Домино (СИ)

— А это были мы с тобой?
— А кто ж? Ты вообще молодец, с Лимами познакомился, в воскресенье поедем к ним в гости.
— С Лимами? Я?
— С Аной танцевал? Вот. Их там большое семейство, Ана — самая младшая, ей скучно с нами. А теперь есть ты. Они хорошие, держатся в стороне от наших дрязг. Удивляюсь, как они вчера к Рамзесу успели, на заседании их не было. 
Ага, значит, действительно ее в Клубе не было, а не то, что я ничего вокруг не вижу. 
— Так, — перешел к делу Драк. — Что на ужин? На Котия никакой надежды. Обед мы пропустили. Но кашу ты все равно вари.
Я поставил кастрюлю на плиту и улыбнулся:
— Будешь угрожать кубиками?
— Буду.
— А макароны тут у вас есть? Я могу сделать с фаршем, у нас там еще оленина есть и лук тоже. 
— Макароны есть в магазине. Можем сейчас сгонять с тобой.
— А Котий как же?
— Что ему, скотине, сделается? Поедем прямо с ним. Он не проснется, зуб даю. Я уже с утра съездил проверил пещеру, он даже ухом не повел.
— Как пещера?
— Норм. Согнал со стены двух червей, но реально мог бы и не трогать. Все тихо. 
Пока я дивился крепости сна Котия, каша чуть не пригорела, но я все-таки успел, она только начала налипать на стенки. Разложил по мискам, заварил чайник с чаем.
— Дурацкий вопрос, а кофе здесь есть?
— Какой-то есть, но не везде, любителей мало. Берт неугомонный все пытается заставить Октора завести кофемашину, клянется, что будет каждый день ходить к нему пить эспрессо. Врет, разумеется, ему до Города далеко, максимум пару раз в неделю будет приезжать. Октор его посылает, держать кофемашину для трех любителей накладно. Кофе еще любит Юхансон, который к тебе первым за копьем выстроился. Но он пьет кофе из кофейника и эспрессо презирает. Короче, нереально всем угодить. Вот Шмидт мог бы себе поставить, у него все время земляне пасутся, они все пьют кофе. Да еще с молоком.
— Я тоже люблю с молоком.
— А, я знаю, капучино называется, на нем еще сердечки делают. Глупость несусветная, все равно что из огурцов крокодилов вырезать.
— Крокодилов из огурцов?
— Я видел такое. На картинках, правда, но реально предлагают делать. Еще бы дракона попробовали вырезать.
— Ты бы ел? 
— Ну съел бы, конечно, это же еда. Но непонятно зачем. 
Мда, как все запущено. Спрошу в какой-нибудь лавке, что они предлагают для любителей кофе. Кофейник и я бы мог завести. 
Уехать сразу нам не удалось. Только мы сели в машину и захлопнули дверцы, как проснулся Котий и замолотил лапами по кабине. Драк с воплем выскочил из машины:
— Чего шумишь?
— Куда поехали? А завтракать? А чай?
— Да все уже позавтракали и пообедали, это ты спишь.
— Значит, не все. Чаю!
Котию невозможно отказать, и мы вылезли из машины и пошли опять пить чай. Мне кажется, я чая выпил здесь выпил больше, чем за предыдущий год.
Кашу Котий не стал, а вот чаю выпил три чашки. А потом эта хвостатая скотина заявила, что не поедет с нами, а ляжет в ванну. 
Драк взбесился:
— А чего задержал вас тогда?
— Мне было скучно. А вы что, торопитесь?
Драк от избытка эмоций два раза перекинулся в дракона и обратно. А потом мы уехали.
Я ощущал себя страшно тупым и медленным и тихо радовался, что Драк не предложил мне вести машину. Солнце пригревало, дул легкий ветерок, я открыл окно на полную и высунул руку в окно. Вспомнил старое упражнение поймай-ветер и попытался ухватить поток воздуха, чтобы намотать его на ладонь.
Драк усмехнулся:
— А, вас тоже этому учили? Неплохое упражнение на концентрацию.
— Да, оно у меня на этом уровне и осталось.
Здесь мне наконец удалось поймать небольшой воздушный хвостик, но на руку он наматываться не захотел, просто смялся в маленький шарик. Я скатал его поплотнее и подбросил вверх. Шарик расправился и улетел. 
— У нас оно считается начальным, потому что потом на нем строятся боевые воздушные заклинания. Если хочешь метнуть в противника каких-нибудь камней, то в базе все равно будет поймай-ветер. 
— Полезная штука, — покивал я.
 
— Мы его используем здесь при наливании фиррия в формы, но поскольку оно в принципе для другого, приходится в четыре руки.
— Хотел спросить, кстати, как наполняются формы? Их ведь много. Из ведра, наверное, некруто.
— Вот мы как раз с помощью поймай-ветра. Но все по-разному. Хансен припер целый горнодобывающий агрегат, он зачерпывает воду и тащит к формам сам. Но зачерпывать ему неудобно, а создавать под это дело бассейн-накопитель он не хочет, вдруг пещера пересохнет, а он тут уже промышленное производство развел. Поэтому он устраивает внутри пещеры цирк с конями, как-то очень особенно разгоняет тварей, чтобы они все собирались у самого входа и стимулировали бы накопление жидкости. Пещернадзор грозил ему, чтобы он не увлекался своим зоопарком, а то разбегутся по окрестностям, будем за ними все вместе гоняться. Я давно у него не был, может, он еще что придумал. 
Прикольно, подумал я. Как здесь все собирается. Ужасная кустарщина, конечно, но ведь непонятно, как и сколько все это еще профункционирует. А если заработает полноценная промышленность, все станет гораздо скучнее. Но на заводе я работать точно не хочу. Ладно, все это дело будущего. 
— А Хансен — это кто?
— А это тот, в татуировках, который вчера в первых рядах на потолок прыгнул.
Я покивал, помню такого. Он еще замминистром хотел быть. 
В магазине Окто мы встретили Рамзеса с женой.
— Карима, — стонал Рамзес. — Что мы берем детям на завтрак?
Карима, которую я вчера тоже видел, нежно улыбалась помятому мужу. 
— То же самое, что и нам, милый, ты сам что хочешь?
— Лежать на солнце. 
— Тогда иди на улицу, я все выберу, заодно пообщаюсь с ребятами.
— Нет, я тоже пообщаюсь, — уперся Рамзес.
Драк фыркнул, семейная жизнь как она есть. 
Я решил замучить Окто на предмет кофе, но сначала макароны. Макароны здесь продавались целыми мешками. Маленькие пачки, которые я покупал дома, здесь не уважали. Поэтому выбор надо было сделать осознанно, это ж сколько нам их потом есть. Поразмыслив, я выбрал рожки, вроде все едят рожки. 
Драк мой выбор поддержал. А Рамзесы оказались фанатами спагетти, и взяли себе длинный блок. Мы еще поспорили, нужна ли ложка, чтобы их правильно есть. Дискуссию закончил Драк, который заявил, что спагетти вообще никак не надо есть. Рамзесы засмеялись, и каждый остался при своем.
Кофе у Окто нашлась целая полка, ровно чтобы закрыть основные блоки любителей: стояли три банки растворимого (презираю), молотого в пыль (и к нему турки), в зернах (делай с ним что хочешь, хоть грызи) и в пирамидки. Пирамидки — страшно модная штука, я покупал их однажды в подарок. В идеале они превращаются в кофе с затейливым молоком и сиропом, причем вся жидкость горячая и висит в воздухе, пока не остынет. Ее можно пить через трубочку, а можно пить с любого угла. Эдакий аттракцион. Но есть недостаток: если он остыл, он падает вниз всем объемом. Тогда одна дева всё выпендривалась и говорила, что кофе слишком горячий, пока в конце концов он не сравнялся с температурой воздуха и упал ей на колени. Обвинила во всем меня, да, а остальные изрядно повеселились. Короче, кофе не взял, так и не решил, нужен ли он мне.
За то время, пока я рассматривал кофе, Драк натащил целый прилавок каких-то банок, из которых я опознал только ананасовый компот. На всякий случай мы взяли еще блок мяса и еще каши. Попрощались с Окто и Рамзесами и поехали домой.
***
Роман Николаевич сидел в мастерской брата и разглядывал новые формы. Вроде бы неплохо народ справляется, и стандартная продукция делается, и кастомная, и баланс неплохой. Самому ему заниматься этим было совершенно не интересно, но общее развитие территории его заботило даже очень. Они давно планировали дорастить местный медпункт до чего-то приличного. Нельзя рассчитывать, что население, пусть и владеющее магией, справится со всеми травмами само. На прошлой неделе отправили лечиться на Меркатор очередного домайнера, который решил, что он круче всех и пошел проверять пещеру один после двухнедельного отсутствия. Разумеется, за это время там образовалось полноценное сафари, и против его ожиданий не он отсушил лапы тварям, а они ему — отожгли левую руку ниже локтя. К счастью, он сумел выбраться и вызвать помощь.