ПП 6 (СИ)

В отличие от своих учеников, вооружённых кинжалами, их главный наставник имел в потёртых ножнах дорогой булатный меч. Игорь, оказавшийся в гордом одиночестве в этой части корабля, извлёк свой клинок, демаскирующе сверкнувший узорами лунным отблеском, и двигулся на раздающиеся у борта голоса.
Того, что арка магического перемещения будет кем-либо замечена, попаданец не опасался — офицеры по двое на корабле дежурство не несли, а озвученный Шерпом суперкарго иск-магом не являлся. Ни Игорю быть обнаруженным, ни его янычарам опасаться магических атак сейчас не приходилось.
— Тащи давай, ох, какие тяжёлые рабы. Совсем большие, — кто-то визгливо засмеялся.
Егоров прокрался к центральной мачте и замер. Бросаться в бой он не спешил. Его роль сегодня экзаменатор-подстраховщик. Отбирать хлеб у своих парней он не собирался, пусть на практике продемонстрируют, чему они от своего благодетеля-графа научились. А сам наставник тем временем оценит свои педагогические способности. Конечно, Игорь приготовился и к плохому развитию событий.
Поднятые на борт янычары понуро стояли на палубе, в трюм их сразу не гнали. Пиратов скопилось почти два десятка, это с учётом троих, поднявшихся по трапу из шлюпки.
— Не спится козлам, — угрюмо усмехнулся попаданец.
В этот момент через фальшборт перевалился и Люс, воспользовавшийся параллельно висящей верёвкой. Он услышал слова пирата.
— Каких заказывали, таких и нашли, крупнее не было, — пошутил он, — Деньги где?
Судя по вопросу, стоявший перед Люсом йенк-утиссец являлся тем самым суперкарго корабля.
— Капитан сказал, деньги он Тихому сам отдаст.
— Не было такого уговора, — громко возмутился янычар, — Му мне велел забрать деньги, а вы должны доставить меня на берег!
— Вот с боссом своим и разбирайся, — смех суперкарго поддержали и остальные пираты, — Не гоношись, брат, — офицер положил руку на плечо Люса, — У нас без обмана. Товар ты доставил качественный, не то, что были прошлые доходяги. Выплатим всё как договаривались.
Пока он говорил на палубу подняли восьмого пленника, и в шлюпке количество пиратов и спецназовцев уравнялось. Это и послужило моментом начала атаки.
— Ты! — только и успел выкрикнуть суперкарго перед тем как захрипеть и рухнуть под ноги своему убийце, вонзившим нож ему точно в сердце.
А дальше попаданец наблюдал настоящее действие мясорубки, когда от скользящих ударов лезвиями ножей из шей пиратов обильно брызгала кровь. Минута? Две? — Егоров таймера не имел — и на палубе в агонии билось полтора десятка трупов. Никто из йенк-утиссцев не успел оказать хоть какое-то сопротивление. Игорь мог констатировать, что оружие он себе выковывает отличного качества, и эта мысль касалась вовсе не булатного клинка.
— Люс, стой! — скомандовал он старшему группы, кинувшемуся за парнями к люку в спальный матросский отсек, — Без тебя там разберутся. Бери фонарь и сигналь Дильяну. Пусть он делает свою часть работы на берегу и шлёт сюда барк со стражами, которые и получат всю славу захвата работорговцев. Кстати, это ещё один урок, рискуют собой одни, а награды чаще получают другие.
— Командир…
— Шучу, как обычно, Люс. Родина вас не забудет. Я тоже.
  
Глава 8
 
Ниже профиля герцогини Латаны на первой странице «Гирфельского вестника» шёл текст её послания к своим подданным. В родном мире Игоря это обращение назвали бы редакционной статьёй. Так по сути и было. Правительница не оповещала о каких-либо принятых ею нововведениях в законах, порядках или правилах. Она лишь изложила свой взгляд на текущий момент и просветила народ Гирфеля о ближайших целях и задачах правительства страны.
Латана с самого утра в сопровождении графа Лойма и баронета Плюща явилась в Приарский замок, куда во второй половине дня должны вернуться из похода отряды янычар, в одном из которых рядовым бойцом состоял и виконт Дин, единственный наследник Гирфеля.
Пока предстояло ожидание, герцогиня со своей маленькой свитой и хозяевами замка прошла к типографии, где с интересом развернула поданный ей свежеотпечатанный экземпляр второго номера газеты.
 
Правительница не стала перечитывать редакционную статью или другие колонки, а принялась разглядывала изображение своего профиля.
— Что ж, — принцесса сложила газету и вернула её начальнику типографии, — Вполне неплохо. Только почему у тебя тут так грязно? — Латана в упор посмотрела на мастера, обвела взглядом помещение и остановила взор на своём советнике, — Граф, я бы на твоём месте велела наказать этих нерях.
— За поддержанием порядка в замке у меня Тания присматривает, — что называется, перевёл стрелки Егоров, — Но твоё замечание учтём. Мастер у меня добросовестный, критику услышал, — он успокаивающе положил руку на плечо начальника типографии.
Игорь знал, что венценосная подруга просто шутит, Лана прекрасно понимает, как работа с краской в довольно тесном помещении влияет на чистоту окружающего пространства. Герцогиня посещает типографию не в первый раз, и процессы книгопечатания и выпуска газеты ей хорошо знакомы.
— Будем надеяться, — холодно бросила герцогиня и направилась к выходу.
— Что, и всё? — удивлённо спросил её землянин уже во дворе, — Ты же у нас главный цензор. Без твоего одобрения наше независимое СМИ ни строчки не опубликует.
Второй номер «Гирфельского вестника» начинался передовицей под названием «Мирное небо над головой — залог процветания и благополучия», в которой принцесса Ливорская выступала твёрдой сторонницей неучастия её страны в каких-либо боевых действиях. Целевой аудиторией этого послания были съезжавшиеся на Большой Совет вельможи и сановники герцогства. Помимо них, Егоров планировал донести мысли Латаны и за пределы её владений. Есть ведь порталы, так почему бы ими не воспользоваться? Провести, так сказать, предварительную медийную обработку не только вассалов принцессы Ливорской, но и некоторых её коллег накануне начала работы Конгресса.
Другие статьи были посвящены внутригирфельским делам. В одной из них в самых ярких красках и с множеством леденящих душу подробностях описывались ход операции по пресечению преступной деятельности йенк-утисских пиратов и расхваливался высокий профессионализм комиссариата стражи под руководством Дильяна.
Никто, включая сама правительница, пока не знал, что данная агитка является предвестником качественной и кардинальной реформы стражи, причём, не только в столице, а во всём герцогстве.
Попаданец изначально считал глупостью, когда на одну и ту же структуру возлагаются обязанности по охране и обороне города, полицейские функции, судебные права и задачи службы исполнения наказаний. Так что, написанию колонки про стражу Егоров уделил не меньше внимания, чем передовице. Ради неё землянин даже забрал часть полосы у Рины. Городские сплетни хоть и оказались очень востребованы читателями, но пропаганда важнее информации.
— Считай, я уже одобрила, Игорь, — герцогиня притормозила шаг и взяла графиню под локоть, — Пока ты вчера в полки ездил, мы с Танией все разделы и колонки обсудили. Ошибки в тексте баронет проверил, докладывает, что всё в порядке. Так, Плющ?
Главный редактор важно кивнул, он вообще в последнее время ходил надутый как индюк, и повод для этого был — в негласном табеле о ранге среди дворцовых дармоедов баронет занял верхние строчки. Вокруг Плюща теперь постоянно крутились толпы любопытствующих придворных, желавших узнать все последние новости, которые появятся в свежем выпуске газеты.
— Да, государыня, — уверенно ответил баронет, — Лично несколько раз проверил.
Принцесса поощрила его улыбкой.
Знавшая резиденцию попаданца не хуже самого Игоря и его супруги, правительница направилась к часовой мастерской, где сейчас изготавливались детали механизма, который первым будет сделан за пределами Гирфеля, в родном для Тании Шероде.
У попаданца имелось уже пять бригад, монтировавших башенные часы. Проблем с увеличением количества мастеров не было никаких, кроме одной — при этом возросла бы вероятности утраты монополии на данное изобретение попаданца, о патентном праве в Орване ничего не слышали.