Светлая для демона (СИ)

Уже вечером мы зашли в уютный ресторанчик, заказали чай, несколько видов крошечных пирожных. Видимо, такой размер нужен, чтобы и полакомиться, и фигуру сберечь. За круглыми резными столиками на мягких светлых диванчиках сидели исключительно женщины. Некоторые из них здоровались с Ари. Ну и со мной за компанию.
Мы присели за столик под мягкий свет лампы, и я наконец смогла задать Ари вопросы, не дававшие мне покоя.
— Ари, я случайно узнала, что у вас есть родовой артефакт, который может помочь найти родителей. Но если можно построить порталы в другие миры, почему твой брат не пытается искать их там?
— Если бы это было действительно просто… — вздохнула девушка и отпустила ложечку, которой мешала чай. — Проблема и в возможностях магов пространства, и в самих мирах.
— То есть?
— Проще всего отправить иномирца обратно в его мир. Связь со старым миром сильна, и для этого нужно не так много магии. Справится даже студент Академии последнего курса или не очень сильный маг. Если пространственный маг достаточно силен, он легко может путешествовать между мирами сам, а вот чтобы взять кого-то с собой, нужно много, очень много сил. С этим справится только сильный маг, и тот будет долго копить магию на переход туда и обратно.
— И таких сильных магов мало, — догадалась я.
— Конечно, — кивнула Ари. — Еще и не каждый согласится на такую авантюру, как путешествие в случайный мир. Миров огромное множество, они все разные. И это бывает опасно.Саар уже перебрал координаты всех миров, найденных в записях родителей, и теперь прыгает наугад. Он нашел только одного мага, согласившегося на такое.
— Понятно…
И правда, все оказалось не так просто. Теперь ясно, почему Саар злился на меня. Вот бы как-то достать координаты моего мира.
— Поэтому ты легко могла бы попасть в свой мир, — продолжила тем временем Ари. — Связь с ним у тебя пока сильнее, чем с этим. Я даже могу поговорить с братом, чтобы он помог. Но так не хочется, чтобы ты слишком рано ушла, — погрустнела Ари. — Может, задержишься? Совсем немножко?
Она с надеждой посмотрела на меня, а я вздохнула и потерла то место на запястье, где, невидимый, прятался рисунок клятвы. Не думаю, что стоит ей рассказывать. Но последние ее слова насторожили. Не получится ли так, что пока я разберусь с клятвой, связь с тем миром ослабнет? Все же ответила:
— Не переживай. Я и правда немного задержусь.
Ари просияла и закинула в рот пирожное с засахаренной вишенкой на подушке из взбитых сливок.
Когда пирожные кончились, а на улице начало смеркаться, мы засобирались домой. Ари отправилась в дамскую комнату, а я решила выйти и прогуляться до кареты. Мы оставили ее на соседней улице вместе с кучером, потому что здесь она не проехала бы. За Ари я не боялась, у дверей ее ждал охранник.
Теплый и нежный летний вечер пах остывающим после жаркого дня камнем. Начали разгораться магические шары на длинных столбах — местные фонари. Люди шли по своим делам: кто-то спешил домой, кто-то только вышел на прогулку.
Идти было не так далеко, всего лишь до узкого переулка, соединяющего две параллельные улицы. Нужно пересечь его, и там стоит карета. Я уже повернула в переулок, когда услышала за спиной голос, от звука которого почувствовала липкий страх:
— Здравствуй, Лида.
Я резко повернулась и увидела Лааса. Как же так получилось, что я забыла про то мерзкое письмо? Произошло столько всего с тех пор, что оно напрочь вылетело у меня из головы. А вот Лаас обо мне не забыл.
  
Глава 37
 
Незнакомец
 
Лаас стоял по центру узкого переулка, отрезая мне путь назад. С красивого лица не сходила улыбка. Со стороны могло показаться, что он просто рад встретить старую знакомую. Но мне-то было ясно, что он рад поймать птичку, то есть меня. Как назло, сейчас, вечером, переулок пустовал. Будь здесь люди, мне не было бы так страшно.
Демон сделал шаг ко мне, а я, как при встрече с диким зверем, медленно сделала шаг назад. Я не отрывала взгляд от его фигуры, следя за каждым движением. Слишком хорошо помнила, как быстро он умеет двигаться.
 
— Лида, я очень рад тебя видеть. Я скучал. А ты? — низким, бархатным голосом буквально проворковал он. А меня от его голоса пробила дрожь.
Как же меня пугал его взгляд. Вот вроде нормально смотрит, даже ласково, а у меня на голове волосы шевелятся. Он подался вперед, и я на ватных ногах развернулась и побежала к выходу из переулка. Вперед, к карете. Там людно, и он меня вряд ли тронет.
Тяжелые шаги за спиной приближались. Эти проклятые юбки! Насколько проще было бы бежать в штанах! Когда он поймал меня за плечо, развернул и прижал к стене, я словила дежавю. А еще накатила паника, отчего я чувствовала себя бессильной бабочкой в паутине.
— Ненавижу, когда ты убегаешь, — его лицо исказилось и стало почти страшным. В глазах вспыхнул огонь. В прошлый раз он не применял магию, но если воспользуется ей сейчас, я пропала. Не будет даже крошечного шанса сбежать.
Очень кстати рядом оказался цветочный горшок, свисающий на длинной веревке с прибитого в стену гвоздя. Одна рука была свободна, и я как могла ударила горшком по голове демона. Керамическое дно хрустнуло, в лицо, в глаза полетела земля. Лаас отшатнулся и схватился за висок. Я не стала ждать, когда он придет в себя и проморгается, и со всех ног бросилась к выходу.
Только через пару метров я поняла, что лучше бы побежала обратно, в сторону ресторанчика. Но теперь было поздно.
Наконец выскочила на большую улицу. Обернулась на миг, и увидела, что Лаас, придерживая руку у лба, идет в мою сторону.
Кинулась влево, добежала до кареты, и только возле нее поняла, что не вижу на козлах кучера. И внутри его не было. И оставаться здесь нельзя, потому что на дверце кареты гордо красовался синий герб семьи Валтор.
Осмотрелась вокруг. Улица людная, но к кому обратиться за помощью? На меня странно смотрели. Наверное, диковатый взгляд и растрепанный вид наводили прохожих на мысли о том, что я слегка не в себе. Кинусь к кому-нибудь, и точно сочтут сумасшедшей.
Из-за паники мозг, видимо, мне отказал, потому что я не попыталась спрятаться в толпе или в ближайшем магазине, не подумала о том, что Лаас может и не пойти сюда за мной. Я бросилась в ближайшее укрытие: залезла в чужую карету, стоявшую рядом с нашей. Затаилась на полу, стараясь поместиться так, чтобы даже макушку из окна не было видно.
Минуты три сидела и прятала лицо в коленях, когда карета вдруг тронулась. Я приподняла голову и только тут заметила перед собой мужские сапоги. Подняла взгляд выше, на темно-серые брюки, вышитый серебром жемчужный камзол, тонкую белую рубашку, украшенную на вороте крупным голубым камнем, и наконец посмотрела в лицо незнакомца. Пока рассматривала его, в воображении почему-то предстал Саар, сокрушенно качающий головой от того, что я в очередной раз вляпалась в неприятности.
У незнакомца была белая и тонкая, почти прозрачная кожа. Белые же волосы спадали свободной волной ниже плеч. Черные брови и ресницы на таком фоне выделялись ярко, контрастно. А еще у него были красивые, дымчато-серые глаза, почти совершенные черты лица и ямочка на подбородке. Сразу видно — аристократ.
Он смотрел на меня так спокойно, будто к нему в карету каждый день вваливались девушки. Не злился, не хмурился, но и не улыбался насмешливо. Была в его образе какая-то мечтательная отстраненность, а еще мужественность и мягкость одновременно. А так как он продолжал молчать и смотреть на меня, первой пришлось заговорить мне:
— Эм… Простите, пожалуйста. Я не думала, что тут кто-то есть, — сказала и прикусила губу. Прозвучало так, будто я с умыслом влезла в карету. — Вы можете остановить карету, я выйду.
— Кажется, вас кто-то преследовал. Садитесь, — сказал он мелодично и указал на противоположное сиденье. Вот это голос! Он что, певец?
Попыталась приподняться с пола, но чуть не свалилась обратно. Ноги затекли и отказывались разгибаться. Со второго раза удалось вскарабкаться на сиденье, но было немного стыдно. На фоне этого изящного мужчины я выглядела, как клуша.