Я возьму тебя на руки (СИ)
— Шеф! Руслан, наконец-то ты на месте! — задыхался он, вытирая пот на лбу давно не белым платочком. — Тут состав подогнали, пути заняты цистернами с мазутом! Машинист чутка напутал и пригнал все сегодня вместо завтра!
— Так должны ведь были завтра только заехать!
Руслан выпрыгнул из джипа и прямо с ходу стал снимать с себя пиджак. Он расстегнул пару пуговиц, аккуратно снял одежду и повесил на спинку водительского кресла. А я сидела рядом как мышка — тише воды, ниже травы. Боялась, что меня кто-то да заметит. Не хотелось лишних расспросов.
Но Петрович заметил…
— Да я ж им говорю — какого… — запнулся главный инженер, когда увидел меня в салоне. Ему мигом стало стыдно за матерную речь. Он приложил руку к сердцу и учтиво извинился: — Простите, ради бога. Я не знал, что в машине дама. Руслан Николаевич, что ж вы меня, дурака старого, не предупредили, что вы приедете не одни. Если бы я знал, что вы сегодня вечером так заняты компанией…
— Расслабься, Петрович. Все нормально. Я и сам не был готов к такому сюрпризу. Все произошло внезапно. Спонтанная встреча.
— О, я понимаю, — кивал Петрович, как будто написал не один роман о жаркой любви между случайными встречными. — Меня зовут Вениамин Петрович. И я здесь главный в отсутствие директора. Пока Руслан Николаевич в отъезде по неотложным делам, я его заменяю и слежу, чтобы на объекте все трудились без перекуров. И НЕ МАТЕРИЛИСЬ, — добавил Петрович громко через плечо, чтобы рабочие ангара сменили лексикон на более культурный. — Мужики! Ну что за стыд — а ну, не материться при ба… при ДАМЕ!
— Ладно, Петрович, — взял его Руслан за плечо и потащил куда-то вглубь ангара, — кончай уже изображать Ромео. Надо работать. Закатывай рукава, зови ребят, нам надо сделать все сегодня — максимум до завтра. Чтобы утром, уже на рассвете, все гудело и работало. Ты меня понял?
— А как же девушка?
— Без тебя, я думаю, справится. Тома просто подождет меня в машине. И чем лучше ты будешь соображать, тем быстрей она вернется домой. В тепло и уют, а не будет слушать весь этот грохот и рев моторов. Кстати, где Серега? Сегодня же он на каре работает?
Но Петрович все никак не мог отстать от новости, что шеф приехал на объект в сопровождении женщины. То есть меня.
— Тома, вы можете подождать в кабинете директора. Там есть кондиционер, я включу его на обогрев. Есть удобный диван. Кожаный. Есть даже мини-бар…
— Ты его, разве, не опустошил, Петрович? — подкалывал Руслан своего старого друга. А тот лишь бросил беглый взгляд на босса и снова принялся обхаживать его пассию.
Не перестану удивляться — снова меня.
— Давайте я вас проведу в кабинет руководителя, мадам…
С одной стороны, было приятно все это слушать — меня давно так не баловали мужским вниманием. Но мне так не хотелось портить идиллию. Так не хотелось, чтобы все вокруг узнали — с шефом приехала калека. Я не могу быть его девушкой. Не могу быть музой такого красивого мужчины. Я… Все что я еще могу — это создавать иллюзию, что все хорошо. Это мой последний бастион. И в компании Руслана это удавалось с легкостью. Заметно проще прежнего.
— Нет, благодарю, Вениамин. Я здесь посижу. Тут так удобно и мягко…
— Ну, тогда… — не унимался Петрович, — тогда вы можете пройти в беседку. У нас чудесная резная беседка в саду.
— У вас тут есть сад?
— У нас тут чудеснейший сад, Тамила! Я вам сейчас все покажу!
— Харе, Петрович, — вмешался Руслан и спас меня от неловкости. Потому что отказываться от всего подряд было слишком подозрительно. Я просто не хочу, чтобы правда вскрывалась. И очень… очень надеюсь, что Руслан это подсознательно поймет. Не станет открывать дверь и заявлять всему миру: "Она инвалид". — Мужик, ты в своем уме? Какая беседка? Ноябрь на дворе.
— Ну Руслан Николаевич… Нельзя же так даму оставлять в машине, словно она кукла неживая.
— Ты у меня хоть раз в этой машине видел кукол? А? Видел хоть раз? — Главинженер заговорщицки мотал головой и странно улыбался. — Что, Петрович, увидел красивую девушку и сразу бес в ребро, а?! — Тот рассмеялся. Атмосфера разбавлялась. Он назвал меня красивой. При всех. На виду у всего мужского коллектива. Это был приятный бонус. Я даже жутко покраснела. Было неожиданно такое слышать. — Вот же старый ловелас!
Руслан схватил Петровича за голову и прижал к груди, как будто младшего брата. Но скорее — как отца. Это было мило. Безгранично мило. Я улыбнулась. Здесь мой случайный попутчик раскрывался заново. Я понимала, как сильно была неправа на его счет. Когда говорила, что он типичный мачо и мажор. Это было точно не про Руслана. Не про этого. А других я и не знала в своей жизни.
— Спасибо, Вениамин. Я просто посижу в машине.
— Это может быть долго, моя принцесса. Вы уморитесь сидеть и наблюдать, как мужики ломают спины над железяками.
— Ничего, мне привычно подолгу сидеть.
— Да? — удивился Петрович. И я поняла, что ляпнула лишнего. — А почему это, если не секрет?
Выручил Руслан. В который раз.
— Сидячая работа, — сказал он спокойно и подмигнул мне с краешком улыбки на губах. — Так, все, Петрович. Пора нам работать… Итак, мужики! — обратился он к команде в черных робах с оранжевыми нашивками на плечах. — Быстро все сюда! Мне нужен инструмент для снятия креплений! Живо осушите магистраль, продуйте все сжатым воздухом! Давайте поддон, чтобы слить все масло в картере! Камон, мужики — быстрее! Цистерны не будут долго ждать! Все это ваша зарплата: если все сделаем быстро, я обещаю премию каждому! ЖИВЕЕ! — хлопал в ладоши Руслан, собирая ударную группу для решения проблемы. — ПРИГОНИТЕ ВИЛОЧНЫЙ ПОГРУЗЧИК! ГДЕ СЕРЕГА?! СЕРЕГА! НАМ НУЖЕН ВИЛОЧНИК, ЧТОБЫ АККУРАТНО СНЯТЬ КОМПРЕССОР С ПОДУШЕК!
Было приятно на это смотреть. Зрелище просто завораживало.
Здесь Руслан казался рыбой в воде. Крупной, умелой, быстрой, хищной и знающей свое дело рыбой. Он сплотил вокруг себя людей, вел себя как достойный лидер. Не боялся тяжелой работы, давал пример другим. И пока пареньки копошились в инструментах и гайках — Руслан поднялся на площадку возле агрегата в сияющей белизной рубашке. Был предельно аккуратен, но в то же время смел. Просто он знал, как орудовать ключами. Давал указания и советы. Строго следил за технологией демонтажа узлов.
Я легко ловила этот силуэт. Глаза то и дело смотрели на широкую спину, жилистые руки, обнаженные до локтей. Руслан размашистыми жестами давал команды машинисту за рулем погрузчика. Когда компрессор был отвинчен и полностью изолирован от системы, вилочный транспортер подъехал вплотную, чтобы снять железо с насиженного места и погрузить к нам в машину.
В багажнике уложили деревянные поддоны. Зад немного просел. И в салоне почувствовался запах мазута. Резковатый, грубый, пугающе чужой. Но затем ко мне вернулся сам Руслан. И я снова ощутила безопасность. К хорошему быстро привыкаешь.
— Извини, Рома, — говорила я в трубку почти шепотом, — я тебе позже перезвоню. Со мной все хорошо. Я скоро буду дома.
Не хотелось вмешивать ребенка. Не хочу этим пугать. Ведь одно дело — подвезти бабенку. И совсем другое — мать подростка. Дети вечно пугают мужиков. Всегда. Любых. Это у них в крови, видать. Забацать наследника и смыться в сторону заката. Не хочу, чтобы все так закончилось.
Знать о сыне ему необязательно.
— Вот и все, — выдохнул Руслан, усаживаясь за рулем. — Извини, что так долго. Пришлось повозиться.
На дворе уже стемнело. Мы выезжали из ангара, везя на борту ценный груз. Очевидно, что дальше он поедет в ремонт. Над компрессором будут трудиться всю ночь, пока он не заработает. Для нефтебазы это очень важно. Для всех этих людей. И особенно для Руслана.
Руслана Николаевича. С которым я причудливым образом общаюсь на ты. Без капли совести и страха. Бывает же такое.
— Тебе не холодно? Ты, наверное, замерз? Так и простыть недолго…
Я пыталась набросить ему на плечи пиджак, оставленный на спинке кресла. Но сделать это нормально все никак не получалось. Спинка сиденья была слишком широкой, а расстояние между водительским и пассажирским местами — чересчур большим. Опираясь на подлокотник между нами, я нависла над его плечом. И снова ощутила запах мужчины.