ПП 6 (СИ)

Для отдельных кабинетов, которые обычно заказывают состоятельные и важные клиенты, диваны подошли бы лучше жёстких лавок. Игорь подумал об этом ещё в свой первый визит в «Корону», но посоветовать Яскилу замену мебели забыл. Хоть ходи с блокнотом и записывай в него умные идеи, мелькнула у Егорова мысль.
— Приветствую, господин, — авторитет ухмылкой показал, что оценил шутку шефа, — Нет, я ждал только тебя. А заказал много, — он придвинул к графу бронзовый кубок и наполнил вином из глиняного кувшина, — Чтобы больше служанок не звать.
Главарь уголовников выглядел как почтенный буржуа, каковым частично и являлся, владея через подставных лиц полутора десятками портовых складов и пакгаузов, двумя питейными заведениями, гостиницей, требя рыболовецкими артелями с пятью баркасами-десятитонниками и даже магазином тканей в южном районе столицы.
Тем не менее, несмотря на свой благообразный вид, числясь в розыске — рядовые стражники не ведали, что поиски Тихого Му ведутся понарошку — он предпочёл попросить графа Приарского о встрече, назначив такое время, чтобы можно было прийти в «Корону» пока все толпились на дворцовой площади, а покинуть заведение уже в темноте.
Разумная предосторожность. Попаданец такой ответственный подход к делу одобрял.
— Так сколько вина не бери, всё равно два раза бегать, — переиначил Игорь русскую народную мудрость насчёт водки, — Ладно, не съедим, не выпьем, другим останется. Говори, зачем я тебе понадобился.
Тихий нагнулся и извлёк из-под стола лежавший у его ног небольшой холщовый мешок, больше похожий на торбу для овса, и устроил рядом с собой на лавке.
— Слышал, что завтра, сразу после Большого Совета наша правительница…
— Прекрасная, добрая, мудрая, восхитительная. Тихий, не забывай добавлять эти эпитеты. Всё же говоришь с её первым советником, который, кстати, помнит, что кое-кто, не будем показывать пальцем, осмеливался называть кое-кого Крольчихой.
— Прости, командир, — Му понял, что в этот раз его босс не шутит, — Да, добрая. И мудрая, и всё остальное. Она отправляется в Трин. И мне подумалось, что моего благодетеля и покровителя она в Гирфеле не оставит. Возьмёт с собой. Я прав ведь?
— Ты изумительно догадлив, дружище, — подтвердил землянин, — Как я понимаю, у тебя такая же привычка, как и у меня. Не хочешь тянуть с отдачей долгов, потому решил и не ждать моего возвращения? — он кивнул на мешок и остановил Тихого, когда тот принялся развязывать тесёмки, — Не нужно. Я ведь тебе говорил, что мне долю отдавать не нужно. А вот на что её потратить, мы с тобой сейчас решим. Сам ведь пришёл, я не звал. Так что, пеняй теперь на себя.
Насколько Егоров помнил, один из французских королей, кажется, Людовик Одиннадцатый, имел прозвище Всемирный паук. Хотя, если разобраться, где та Франция, а где мир. Но вот на себя родимого Игорь не совсем в шутку такое звание примеривал. Не сегодня, естественно, а в будущем.
Основа для всемирного, пусть и не совсем явного, юридически не формализованного, могущества у землянина имелась — это создаваемая растущая портальная сеть. Однако, её одной мало. Игорю должности начальника магического метрополитена было мало. А значит, попаданцу необходимо укреплять нити сети пространственных перемещений разветвлёнными структурами политической, военной, торговой разведок, не брезгуя при этом задействовать возможности криминала, а у преступного мира потенциал в плане сбора информации огромен.
Разумеется, раскрывать всю ширину своих намерений главарю уголовников Игорь не стал, хотя в его преданности был уверен, в том числе, и благодаря магии. Раскрытие Замыслов оказалось весьма востребованным заклинанием, хотя землянин с удовольствием бы его поменял на что-нибудь боевое или целительское. Но, чего нет, того нет.
Попаданец сообщил Тихому, что вскоре полноценно заработают порталы между некоторыми герцогствами Полуострова, а также с городами Ливора. От гирфельского авторитета требовалось подготовиться к налаживанию контактов со своими коллегами из других мест, а чтобы связи возникли прочные и надёжные, они должны стать взаимовыгодными. Не только страх перед силой банды Тихого Му, но и возможность богатеть от сотрудничества с ним — это то, что позволит агенту землянина стать негласным лидером. А на любом поприще, легальном или преступном, для достижения успеха деньги лишними не будут. Так что, принесённую графу Приарскому долю теневых доходов, тот не принял и распорядился рассматривать её как инвестиции в будущее. Да и не нуждался попаданец в этих, по масштабам его деятельности, несчастных криминальных копейках.
 
— Только вот ещё что, Му, — вспомнил Игорь недавний разговор Дильяна с капитаном стражи, — Из Корина, я слышал, какую-то гадость в больших количествах стали привозить?
— Ты имеешь в виду «островную радость»? — Тихий поднёс было вновь кувшин вина к графскому кубку, но увидел, что тот полон, и налил только себе, — Этой дури и раньше не мало было. Травка дёшева, её и покупают-то только нищие или старые, выброшенные хозяевами рабы. А тебе она зачем?
— Незачем. Не хочу, чтобы её вообще в Гирфеле продавали. Организуй разгон торговцев этой дряни, можешь утопить их всех в заливе. Терпеть не могу наркоту, даже лёгкую. Считай это моим бзиком. Сделаешь?
Главарь банды что-то у себя в голове прокрутил, допил третий кубок — Игорь специально за Тихим не считал, но свою наблюдательность никуда девать не мог — и ответил уверенно:
— Сделаю, конечно, раз ты велишь. Только, позволь, топить их в море не стану. И так сегодня потеряли замечательных, выгодных йенк-утисских компаньонов. Благодаря тебе. Не подумай, что я в укор, — хохотнул авторитет, — Да, а с Магетой что делать? Так пусть и живёт?
— С кем? — искренне удивился Егоров.
— Да с той бабой с двумя детьми, которая наводчицей у шайки оборванцев работала. Её Люс привёл позавчера.
Каждый человек, наверное, иногда преобретает нечто такое, с чем потом не знает, что делать. У Игоря же подобное случалось слишком часто. Он грешил на наследственность — у отца весь гараж от пола до потолка был забит всяким хламом, как пещера Али-бабы сокровищами.
Вот и с той гнусной девкой, которая заманивала его в ловушку, чтобы ограбить, получилось точно также. Пожалел нищую дурёху из-за её пацанов, особенно того, что был с морковкой, даже легенду какую-то, притянутую за уши, для оборванки придумал, а сейчас полностью осознал, что она ему ни к чёрту не сдалась. Но не выкидывать же её теперь.
— Понял, про кого ты. Пусть так и живёт. Не объест поди. Пристрой к какой-нибудь приличной работе и за мальчишками проследи. Как подрастут, количество школ и ремесленных училищ в Гирфеле будет уже полно, надеюсь. Найдётся и сыновьям этой — Магеры? Магеты? — там место. В общем, пригодятся. Я что-то не то говорю?
— Всё то, граф, — Тихий провёл рукой по лицу, словно снимал с него маску удивления, — Ты странный. Извини за откровенность.
— Я добрый, Му, как наша правительница, — усмехнулся бывший спецназовец, — И плохо будет тому, кто в этом усомнится. Ну, ещё вопросы остались?
Пока Игорь беседовал с Тихим шум и крики толпы с дворцовой площади давно перестали литься сквозь полузакрытые ставни оконца, зато через запертую плотно дверь из зала, уже с полчаса как, неслись звуки хохота, громкие разговоры множества посетителей, скрип лавок и звон посуды, а тут зазвучала и музыка. «Корона» всё же была престижным трактиром, можно даже сказать, элитарным, и барды, как и всякие дудошники или гусляры, здесь выступали почти каждый вечер.
— Вопрос, мой граф, остался только один, — Тихий оглядел стол с почти не тронутыми явствами, — Когда тебя ждать в Гирфеле?
— А я знаю? — пожал плечами Игорь, — У нас ведь, сам знаешь, человек предполагает, а правители располагают. Как вернусь, через моснорского прощелыгу Егора сообщу. Не забудь его домохозяйке плату передать. Люса пошли. Ну, давай прощаться, мой друг.
Главарь преступников ушел тем же путём, каким и прибыл в «Корону», через запасной — на Земле такие называли служебными — выход. Графу Приарскому пробираться огородами не пристало, во всяком случае, на глазах людей, знавших его высокое положение, поэтому, Игорь, проводив взглядом завернувшего в проход Тихого, прошёл через коридор и вышел в переполненный народом едальный зал.