Петля, Кадетский корпус. Книга десятая (СИ)
Однако и тут в итоге намечалась обычная для Кавказа тягомотина, которая должна была убедить Москву в том, что никакой подоплеки в неудачах русской армии нет, а это просто объективная ситуация, сложившаяся в регионе. Только вот у настырного и дотошного Паскевича сложилось иное мнение, но обвинять старших коллег без доказательств на руках он не мог, а те работали чисто. Тут нужно было делом доказать свою точку зрения и с победой на руках ехать на прием к Трубецкому, так что молодой полководец решил действовать самостоятельно и на свой страх и риск.
Пару месяцев его снабженцы завышали расход боеприпасов, а подразделения стабильно давали отчеты о значительных потерях живой силы, боевой техники и артиллерии. По факту корпус копил силы, более того разведка вычислила ряд арсеналов противника, а армейский спецназ захватил богатые трофеи. Причем Паскевич совсем не удивился тому, что горцы помимо османского и персидского оружия имели немало русских ракетометов, автоматических винтовок и даже пушек. Все это отлично ложилось в версию генерал-майора, так что он только обрадовался пополнению боеприпасов.
Корпус готовился к тому, что ему отрежут снабжение, а значит было необходимо действовать автономно в течении нескольких месяцев. Задача для подразделения численностью более тридцати тысяч боцов весьма нетривиальная, а учитывая, что предстоят интенсивные бои, то и вовсе почти невыполнимая. Однако граф верил в свою звезду и дерзко пошел на рискованный план. Неожиданно для всех, в том числе наместника Кавказа и губернатора Астрахани, он без подготовки атаковал Дербент.
Населявшие его кланы были абсолютно уверены в своей неприкасаемости, тайны договоренности со всеми крупными силами в регионе позволяли хозяевам Железных Врат чувствовать себя в абсолютно безопасности, поэтому русский генерал свалился на них как снег на голову и имел все шансы на успех. Только вот Паскевича не только не поддерживали коллеги, а даже наоборот задействовали все связи, чтобы помешать военной компании, естественно под благовидным предлогом.
— Как дела, Иван, — князь Трубецкой был в курсе всех событий и держал постоянную связь с личным порученцем.
— Работаем, Ваше Сиятельство, — ответил Паскевич, голос напряжен, но по-другому и быть не могло, офицер находился на передовой.
— Кашу ты заварил знатную, послы Шахиншаха Персии и Султана Османской Порты метают гром и молнии, ну это не считая местных князьков да эмиров, — проинформировал подчиненного генерал-фельдмаршал.
— Ну значит прижал им хвосты, раз решили пойти дипломатическим путем, — обрадовался граф.
— Так-то оно так, — задумался Трубецкой и спросил, — А как наместник да губернатор?
— Козни чинят, снабжение перекрыли, бойцов и технику я к ним не эвакуирую, так как из Астрахани возврата нет, более того прямо приказывают прекратить осаду и отойти от Дербента, — коротко доложил генерал-майор.
— Вот же поганцы, неужто продались басурманам? — разозлился князь.
— Обвинять никого не могу, ибо доказательств нет, правда у защитников Железных Врат нашего оружия чуть ли не больше чем в моем корпусе, и надо с пристрастием допросить туземцев, откуда они его берут, коли нам русским солдатам снабжение урезали, — зло произнес боевой генерал.
— Держитесь? — участливо спросил фельдмаршал, понимая какую ношу взвалил на себя подчиненный, один в окружении многочисленных врагов, да еще без поддержки тыловых служб, — Может чем подсобить?
— Одолели нас налеты с моря, фон Дибич каспийскую флотилию отвел к Астрахани и в поддержке операции отказал, а какие-то тати повадились бомбить наши позиции с воды, — подумав изложил граф Паскевич, — Если пара штурмовиков окоротит пиратов, то сильно нам поможет.
— Хмм… от Ростова-на-Дону больше тысячи километров, да и даже если попросить морскую авиацию, то от Черного моря будет немногим меньше, — задумался князь, — Но мы давай так сделаем, пусть твои спецназовцы цели подсветят, а наши «Лебеди» или Ставропольская батарея врежут ракетами, и врагов впечатлим, а заодно и боевое учение проведем!
— Спасибо, так будет даже лучше! — обрадовался генерал-лейтенант, если бы не поддержка сверху, он бы давно приказал отступить от города.
— Но, Иван, времени немного, вороны со всех сторон каркают, скоро и Его Величеству нажужжат, — предостерег Трубецкой, — Нас спасет только решительный и бесповоротный успех, победителей, сам знаешь, не судят!
— Думаю сдюжим, — уверенно ответил граф, но немного замялся.
— Что-то еще? — фельдмаршал мгновенно уловил заминку.
— Боюсь меня хотят вытащить в Москву любой ценой, была попытка «ограбить» поместье, — признался Паскевич.
— Разберемся, лично распоряжусь усилить охрану! — ответил князь, облегчив воину и без того непростую ношу.
* * *Канцлер, Светлейший князь Лопухин Андрей Васильевич собрал совещание по вопросу политики Российской Империи на Кавказе. Район неспокойный, постоянный источник военной угрозы со стороны давнего недруга Османской Порты и не слишком надежного партнера Персии. Эти территории всегда были ареной постоянных сражений между населявшими ее народами, наемниками всех мастей, а иногда и регулярных соединений армий соседних держав. Точку в давнем споре не давали поставить неприступные горы и бастионы древних.
Его Величество Петр Романов желал раз и навсегда отвести угрозу от южных рубежей своей державы и Министерство иностранных дел многое сделало для осуществления этой цели. Путем политических интриг, торговых союзов, а иногда и военной помощи в Кахетии и Киликии на первые позиции вышел род Багратионе, во-первых объединивший две древние державы, а во-вторых принесший присягу Дому Романов. Этот финт фактически прикрывал юго-запад от страны от Османской Порты, однако на востоке оставался непокорный Ширван.
Эту проблему Андрей Васильевич собирался решить исключительно дипломатическим путем. Союз с Персией, экономическая блокада региона со всех сторон, возможно смотрится слишком сложно, однако Светлейший князь верил в свои силы. Местные власти на диво дружно поддержали дипломатические методы работы с горцами, получилась тесная, доверительная работа с наместником Кавказа генералом Ермоловым и губернатором Астрахани фон Дибичем. Только вот в последнее время появились некоторые трения с военными…
— Господа, с чем связано текущее обострение? — требовательно спросил Лопухин, — У меня на столе ноты протеста от османов, персов, хана Дербента и дюжины князьков из Ширвана. Что происходит?
— Ваше Сиятельство в наш край прибыл порученец князя Трубецкого граф Паскевич во главе армейского корпуса, офицер деятельный, заслуженный, рьяно принялся за дело, — взял слово наместник Кавказа, — Однако горяч, прямолинеен, скор на расправу, лидеры горных тейпов этого не любят, он вызвал дружную неприязнь кланов.
— Ну а вы? — жестко спросил Андрей Васильевич.
— Мы всячески пытались образумить коллегу, знакомили его с союзниками из числа туземцев, обозначали красные линии, за которые не стоит заходить, но граф действует самостоятельно и нам не подчиняется, — картинно развел руками генерал-лейтенант Ермолов.
— Хмм… какие задачи обозначил фельдмаршал? — уточнил Канцлер, зная, что человек от Министерства обороны прибыл в регион с определенным мандатом, утвержденным Высочайшим Указом.
— Полномочия широкие, всемерная поддержка Багратионе, укрепление границ, устранение военной угрозы со стороны Османской порты, — перечислил губернатор Астрахани.
— Но драку ведь он затеял в Дербенте, а этот город относится исключительно к сфере влияния союзной нам Персии! — веско высказался Светлейший князь.
— Мы не раз указывали на это графу Паскевичу и его руководству в письменном виде, — ответил барон Фридрих фон Дибич.
— Он жалуется, что вы блокировали поставки оружия, отказали в ремонте боевой техники и прочих грехах, — заметил Канцлер.
— Вы знаете меня как боевого офицера, мы были далеки от того, чтобы кляузничать на коллегу, — барон Дибич не упустил возможности поиграть в благородство, — Но раз уж на то пошло, то и нам есть что сказать, верно Алексей Петрович?