ПП 6 (СИ)

Что ей не нравится? Переживает за его безопасность или видит в одиночных блужданиях графа Приарского по городу умаление чести Гирфеля? Гадать Игорь не стал, как и оправдываться, выдумывая объяснения. Ему вспомнилась поучительная фраза комбата, сказанная ещё в той, прошлой, всё никак не желавшей отпускать землянина памятью о ней, жизни: облажался, так умри человеком.
— Виноват, моя прекрасная правительница, — отлепив от себя Дина, покаянно развёл руками Игорь, — Прости.
И в самом деле, не напоминать же подруге в присутствии графа Кесп-Тилского и незнакомого лакея о том, что на самом деле представляют из себя отъехавшие с ним от колонны абитуриенты. Риднок был не из тех, кто посвящён в боевые умения и возможности спецназа графа Приарского. Тем более, не стоило оповещать об этом и герцога Авлоя Тринского через уши и язык стоявшего с опущенной головой раба.
— Ты мне сегодня был нужен, — чуть убавила надменности в голосе Латана, — И герцогиня Нейторская хотела задать тебе несколько вопросов.
— Готов служить тебе в любое время, — вновь склонил голову Игорь, — И отвечу на всё, что интересует герцогиню Камалию.
Очередную заготовленную для развлечения историю попаданец сегодня оставил только для Дина, подмигиванием пообещав тому, что при отходе ко сну принцу Ливорского дома скучно не будет. И стал внимательно слушать рассказ своей сюзеренши про беседы, которые у неё состоялись на ужине в кругу гостеприимного хозяина дворца и прибывших на данный момент владетелей.
Игорь ждал, что Латана как-то намекнёт, что появилась информация, которая не предназначена для ушей Риднока, и она поделится ей позже, но, нет, каких-то тайных планов правители во время застолья не разрабатывали, о серьёзных вещах почти не говорили, а продуманную попаданцем интригу сюзеренша пока реализовывать не начала.
— Мне завтра с утра надо будет в городе закончить начатые дела, — предупредил попаданец герцогиню, — Гвардейцев с собой возьму.
— Сделай одолжение, — усмехнулась Латана, — Но к обеду ждём с Камалией тебя во дворце.
У Игоря возникла другая идея, где ему будет удобней провести время с обеими герцогинями, однако, он решил не торопить события.
С чем попаданец уже смирился, при том, что привыкнуть к этому до сих пор не смог, так это к тому, что отныне ему, как аристократу, предстояло жить в постоянном окружении множества людей, от которых нельзя было избавиться даже при посещении умывальни или туалета. Это прирождённым дворянам было наплевать на присутствие слуг, а землянин не мог избавиться от чувства неудобства.
Герцог Тринский не пожалел обеспечить своих гостей штатом прислуги, плюс к тому герцогиня Гирфельская и граф Кесп-Тилский имели при себе своих личных рабов, да ещё и из полусотни гвардейцев, разместившихся в отдельном корпусе дворцового комплекса, дежурный десяток находился в выделенных Латане апартаментах — одна из комнат, та, что сразу возле входа, использовалась как караулка.
Так что, в покоях принцессы Егоров себя чувствовал более стеснённым, чем когда-то в казарме учебки, хотя ему конечно же была выделена отдельная комната, формально на одного, а реально со слугой и служанкой — хочешь, выстави их в коридор, пусть там ночуют, хочешь, разреши им занимать положенные места на лежанках возле ширмы. Даже в своём собственном замке бедный попаданец постоянно находился на виду чужих глаз.
Выкинув из головы ненужные мысли, Игорь, проводив ко сну Дина, отправился к себе и, цыкнув на слуг, чтобы не путались под ногами, разделся сам и уснул сном праведника.
Утром, ещё до завтрака, во дворец прибыл майор Корсан. Лэн доложил Игорю про устройство лагеря и организацию службы в нём, затем позвал прибывшего с ним иск-мага Рейвера, которому накануне похода было присвоено звание капитан-мага.
От идеи обеспечить отправляюшийся в Трин батальон защитными амулетами по максимуму за счёт временного изъятия их из остающихся подразделений полковники дружно Игоря отговорили.
Действительно, магические изделия не просто дорого стоили, они все находились в личной собственности, и покупались воинами в основном за свой счёт, и лишь очень редко вручались владетелями за отличия и заслуги. Имели на себе амулеты, как правило, офицеры и много прослужившие унтер-офицеры. Отдать их просто так, за здорово живёшь, каким-то коллегам из другого батальона или полка, никому не понравится.
 
Нет, пойти навстречу пожеланиям очень уважаемого маршала Игоря может быть и пошли, но серьёзный раздрай в офицерский корпус это могло внести. Так что, попаданец настаивать на своём не стал.
В Гирфеле Егоров купил два десятка амулетов — задорого и плохоньких — и раздал их старшим сержантам — замкомвзводам и некоторым сержантам — командирам отделений. А ещё он хотел приобрести такое же количество защитных оберегов, чтобы выдавать их тем рядовым кирасирам, которые будут заступать на посты.
Пусть войны и стычек с кем-либо пока не предвидится, но его войско — считал Егоров — должно всегда находиться в надлежащей степени боеготовности.
— Хватит здесь? — спросил Игорь, отдав капитан-магу, которому поручил закупку артефактов, мешочек с золотыми монетами.
Тот, не развязывая кошель, пожал плечами.
— Я ещё не приценивался в здешних лавках, — ответил он, не спеша убирать деньги в висевшую у него через плечо сумку, — Но у меня в Трине есть старый приятель, сослуживец, он должен быть в курсе нормальной цены.
— Ну и отлично, — Игорь взял из рук рабыни куртку, одел и, отогнав служанку жестом, сам принялся завязывать тесёмки, — Не хватит, выдам ещё. Только закупиться надо сегодня, чтобы уже в эту ночь парни заступили в наряд с защитой.
Проводив своих офицеров, Игорь пришёл в гостиную, где позавтракал на пару графом Ридноком. Латана отправилась в центральную часть дворца, где её ждали за столом другие владетели — как сообщила одна из служанок, поздно вечером прибыли ещё трое герцогов и одна правящая герцогиня, та самая жутко известная восьмидесятилетняя Марильда Кровавая, герцогиня Квенская. Граф Приарский для той венценосной компании, как говорится, рылом не вышел.
Несмотря на то, что владетель Кесп-Тила Игорю не нравился категорически — Егоров с детства терпеть не мог двурушников — попаданец вполне учтиво вёл за завтраком беседу, но с едой поспешил расправиться как можно быстрее.
Свою сюзереншу он обманывать не стал и, как ей обещал накануне, при выходе из апартаментов позвал с собой пару гвардейцев из состава караула. Взять их при покидании дворца Игорь правительнице поклялся, а вот таскаться с ними по городу, такого уговора не было.
Взяв из конюшни лошадей, отъехав со своим эскортом от дворцовой площади всего квартал, попаданец увидел приличный трактир.
— Так, парни, — сказал он, — Слушай мою команду. Занимаете места в этом кабаке — вот, держите пять атригов — едите, пьёте вино, но не напиваетесь, ждёте меня.
— Господин маршал, вчера правительница была очень зла. Тебе одному в городе…
— Кай, дружище, — удивился Игорь, перебив гвардейца, — Ты сейчас вот что? На полном серьёзе решил оспаривать мой приказ? Разговорчики отставить. Выполняйте!
«Мне за всё время службы такого приятного распоряжения никто ни разу не отдавал, а эти чего-то ещё хмурятся,» — землянин взглядом проводил отправившихся к трактиру бойцов и направился к «Золотому гусю».
Адептки и янычары не догадывались, что сейчас они сдают свой первый экзамен. На зрелость и ответственность. Впервые с тех самых пор, когда граф Приарский, можно сказать, подобрал их из трущоб и тюремных подземелий, они оказались предоставлены сами себе в большом и незнакомом городе. Да, средневековье не может похвастаться таким же количеством развлечений, что и развитой мир, но искушений разного рода и здесь полно, от наркосодержащих травок и борделей до азартных игр и кулачных боёв. А землянин намеренно выделил своим ребятам достаточно денег, чтобы они при желании могли чего-то из запретного попробовать.
Рисковал он? Если только самую малость. Инженером человеческих душ Егоров не был, только и дураком тоже. Оценить, кто из себя кого представляет, ему было вполне под силу. Вот и сегодня, войдя в трактир, в котором оставил экзаменуемых, и поднявшись к их номерам, попаданец сразу же понял, что зачёт они сдали, хотя девушки почему-то выглядели смущёнными.