше умру, чем обернусь.
Слеза всё-таки течёт, потому что понимаю, что больше никогда его не увижу.
Глава 27. АРТЁМ
Блядство.
ФОРМЕННОЕ.
Даст она мне покоя когда-нибудь или НЕТ?!
Провожаю её взглядом до самых дверей. Хоть убей, глаз не могу оторвать.
Вот что в ней такого, а?
Ничего же, сука, особенного!
Но, все инстинкты бурлят и на дыбы встают.
Хочу намотать её косу на кулак и так дёрнуть, чтобы искры из глаз посыпались! А потом хочу впиться в эти губы наглые и искусать до боли!
Чтобы не пизд*нуть кулаком по столу, убираю его подальше.
Даже не спрашиваю, как она вошла. Меня уже ничего не удивляет.
Это не женщина, а моё кармическое возмездие. Только не пойму, за что?
- Кто это?! – восклицает мама, выворачивая шею.
- НИКТО, - говорю, хватая салфетку и вытирая руку.
Смотрю на свою тарелку.
Поел, блин.
Вот какого хрена? Как она умудряется это делать? Как она пролезла в мою голову? Разместилась там со всеми удобствами и жрёт мои мозги серебряной ложечкой.
У меня терпение на исходе.
- Кто это? – обращается мама к Альбине.
Ну, всё, понеслась. Я уже вижу этот фанатичный огонь в её глазах.
Если бы она знала, сколько её сыночек волос потерял, пока на эту змеюку вскарабкался и трахн*л.
Взглядом приказываю Альбине помалкивать, потому что хочу спокойно поесть, а известное всем имя, произнесенное вслух, может вызвать перебои с электричеством или неконтролируемые самовоспламенения предметов.
Альбина ловит мой сигнал молча. Хотя, она уже, итак, два дня со мной не разговаривает. Жестами изъясняется и сообщениями.
Мне насрать. Только её капризов мне ещё не хватало.
Она не одна такая. В Совете все от меня шарахаются, потому что эту неделю я посвятил раздаче пизд*лей.
Альбина поворачивает к маме свою горделивую моську и говорит:
- Это...
- Альбина! - грозно рычу я, хлопнув по столу рукой.
Она смотрит в ответ зло.
Чего, бл*ть?! НЕ ПОНЯЛ?!
- Я увольняюсь! - заявляет моя ассистентка, швыряя на стол свою салфетку.
Кирилл давится соком, а мама театрально вскидывает руки.
Я что, в каком-то театре АБСУРДА?! Тут совсем все страх потеряли?!
Я вам, блин, устрою!
Ударяю по столу кулаком так, что посуда сантиметров на десять подпрыгнула.
- Полегче, - бросает Кирилл, кладя руку на спинку стула своей Джульетты.
О, бл*. Теперь у нас тут ещё и Тристан в розовых доспехах выискался. А я типа Злой Король?
Лучше бы дома поел. Но, Любовь Васильевна хотела прогуляться. А я, как верный паж, все её желания исполняю.
Поднимаю руку и зову официанта, чтобы не видеть всего этого цирка. Он забирает тарелку и приносит мне новый борщ, осторожно кладя на стол вымытые ключи.
Смотрю на них, как на какой-то артефакт.
Вот что мне с ней делать?
Опыт показал - выкинуть её из головы можно только вместе с куском черепной коробки.
- Артём! – не успокаивается моя родительница.
- Ну, что?! – злюсь я, поднимая на неё глаза.
Смотрит. Внимательно и с удивлением. Потому что веду себя странно, и уже не первый день. Потому что есть на свете один человек, который способен за три минуты вывести меня из себя настолько, что меня мать родная не узнаёт.
Что она там мне прогоняла? Отопление?
- Кто эта девушка? – требует мама Люба.
Мой перманентный стояк и мой геморрой, вот кто она.
- Моя знакомая, - сдаюсь. Не отстанет же.
- Это её дети? – почувствовав слабину, запрягает она.
- Да, мальчик, - отвечаю на автомате, принимаясь за свой борщ.
- А девочка?
- Племянница...
Рука вместе с ложкой застывает в воздухе.
Сейчас вспоминаю, что она и правда была закутанная, как кукуруза в тот блядский день. И Ванечка тоже. Он даже в шапке был.
И что?
- Сколько ей лет?
- Тридцать.
- Необычная... - откашливается мама.
Усмехаюсь. Да уж. Обычного в ней ничего нет. Это становится понятно через минуту общения.
- У вас с ней отношения? Она замужем?
Да мать вашу...
- Мама! – срываюсь я, полоснув её взглядом. – Могу я ПОЕСТЬ спокойно?!
- Ешь, а я тебе что? – возмущается она. – Так она замужем?
Зараза.
- НЕТ!
Не хочу я больше есть.
Швыряю ложку на стол. Она скользит по гладкой скатерти и падает на пол.
За столом долгожданная тишина. Смотрю в тарелку и сжимаю кулак.
Хочу встать и пойти за этой Ведьмой. Хочу, бл*дь, взять её за плечи и трясти до посинения, чтобы у неё голова отвалилась!
Стучу пальцами по столу, пускаясь в анализ ситуации.
Верю ли я в то, что она трах*сь с ДПС-ником?
Да нет, конечно. Не смешите.
Я разозлился. И хотел её обидеть. Получил в итоге по роже и даже проглотил это. Вопрос исчерпан.
Я не тщеславен. Но, правда, после того, что было у нас в том коттедже...не думаю, что ей понадобился бы чей-то член, кроме моего. Поэтому я просто не понимаю, что это за ёбан*ая семейная идиллия была?!
Теплый вечер дома!
Я честно даже не поверил сначала, когда ребята мне позвонили. Я её на две недели оставил одну, а у неё уже другой мужик в гостях.
Это пи*ц эпических масштабов.
Я Анюту ещё и не на такой срок забывал. Попробовала бы она свой ротик раскрыть. Это вообще интересный вопрос. Как так получается? Анюта эффектнее Насти, тут даже сравнивать нечего. Успешнее в разы. За ней семья, поддержка. Так КАКОГО Х*РА она такая приспособленка? Сколько её знаю, она только и делает, что прогибается и прогибается, хоть и с достоинством. В моём московском окружении таких целый батальон. Каждая вторая. Ещё одна разновидность – доморощенные феминистки и бизнес-леди.