Академия Отбросов

«Убей меня!»
Но иначе никак. Уверена, Аин и мачеха уже успели наговорить обо мне много гадостей. От внешности до полного отсутствия манер.
В итоге же…
– Ха… Ха-ха… Пха-ха-ха! – засмеялась Шарлота, едва сдерживая себя. От хохота у неё по щекам полились слёзы, которые она тут же аккуратно убирала белоснежным платочком. – Действительно… Дурында… Ха-ха-ха… Что ж, – вздохнула она, немного успокаиваясь, – так и поступлю. Напишу письмо Аин и узнаю, как у неё дела. С твоего позволения и о тебе расскажу.
– Валяй… – отмахнулась от девушки, после чего вновь смачно вгрызлась в хлеб.
– Ха-ха-ха! – это вызвало очередной приступ хохота, после которого она встала и направилась дальше по столовой. – Я, пожалуй, пойду, Джозелин. Надеюсь, тебе понравится в академии.
После этого девушка ушла, а за ней исчезла и её свита. При этом лёгкий хохот Шарлин был слышен, пока она окончательно не покинула столовую. И, едва это произошло, многие выдохнули, словно заново научились дышать. Я же неосознанно выплюнула на столешницу весь недожёванный хлеб.
Аппетит полностью пропал.
– О Боже мой! – зашептала Софи, держась за сердце. – Это… Это же… О Боже!
Да уж… Похоже, не только у меня пропал аппетит.
***
Как ни странно, на первую лекцию практически никто не опоздал.
Аудитория была просторной, светлой, с множеством парт, выстроенных ступеньками, как в амфитеатре. Первые и последние парты не особо пользовались спросом. Студенты предпочитали рассаживаться с третьего ряда и с самого начала старались привлечь к себе внимание одногруппников.
Но это норма: большинство без внимания просто не выживет.
И у одной личности этого внимания хоть отбавляй. Было негласное правило не занимать первые парты, но одна личность махнула на него рукой и села за первую парту по центру.
Илайн Эрта.
Дочь барона имела весьма упёртый характер и стремилась к совершенству. Именно поэтому она планировала учиться на отлично. Причём по всем предметам. А стать отличницей, отсиживаясь на задних партах, не получится. Именно это и стало её ошибкой, ведь на первой же лекции девушка привлекла к себе внимание всей группы.
– Что она делает? – зашептали в аудитории. – Да и кто она вообще? Тише… Она может услышать. Ой, да плевать! Хорошенькая…
Да… Илайн привлекала всеобщее внимание не только поведением, но и красотой. Кто-то из юношей решился подсесть к ней, чтобы познакомиться, но она его намеренно игнорировала, лишь гордо приподняв подбородок. Это поведение ещё больше вызывало любопытство.
Тем временем в аудиторию, помимо студентов, заходили… горничные.
Человек двадцать, не меньше. Причём по возрасту они были едва старше студентов. Юноши и девушки шли молча, опустив низко головы, чтобы случайно не встретиться взглядом с аристократами. Тут-то каждый и продемонстрирует своё истинное «я».
Кто-то мог позволить себе шлёпнуть горничную по бедру, пока та проходила мимо. Кто-то швырнул бумажный самолётик в голову слуге. А кто-то и вовсе воспользовался магией стихий и заклинанием поджог длинные волосы девушки. Конечно, огонь практически сразу потушили, но волосы всё равно испортились.
И ведь не скажешь, что эти горничные ещё совсем недавно были аристократками. Они не прислуга – они те же студенты, что и мы. С одним-единственным различием – они бюджетники.
Все студенты вносят ежемесячную плату, за которую Академия Волков обязуется защищать и обучать студента. Платят, естественно, родители или те, кто привёл студента в академию. Но порой бывает так, что плата… прекращается. При этом окончить академию студент не успел, да и отпустить его никто не может. Именно таких студентов переводят на «бюджет».
«Бесплатное обучение», – сказали бы многие, но тут ничего бесплатного нет.
Абсолютно ничего!
И академия тому пример. Здесь ясно дают понять, что за всё нужно платить. И если ты получаешь еду, комнату для ночлега, одежду и знания, то отработаешь всё это физическим трудом. В итоге в стенах академии такие студенты лишаются благородного статуса и становятся ниже простолюдинов.
 
Отказ произвести платёж говорит о том, что от детей отказались и они предоставлены сами себе. И, если они неожиданно исчезнут, никто и расследовать не будет почему. Они никому не нужны: ни семье, ни друзьям, ни обществу.
У них есть только они сами. Именно поэтому большинство студентов тратят все свои силы на поддержание связей. Ведь, если от тебя откажутся родные, может появиться спонсор, которому ты будешь служить. Именно он и будет вносить ежемесячную плату.
Большинство так и выживает.
Но не все.
Академия Волков называет это воспитательными мерами. Так она обучает студентов тому, что каждый труд по-своему бесценен. Но в итоге бюджетники становятся лишь мишенями для других студентов. Тем, кому плевать на нормы, правила и приличия.
Горничные поднимались на самый вверх аудитории, но не садились за парты. Они стояли за ними, скрепив руки за спиной. Лишённые голоса, они просто существуют, не более того. Даже выражения их лиц не выражали никаких эмоций. Полная пустота.
Те, кто был уверен в том, что родители продолжат оплачивать обучение, смотрели на прислугу с усмешкой и своеобразным азартом, а те, кто не был уверен в своей семье… едва сдерживали дрожь.
Ведь их ждало то же самое.
Например, Софья…
– Эй-эй! – прошептала я, толкая девушку в бок, чтобы та прекратила думать о мрачных вещах и сосредоточилась на мне. – Нашла то заклинание, о котором я просила?
– А? – не сразу поняла, о чём я говорю, но после согласно кивнула. – Д… Да… Нашла. В принципе, оно простое. Нужен только физический контакт.
– Ну… – задумалась. – Если я буду аккуратно и незаметно толкать парней локтями, то…
– Нет-нет, – неожиданно перебила меня Софи. – Должен произойти именно физический контакт.
– Так я ж говорю, что толкну локтем, – напомнила девушке, но та вновь отрицательно покачала головой.
– Должно быть прикосновение кожи к коже.
– Чего?! – воскликнула я, на что Софи тут же опустила голову и поджала к себе плечи, словно защищалась.
– Я… Я… Я!.. Просто так написано… Вот и!..
– Но ты как себе это представляешь?! – едва сдерживалась, чтобы не закричать. – Как я, по-твоему, должна проверять парней, которые каждый день ходят в форме? Единственный открытый участок кожи – либо голова, либо руки… Но, если я буду каждого лапать, извращенкой прославлюсь!
– Я… Мне очень жаль! – ахнула Софи. – Я что-нибудь найду! Новое заклинание! Мне жаль!
– Ох… – вздохнула, устало потирая переносицу. – Ты не виновата… Ладно… Будем искать способ дальше, а пока используем то, что есть. Чёрт…
Я хотела сказать Софи больше. Успокоить её, добавить, что не злюсь на неё, так как она явно была напугана. Но не успела. В аудиторию вошёл преподаватель. Должна признать, что узнала его сразу.
Это был тот самый молодой мужчина с длинными зелёными волосами и широкими круглыми очками с тонкими прозрачными линзами. Выражение его лица было безразличным. Если подумать, то он даже не смотрел на студентов. Словно нас здесь нет. Просто вошёл в помещение и сразу же направился к широкой доске, взяв в руку мел.
– Итак, – начал он, – меня зовут Амори, но вы можете звать меня просто «профессор». Больше вам обо мне знать незачем. А теперь приступим к занятию.
Так просто? Не слишком-то дружелюбно. Это отметила не только я, но и другие студенты. Они перешёптывались и смеялись над поведением Амори. Но тот уже начал что-то рисовать на доске и монотонно читать лекцию о взаимодействии магии.
– Он из Клана Леса, – прошептала мне Софи.
– А? – не сразу поняла.
– Он из Клана Леса, – повторила она, указывая пером на профессора. – Его внешность, а также лёгкий древесный аромат… Точно из них.
Клан Леса? Неожиданно. Понятно, что они существуют – жители Леса давно взаимодействуют с людьми: обмениваются знаниями, умениями и традициями. Но сомневаюсь, что кто-нибудь из них просто так согласился бы преподавать в человеческой академии магии.