По моим правилам (СИ)

Очевидно, похотливый блеск моих глаз не укрылся от неё. Глаза расширяются, губы приоткрываются. Изумрудный взгляд опускается на мою ширинку, потом снова возвращается к моему лицу.  В мою кровь поступает порция адреналина, а член в штанах дергается. Не отрывая от меня глаз, Настя лезет в карман своего пиджака и что-то достаёт оттуда. Делает шаг ко мне, положив мне на живот руку, и говорит:
- Надеюсь, не будут маловаты…
Смотрю вниз, чтобы понять, о чём она, и забираю у неё картонную упаковку. Пока я соображаю, что к чему, Моя Петарда срывается с места и скрывается в доме.
В руке моей пачка презервативов.
Скалюсь, как волчара, и бросаюсь вдогонку, на ходу сбрасывая пальто.
Она остановилась в центре комнаты и оглядывается по сторонам, как загнанный кролик. Взвизгивает и несётся к лестнице.
Качаю головой и ржу.
- Шею не сверни, - кричу вдогонку.
Слава богу, там тоже датчики света.
Настигаю её через секунду на верхней ступеньке и валю на пол. Хорошо, что здесь везде ковролин. Настя визжит и брыкается, подогревая мои инстинкты своими телодвижениями. Втискиваюсь между её ног и закидываю ей руки за голову, припечатав тонкие запястья к полу.
Смотрю на неё, распластанную подо мной.
Её глаза почернели, и они смотрят на мои губы.
- Попалась… - хрипло констатирую, покачивая бёдрами. Тычу стояком прямо туда, куда скоро собираюсь погрузиться по самые помидоры.
- Я поддалась… - шепчет она в ответ.
Ммм…она хоть когда-нибудь может просто сдаться?
Опускаю голову и провожу носом по её щеке. Спускаюсь к шее. Целую бешено пульсирующую жилку. Моя Малышка дрожит, рвано дыша. Когда впиваюсь в её губы поцелуем, они подрагивают. Бл*ть, это просто космос. То, как она реагирует на меня.
Встаю над ней на колени и хрипло велю:
- Раздевайся.
Сам делаю то же, наблюдая за её движениями. Свитер, рубашка…
Её лифчик прошит розовой ленточкой.
Мои любимые сиськи. Наклоняюсь опять и захватываю ртом маленький сосок. Обвожу его языком и прикусываю. Настя падает на спину, таща мою голову за собой.
- Джинсы… - сиплю я, выпрямляясь.
Высвобождаю, наконец-то, свою эрекцию и вскрываю презерватив.
Дрожащими пальцами Настя расстёгивает собственную ширинку и пытается стянуть брюки. Быстро надеваю резинку и переворачиваю её на живот.
- На колени стань… - велю ей нетерпеливо.
Дёргаю стройные загорелые бёдра на себя и стягиваю джинсы до колен вместе с трусиками. Волосы откидываю на плечо, чтобы видеть полную картину.
Ммм…охер*ый вид.
Попку украшает след от бикини. Даже на светлой части её кожа темнее моей. Она у меня прям мулатка, чтоб её. Провожу рукой по тонкому позвоночнику. Оставляю поцелую между лопаток. Её задница как пышное сердечко идеально вписывается между моих ног. С нетерпением касаюсь тёплых складочек пальцами.
О, бл*********.
Какая мокрая.
Настя стонет, задирая попку, пока я глажу её. Про попку я тоже не забываю, потому что в один прекрасный день побываю и в ней.
Малышка мычит, покачиваясь мне навстречу.
Ну, всё. Хватит. Не могу больше.
Вхожу одним толчком и глаза закатываются от кайфа. Хочу дать ей время привыкнуть, но бёдра сами двигаются, и вот я уже трах*ю её на полную катушку. Просовываю руку и нахожу её клитор.
Настя так орёт, что я боюсь кончить раньше неё. Тяну её за волосы и прижимаю спиной к себе, обхватив поперёк груди дрожащее тело. Неделикатно сминаю в ладони тяжёлое полушарие, продолжая работать второй внизу.
Утыкаюсь лицом ей в шею. Мне хочется прикусить её, как какому-то, блин, извращенцу. Кусаю и тут же провожу по этому месту языком.
Настя кончает с громкими рыданиями, и я за ней. Кончаю так, что яйца сворачиваются, и падаю вместе с ней на пол. Мы потные и дышим как два паровоза. Обнимаю её руками, защищая своим телом от сквозняка.
Кажется, я переоценил ситуацию. Мы не сможет трах*ся с ней в доме, пока детки будут спать.
Хочу, чтобы она всегда так орала, а значит, нам понадобится отдельный коттедж.
Спустя сорок минут я снова держу её в своих руках, только мы уже в постели под тёплым одеялом. После ещё одного прогона в душе Настя задремала у меня под боком. Она громко сопит, из чего заключаю - у неё проблемы с перегородкой. Глажу её спину под одеялом, поражаясь мягкости этой кожи. Трусь губами о её лоб.
Чтобы не терять попусту время, мысленно накидаю повестку для завтрашнего выездного совещания и с ужасом думаю о том, что мне скоро нужно отпустить её домой. 
Вообще-то, уже полдесятого, но мне не хочется её будить. Она такая тепленькая и мягкая. Её голова удобно пристроена на моём плече, а рука на моей груди. Ванечке придётся подвинуться. У меня опять стоит, но на третий раунд времени точно нет.
Меня вообще вся ситуация подбешивает. Меня дома ждёт мама, потому что я обещал сегодня приехать в наш дом. Настю тоже ждут дома. Мне будто снова шестнадцать, и я встречаюсь с одноклассницей на квартире друга, родители которого на работе до семи.
Как я оказался в таком дерьме?
У Насти звонит телефон и я уверен, что это пацан. Я ему блин Альбину отдал, чего ему неймется? Мне пришлось ей оплатить в двойном размере день за то, чтобы она отыскала в себе навыки приходящей няни.
Скрепя сердцем, переворачиваю свою Малышку на спину и бужу поцелуем. 
  
Глава 23. АРТЁМ
 
- Ныряй, ныряй! – орёт мой тренер на весь зал. 
Ухожу от удара и тут же выбрасываю руку вперёд, но Кирилл мгновенно реагирует, выставляя блок.
Он ниже меня и масса у него меньше, но он очень быстрый. И у него отличная техника.
- Попробуй левый скачковый, - советует Петрович, пристально наблюдая за нами.
Переношу вес тела на левую ногу и подтягиваю правую стопу по полу. Делаю скачок на левой ноге и наношу своему противнику удар в голову.
- Тройку! – орёт Петрович, но, я сегодня слишком медленный, поэтому не успеваю развить удар и вовремя уйти в нырок. Получаю от Кирюхи светотушительный удар в «солнышко» (солнечное сплетение - прим. автора).
Из горла вырывается хрип и перед глазами прыгают белые пятна. Дыхание спирает. Я, кажется, подпрыгнул к потолку и сложился пополам, пуская слюни и кряхтя.
- Х*ра себе… - сиплю, пытаясь прийти в себя, уперев перчатки в колени.
- Продолжаем? – спрашивает Кирилл, кружа вокруг меня в коротких прыжках.
- Пошел…ты… - хрипло советую ему, поднимая голову.
Пот заливает глаза, поэтому я моргаю.
- Красиво, - хвалит его Петрович, подходя к рингу и кладя руки на канаты. – А ты, Артём, сегодня не знаю, где витаешь.
Да есть тут одно место. 
Разгибаюсь и хлопаю по перчаткам Кирилла своими, в знак примирения и уважения к сопернику. Расстёгиваю зубами перчатку и стаскиваю её, пролезая между канатами.
- У меня на следующей неделе чемпионат, - говорит тренер мне вслед. – Поработаешь один, я тебе потом скажу над чем.
- Ага, - отзываюсь, стаскивая боксёрский шлем.
Кирилл делает то же самое и начинает жадно хлестать воду, предварительно полив себе на лицо.
Мы занимаемся вторую неделю. Начальник моей охраны отличный спарринг-партнёр. Вообще-то он меня рвёт как целку, у меня уже подозрения, будто у него МС (мастер спорта – прим. автора).
Альбина в этот раз превзошла себя. Нашла в Севастополе тренера международного класса, который сейчас работает с местным чемпионом, но будет два раза в неделю САМ приезжать ко мне домой (у меня на цоколе спортзал в семьдесят квадратов). Я не знаю, сколько она ему за это отстегнула, не интересовался. Но, я знаю, что на Альбину где сядешь, там и слезешь, так что я, скорее всего, не разорён.
Стягиваю мокрую футболку и швыряю её на скамейку. Протираю лицо полотенцем, проверяя свой телефон.
Сообщение от Насти.
Опять.
Стискиваю зубы от злости и говорю Кириллу, не оборачиваясь:
- Поужинаешь с нами? Мама на тебя тоже готовила.