Завидный холостяк (СИ)

С Никитой все было иначе, не так, как с Вадимом. Морозов в силу своего возраста явно умел ухаживать за девушками. Цветы, приятные слова, ласка. Это все ужасно подкупало и превозносило его в моих глазах, хотя я с первого дня была очарована этим мужчиной. Одна его улыбка чего стоит.
― Пойдемте за стол. Мы там с Ритой ризотто с овощами приготовили и лосося в духовке запекли. Ужасно проголодались.
― Идем уже.
― Давайте, а то мы занимались, сил много потратили. Нужно восстанавливать.
― Скучал по тебе, ― прошептал он на ухо.
― Я тоже.
Время стремительно неслось вперед. Каждый день, проведенный с Никитой, был наполнен счастьем и любовью. Он постоянно старался удивлять меня, дарил подарки, оберегал от злых людей и баловал своим вниманием.
Алина сдала экзамены на отлично и больше не нуждалась во мне как в хореографе. Свободное от работы время мы часто проводили вместе, пока Никита зависал у себя в офисе. Мы же могли в это время поездить по магазинам, где часто подруга подбивала меня на покупку красивого нижнего белья. А еще мы занимались ремонтом в ее квартире. Она захотела переделать ее под свой дизайн, и мне показалось это очень интересным. Мы закупали материалы, сами клеили обои, выбирали шторы и мебель. В общем, я полностью погрузилась в атмосферу ремонта и не заметила, как прошло уже сорок дней со смерти дедушки.
Только после Рождества одним хмурым и очень дождливым утром, сидя на диване в гостиной, меня словно осенило. Точно погода повлияла. Я так была увлечена, что потеряла счет дням.
Сорок дней. И снова дождь.
Смахнув одинокую слезу, я взяла телефон и набрала Никиту. Он ответил не сразу. Пришлось звонить второй раз.
― Да, милая.
― Никит, привет. Я вспомнила, что сегодня сорок дней, как нет дедушки. Можешь в магазине чего‐нибудь купить? Я попрошу Киру ужин приготовить и позову Алину.
― Я, конечно, куплю, Рит, только не обещаю, что буду рано. У меня проблемы на работе.
― Что‐то случилось?
― Да, есть такое. В офисе проблемы. Как будет время, я наберу тебя.
― Хорошо.
Я отложила телефон и вздохнула. В свои рабочие дела Никита старался меня не посвящать, но иногда что‐то да рассказывал. И я знала, что кто‐то его обворовывает, но узнать, кто, они так и не смогли. Правда, за последние два месяца была тишина. Видимо, вор узнал, что Морозов в курсе кражи, и решил залечь на дно. А тут на тебе, что‐то снова случилось.
― Ритуль, доброе утро. Ты снова грустишь?
Я повернулась к тете Кире и грустно улыбнулась.
― Сегодня сорок дней. Погода напомнила, представляете, ― я всхлипнула и, прижав ноги к груди, лицом уткнулась в колени.
― Ну, ты чего, девочка, ― я почувствовала, что тетя Кира присела рядом со мной, а в следующую секунду забрала меня в свои объятия.
― Не хватает мне его, теть Кир, очень не хватает.
― Я понимаю тебя, девочка. Понимаю. Просто нужно немного времени, боль притупится.
― Думаете? ― я снова всхлипнула и подняла голову, посмотрев ей в глаза.
― Обязательно. Так всегда случается. Пойдем я тебе чай с облепихой заварю?
― Чай?
― Да, выпьешь, успокоишься. А я за компанию.
― Вы же не любите облепиховый чай, ― напомнила я, прекрасно зная, что она всегда отказывалась от него, если мы с дедушкой садились чаевничать.
― Значит, я с малиной выпью. Пойдем‐пойдем, нечего сидеть грустить.
Я кивнула и пошла за тетей Кирой на кухню. Она права, лучше чаю выпить, чем сидеть реветь. Говорят, плакать за покойниками вообще не лучшее дело. А я прямо с утра развела тут поток слез.
После чая я решила отвлечься. А потому как по телефону Алина сказала, что занята работой, я не нашла ничего лучше, как помочь тете Кире с ужином. Мы с ней вместе готовили и справились в два раза быстрее.
К вечеру снова пошел снег. Я улыбнулась, понимая, что это не иначе, как волшебство. Словно дедушка не хочет, чтобы я грустила. Ведь тогда, после похорон, с утра тоже был сначала дождь, а потом снег.
― Ну вот, улыбнулась. Это уже лучше.
Да, дождь нагнетает, а снег поднимает настроение.
 
Никита к ужину так и не пришел, и даже ни разу за день не позвонил. Я понимала его и не обижалась. Он бы не стал просто так игнорировать такой важный для меня день. И сама я звонить ему тоже не стала. Уверена, он придет и все мне объяснит.
Ложилась спать я тоже одна. И даже снег за окном уже не придавал хорошего настроения. Включила ночник и, укутавшись в одеяло, прикрыла глаза. Слишком долго не могла уснуть, а когда начала проваливаться в дрему, услышала за дверью шорох.
Час ночи показывали электронные часы на прикроватной тумбочке.
Дверь открылась, и в комнату вошел уставший Никита.
― Ты чего не спишь, милая?
Я приподнялась на кровати и нахмурилась.
― Ты что, подрался?
Глава 7.
Никита.
Сбросив ботинки, не заботясь о пальто, устало прошел по дому и медленно поднялся на второй этаж. Остановился у нашей с Ритой комнаты, стянул чертову удавку, и только после нажал на ручку двери. Ночник горит. Тихонько вошел внутрь и увидел сонную девушку, которая в миг нахмурилась, обратив внимание на мой вид.
― Ты чего не спишь, милая?
― Ты что, подрался? ― ее хриплый голос отозвался мурашками по моему телу.
Я устало улыбнулся и сбросил пальто, оставляя его в кресле. Подошел к кровати и присев на пол уперся в нее спиной.
― Нет, девочка, я попал в аварию.
― Господи, Никита! ― она хотела подняться с кровати, но я перехватил ее за руку, и прижал к себе.
― Не мельтиши, Рита. Ничего серьезного не произошло. Просто спешил к тебе.
― Дурачок! Зачем ты так?
― Я виноват, не был с тобой сегодня, и хотел хоть как‐то исправить ситуацию.
― Ты не виноват, Никит. Это все работа и я прекрасно тебя понимаю. больше не рискуй жизнью, хорошо?
― Я соскучился. Целый день тебя не видел, и соскучился.
― Мне тоже тебя очень не хватало. Как дела на работе? Все уладил?
― Не все, но уже лучше. У нас взломали систему безопасности.
― Как? Кто это сделал уже удалось выяснить?
― Удалось. Это бывший сотрудник нашей компании. Он работал айтишником и решил насолить мне.
― За что?
― Я уволил его за невыполнение рабочих обязанностей. Он слишком любил играть в компьютерные игры. А моя компания основывается совсем не на этом.
― И что он хотел этим доказать?
― Что умнее всех?
― Да уж, и нравится людям гадить. Слушай, и что с ним дальше будем.
― Он сейчас в следственном изоляторе. Я мог потерпеть убытки из‐за него. Думаю, дальше объяснять не стоит?
― Не стоит, ― подтвердила Рита, носом уткнувшись мне в макушку.
Я прикрыл глаза и прижал ее руку к губам.
― Рииит…
― Да?
Я улыбнулся и достал из кармана коробочку.
― Рит, выходи за меня замуж?
― Ч‐что? Ты, серьезно?
Я открыл глаза и повернувшись к ней, уверенно кивнул. Рита была растеряна. Думала, я шучу?
― Серьезнее не бывает. Стань моей женой, любимая?
Я достал из коробки кольцо и надел ей на палец. Не думал, что еще раз сделаю это.
― Никита, ― она порывисто обняла меня, удостоила мой нос поцелуем, ― я согласна! Конечно же, согласна!
Я довольный обнял ее, и выдохнул. Моя девочка, моя любимая малышка. Принялся поцелуями покрывать ее лицо, как она вдруг отстранилась и посмотрела на меня ошарашенным взглядом.
― Ты чего?
― Раны надо обработать, ― произнесла она, снова собираясь встать с кровати.
Я перехватил ее, и навис, сверху не собираясь сейчас отпускать.
― К черту раны. Мне ты нужна.
Со свадьбой дело было решено. Рита не хотела никаких пышных торжеств. Просто роспись и семейные посиделки. Я такому раскладу был несказанно рад. Но даже если бы Рита попросила пышное свадебное платье, я бы тоже не отказался. Все‐таки это ее первое замужество. И главное, чтобы единственное.
Дата свадьбы выпала на первые числа марта. В ЗАГС мы ездили вдвоем, без свидетелей. А дома нас ждала Алина, Кира, Олег и Дима с Настей. Самые близкие нам люди.