Светлая для демона (СИ)

  
Светлая для демона
   
Глава 1
 
Хобби и его последствия
 
Вы любите, когда вас будят посреди ночи? Вот и я не люблю. Сон только-только дошел до самого восхитительного момента, из резных двустворчатых дверей замка уже должен был выйти принц, и я ждала его в саду, благоухающем розами, как вдруг…
— Ли-и-идка… — занудел комар возле уха. — Ли-ид!..
Комар? Какой еще комар?.. Земля качнулась, наклонилась, а я проснулась и разозлилась.
— Ли-и-ид, — тянула на ухо Сонька вполголоса и трясла мою руку, — проснись, ну! Хватит спать, тут тако-ое…
— Ну что тебе надо? Ночь же еще, — и я попыталась отпихнуть подружку. Но она вцепилась в руку, как клещ, и не желала успокаиваться. Я сделала вид, что снова уснула. В такую рань вставать, а ей неймется.
Тогда Сонька взяла и ущипнула меня за ухо. Терпеть не могу, когда она так делает! Я села в кровати и хотела в ответ запустить подушкой, но увидела, что из приоткрытой двери гостиной исходит разноцветное сияние. Даже в спальне светло стало.
— Ты что, Сонь, ёлку нарядила? Лето же.
— Какая елка? Я же говорю, там тако-ое…
— Какое? — насторожилась я.
Интуиция точно указала на источник возможных проблем. Соня давно и безответно влюблена в магические ритуалы и обряды. То она любовь призывает, то деньги, то сокровенные желания пытается исполнить (мои тоже, хотя я не просила). Находит где-то старинные книги, сомнительные свитки или записывает ритуалы со слов других людей. Я никогда не верила, что из этого что-то может получиться, поэтому прощала лучшей подруге безобидное чудачество. И тут она заявляет:
— У меня получилось!
— Показалось, может? — не поверила я и с подозрением посмотрела на подругу. — Или приснилось?
— Да нет, это точно! — сияла Соня. — Мне этот ритуал подсказала бабка из Наядовки. Все говорят, что она — ведьма!
Сонька сказала слово «ведьма» с восхищенным придыханием и продолжила:
— В первый раз я его делала со своими волосами, но ничего не вышло. А сегодня думаю: может, попробовать с твоими, раз уж ты пришла…
— Моими?.. — просипела я и схватилась за голову. К счастью, моё богатство кудрявое было на месте. Видимо, Сонька отрезала совсем маленькую прядку.
— … И провела! И все получилось! — даже не заметила она моего испуга.
— И… И что там теперь?
— Не знаю, — легкомысленно ответила подруга.
— Ты что, оставила ритуал без присмотра⁈
— И правда, что это я… — протянула Сонька задумчиво и уставилась в дверной проем. — Лида, а посмотри, что там?
Спрашивать, почему должна идти я, бессмысленно. Она с детства так: сделает, а расхлебываем мы вместе. Пришлось вставать с кровати. Густой ковер скрадывал звуки, и я уже смелее шагнула к двери. Соня кралась следом.
Я осторожно заглянула в мерцающую темноту соседней комнаты, Сонька нервно дышала мне в шею. На полу ветвился замысловатый рисунок, начерченный простым черным маркером. В узлах соединения линий стояли свечи, плошки с чем-то синим и жидким, лежали пучки трав и клочки ткани. Я ужаснулась: сколько часов Соня это делала?
Над самым плотным скоплением свечей в воздухе висела трещина. Такая, какая была бы, разорви кто-то пространство. По неровным краям ветвились мелкие молнии, и именно от них исходило разноцветное сияние.
Мы с Сонькой завороженно смотрели на танец молний, когда трещина увеличилась сантиметра на два, и из нее вдруг вылезла огненная рука с огромными когтями и схватила край разрыва! Безжалостно сминаемый разлом застонал.
Сонька взвизгнула, я вцепилась в нее и сдавленно спросила:
— Ты кого вызвать пыталась, а?
— П-п-привидение… — выдохнула подруга и собралась сбежать в спальню. Я же отчаянно противилась ее попыткам оставить меня одну. Наше пыхтение заглушил усилившийся треск слишком быстро поддающейся напору страшного существа трещины.
— Привидение? Это что, похоже на привидение? — ткнула я пальцем в торчащую уже по локоть руку в рисунках огненных рун. Частично ее прикрывал черный рукав.
 
Сонька, получив желанную свободу, осела на пол и простонала:
— Я не знаю… Та бабка сказала, что это безобидный ритуал. Ведь привидения не из нашего мира.
— Оно уж точно не из нашего, в этом бабка тебе не соврала…
  
Глава 2
 
Похищение
 
Рана пространства трещала, Сонька пищала ей в унисон, а я лихорадочно искала способ прекратить это безобразие. Может, если нарушить рисунок, действие ритуала прекратится?
Недолго думая, подбежала к рисунку и начала тереть рукавом пижамы одну из линий. Та оттираться отказывалась. Тогда я в отчаянии дунула на свечи и сразу поняла, что делать этого не стоило. Из трещины раздался то ли радостный, то ли яростный рык, и она стала стремительно расширяться.
Я в страхе поползла на четвереньках назад. Соня глазами кролика смотрела мне за спину, что заставляло меня передвигать ногами и руками быстрее. Около стены я рискнула обернуться и обомлела.
Из пространственного разрыва неторопливо вышел самый настоящий демон. На фоне массивной фигуры комната выглядела совсем маленькой. Демон оказался почти не одет — черные трусы, туго обтягивающие бедра, и распахнутый халат в подпалинах от огня почти ничего не скрывали. Поэтому я отлично рассмотрела, как под смуглой кожей перекатываются мускулы, а по проступающим венам, кажется, течет жидкий огонь. Пересчитала все кубики на торсе, наконец подняла взгляд к лицу и вздрогнула.
У него были скульптурно очерченные губы, массивная челюсть, выразительные скулы и смуглая кожа. Волнистые темные волосы, над которыми возвышались небольшие, будто состоящие из пламени рожки. Но все это меркло под прессом тяжелого, немигающего взгляда черных глаз, направленного прямо на меня.
Я вжалась в стену, подтянула к себе ноги и вцепилась в коленки. Было очень-очень страшно. Он же не может выйти за границы рисунка? Нет ведь? Иначе он нас просто убьет.
Демон, явно чувствуя мой страх, скривил губы в усмешке и, руша все мои надежды, сделал шаг на свободный от рисунка пол. Сбоку тихо икнула Сонька и, кажется, упала в обморок. Меня сознание покидать не хотело, поэтому оставалось только смотреть, как демон делает очередной шаг издевательски-медленно, будто насмехаясь. Мое бедное сердце давно уже работало изо всех сил, стуча в уши громким набатом, отсчитывая, похоже, последние мгновения.
Я хотела что-то сказать, но горло настолько пересохло, что из него вырвался только короткий сип, и я захлопнула рот. Вряд ли он меня послушает. Он, возможно, вообще не понимает русского языка! Может, помолиться? Я начала поднимать руку и наткнулась локтем на тумбочку. Страх добавил мне то ли смелости, то ли дури, потому что я схватила стоящую на ней лампу и кинула в демона.
Когда я это сделала, успела заметить промелькнувшее на лице демона удивление, и тут же досадливо выдохнула, увидев, как ловко он увернулся. Тогда я зашарила рукой по тумбочке, и кинула следом за лампой статуэтку, которую сама же и дарила Соне. Та разбилась о противоположную стену, не причинив демону вреда. Заметив, как я выпрямилась и шагнула в сторону книжного шкафа, он стремительно приблизился схватил меня за шею и пришпилил к стене, как бабочку. Задушит ведь!
— Подождите… — сипела я наконец прорезавшимся голосом. — Это недоразумение…
Я пыталась разжать его руку, но сил у демона было явно больше, чем у меня. Тут он поднял другую руку, и я только сейчас заметила острые антрацитовые когти. Сейчас между пальцев и на кончиках когтей медленно формировалось пламя, предназначавшееся, видимо, мне. Я наконец поняла, что все по-настоящему, серьезно, и заплакала от страха.
— Отпустите… Прошу… — промямлила я, потому что дрожащие губы не слушались. Демон держал меня, но не душил. Он перекатывал в руке сгусток пламени и что-то высматривал в моих глазах. Я понятия не имела, что он пытался там увидеть, и только сильнее всхлипывала, продолжая царапать его руку, сжимавшую мое горло.