Петля, Кадетский корпус. Книга десятая (СИ)
— Версия, рожденная по итогу школьной драки? — скептически прокомментировал Лопухин.
— Мы не можем разглашать источники сведений, однако я лично ручаюсь за то, что это надежные информаторы, — сделал важную ремарку барон Корф, по идее князя Багратионе можно было назвать, но принца Али пока стоило оставить в тени.
— Так вот по моей версии имеет место коварный план Османской Порты по захвату оборонительной линии древних Нахичевань-Гянджа-Дербент с восстановлением сети опорных крепостей-артефактов, что в итоге отрежет дружественную нам Персию от части Ширвана, но самое главное даст возможность туркам контролировать весю нашу границу на юге Кавказа, — выдаю явно неожиданную версию.
— Черт, они ведь тогда легко смогут ударить Багратионе в тыл, князь укрепляет западные границы, надеясь, что с востока его прикроет наместник Кавказа, — взялся за голову генерал-фельдмаршал, которого интересовала военная сторона дела.
— Не совсем понял, каким боком тут барон Дибич и генерал Ермолов? — князь Лопухин ожидаемо интересовался этой стороной вопроса, так как понимал, что вся история вполне может бросить тень на него самого.
Прежде чем ответить, взглядом спрашиваю разрешение у барона Корфа, тот должен был арестовать наместника Кавказа, губернатора Астрахани и директора Первого кадетского корпуса, после того как начнется совещание, чтобы Канцлер не получил советующие новости, а преступники не смогли бежать. Князь Лопухин в принципе вряд ли мог предать, не того уровня фигура, тем не менее следовало послушать его текущую точку зрения, а то хитрый дипломат мог легко и непринужденно переобуться в воздухе.
— Можно, — разрешил говорить Модест Андреевич, видно получивший подтверждение от своих агентов.
— У меня возникло предположение о том, что фон Дибичи явно не желают захвата Дербента, раз пошли на то, чтобы атаковать детей графа Паскевича и подставить под удар своих отпрысков, к тому же возникли вопросы к происхождению сыновей генерала Ермолова, — выступаю как заправский детектив, — Дети «Кавказского Льва» рождены от наложницы Токтай из Благородного рода Кара-Шура, представители которого главенствуют в Совете города Дербента.
— Это ровным счетом ничего не доказывает, справедливо возразил Светлейший князь, неужели замаран?
— Да, поэтому мы запросили дополнительные сведения и получили некоторые ответы, — перехожу к финальной части истории, доказательства добыты усилиями Ираклия и Али, — Род Кара-Шура разбогател на торговле оружием, как вы понимаете русским оружием.
— Боги, генерал Паскевич сетовал на то, что у горцев нашего оружия чуть ли не больше, чем в его армейском корпусе, — не сдержал эмоций князь Трубецкой.
— Так вот, у нас есть неопровержимые сведения о том, что оружие шло из арсеналов Кавказского военного округа и складов Астраханской губернии, все делалось под видом оказания помощи союзным племенам. При этом финансировали покупку не нищие горцы Ширвана, а эмиссары Османской Порты в обмен на доступ к линии крепостей Нахичевань-Гянджа-Дербент! — чувствую произвел фурор, народ явно в шоке.
— В Нахичевани скончался Эсхан-хан, а дербентцы всегда предпочитали османов, так как с персами у них постоянная вражда на море, — кажется прозрел Канцлер, возможно и непричастен к заговору, а может просто отличный актер.
— Таким образом мы уже сейчас можем говорить о том, что наместник Кавказа и губернатор Астрахани наживались на торговле российским оружием, их партнеры в Дербенте надавили на них дабы прекратить штурм города, в итоге генералу Паскевичу не только не помогли, но и всячески саботировали его боевую операцию и даже попытались надавить на него через детей, — подвел неутешительные итоги барон Корф.
— Граф говорил о том, что поместье пытались ограбить, а супруге угрожали расправой, пришлось выделить охранную роту, — припомнил генерал-фельдмаршал.
— Это неслыханно!
— Предательство!
— Возмутительно! — поспешили выразить свое мнение ушлые придворные.
— Ваше Величество барон фон Дибич, директор Первого Кадетского Корпуса и генерал-лейтенант Ермолов блокированы агентами СИБ, прошу вашего высочайшего разрешения на арест вышеуказанных господ до выяснения, — барон Корф ковал железо пока горячо.
— Разрешаю, — коротко рыкнул Самодержец и распорядился, — Генералу Паскевичу оказать всемерное содействие, Дербент должен быть захвачен в кратчайшие сроки, Службе Имперской Безопасности совместно с генерал-фельдмаршалом разработать операцию по противодействию усилению Османской Порты на линии Нахичевань-Гянджа-Дербент, план предоставить мне на утверждение не позднее… числа текущего месяца!
— Есть! — коротко отрапортовал князь Трубецкой
— Будет исполнено! — кивнул глава СИБ.
— Ваше Величество, поверьте ни сном ни духом! — обратил на себя внимание расстроенный дипломат.
— Верю, но по вам окончательное решение будет принято по итогам расследования, — жестко ответил Романов, — И речь тут не обязательно об измене родине, есть ведь еще халатность и элементарна близорукость, Канцлер Империи должен был видеть прохвостов насквозь!
— Виноват, — промямлил полностью разбитый Лопухин.
— Все свободны, — кивнул Самодержец, завершая Совет, обернулся ко мне и произнес, — А вас Михаил я попрошу остаться, и вы Модест Андреевич задержитесь.
Глава 25
Высочайшая аудиенция, продолжение
Его Величество не стал ждать, когда разойдутся придворные, просто мы втроем последовали в расположенный неподалеку уютный кабинет. Как знак высочайшего доверия нам предложили чай, из пыхтящего как паровоз медного, начищенного до блеска самовара, расторопные слуги расставили на столике плошки с гречишным медом, солеными орешками и другими незамысловатыми закусками. Причем ароматный напиток, настоянный на брусничном листе, разливал сам Самодержец.
— Знатно поработали, преподали достойный урок старому проходимцу Лопухину, — улыбнулся Романов, передавая мне наполненную чашку.
— И мысли не было уязвить Канцлера, просто так получилось, — искренне пожимаю плечами, такой враг как светлейший князь мне не нужен.
— И он это понимает, думаю, станет вам лучшим другом, вы ведь, если задуматься, уберегли его от крупных неприятностей, этак он в своих симпатиях, пусть и невольно мог и до измены Отечеству скатиться! — ответил Самодержец, хорошо знавший своих ближайших соратников.
— Уверен, Андрей Васильевич теперь будет рвать и метать, чтобы оказать нам любую помощь, — согласился с мнением сюзерена барон Корф.
— Ну Михаил, теперь как на духу расскажи, что ты затеял? — Романов перешел к основной теме.
— В Ширване на побережье Каспийского моря предположительно есть богатые залежи нефти, хочу их освоить, до того присоединив эти территории к Российской Империи, — мои старшие коллеги явно не ждали такого.
— Оооо!!! — удивился Модест Андреевич.
— Я же говорил он опять что-нибудь учудит, — довольно улыбнулся Самодержец, — Может еще что есть?
— То же самое, но на восточном берегу, то, что недалеко от Астрахани, требуется освоить в первую очередь, — раскрываю карты, расчет простой, я помог Отечеству, теперь Россия в лице Императора должна помочь мне.
— А силенок хватит? — с хитрецой спросил Петр Иванович.
— Ширван освою вместе с Ираклием Багратионе и принцем Али, это они помогли разоблачить преступный сговор наместника Кавказа и губернатора Астрахани, северо-восточное побережье Каспийского моря захвачу самостоятельно при помощи ойратов и мамлюков, а на юг пойду, если Сункар-батыр решится мне помочь, — выдаю нехитрый план.
— Изрядно, масштабно, смело мыслишь! — Самодержец не поскупился на высокую оценку, — К тому же у тебя не просто махание шашкой, как у некоторых, а вполне себе расчетливый план, сулящий не только расходы ради безопасности Отчизны, но реальную прибыль, а также военные и политические преимущества.
— Шахиншах что-то попросит взамен Ширвана, — заметил барон Корф.