Фанатка драконов в академии вампиров (СИ)

Подняла взгляд, находя окно нашей с девчонками комнаты. Никакого света – только темный провал. Наверное, уже тоже спят. Но я не рискну пробираться к ним. Этот позор я уже не вынесу.
Зябко поежившись, осмотрелась. Куда идти? Зачем? Наверное, просто вперед.
Услышав неподалеку шорохи и голоса, поспешила свернуть на соседнюю тропинку. Сердце заколотилось чаще, но я надеялась, что вампиры все же не станут выискивать чужую избранницу по биению ее сердца.  В академии уже все успокоилось. Вампиры установили связь со своими избранницами, из тех, кто хотел это сделать. А если кто-то из девчонок и пропал, потому что одни вампиры от них отказались, а другие попросту решили поиздеваться и посадить на цепь где-нибудь в своем замке, мне об этом неизвестно.
Да, мне определенно повезло больше, чем остальным. Но это не значит, что я должна соглашаться на малое. Не значит, что должна боготворить Эрика только за то, что он не издевается надо мной, не пьет кровь против воли и не заставляет ползать в ногах. Никогда всерьез не рассматривала брак с человеком, но даже в браке с человеком мы были бы на равных. Он бы любил меня, уважал, баловал, заботился. То, что Эрик не оказался бездушным чудовищем, вовсе не означает, что я должна возрадоваться и согласиться на все, что он теперь предложит. А Эрик замуж не зовет. Он сам так сказал.
Устав бродить, я присела на скамью. Сидеть на ней было холодно, закутаться и спрятать руки с короткими рукавами не во что – я вылетела из комнаты Эрика, не взяв с собой ничего. Но усталость после всех потрясений дня постепенно одолевала. Я сама не заметила, как заснула.
Проснувшись, первым делом с изумлением отметила, что мне тепло. Не слишком удобно, по-прежнему жестко, но достаточно тепло. Открыла глаза и чуть не подскочила из положения лежа.
Я все еще в парке на скамье, только закутана в теплое, шерстяное одеяло. Под головой – еще одно одеяло, скатанное в рулон. А рядом на скамье сидит Эрик. И смотрит на меня.
Подскакивать я не стала, но все-таки села, ощущая, что тело неприятно ломит. К жестким ночевкам после мягких, просторных кроватей оно не привыкло, а об одной-единственной ночи, проведенной в ванной, успело позабыть.
Заметив мои страдания, Эрик молча протянул руку. Я не стала отказываться от помощи – приняла. Вампир помог подняться. Не выпуская руки, повел к общежитию.
– Почему ты не отнес меня в комнату? – я не выдержала тягостного молчания.
– Ты же не хотела спать со мной в одних покоях.
– И ты провел всю ночь на этой скамейке?
– Да. По ночам на территории академии все же может быть небезопасно.
И пусть Эрик сказал это, как будто напоминая о единственном праве избранницы – на защиту вампира, но все, что он сейчас делал, как себя вел, упорно не вязалось у меня с брошенными в ярости словами.
Как выяснилось, проснулась я рано. По дороге к общежитию мы никого не встретили. Вампиры-полуночники – явление понятное и ожидаемое, а вот утром до завтрака обычно никто на улицу не выходит.
Эрик оставил меня в своих покоях и куда-то ушел. Не знаю, где он собрался приводить себя в порядок после проведенной на скамейке ночи, но я поспешила воспользоваться шансом и позаботиться о себе. После всех утренних процедур еще успела на завтрак. И на пару тоже не опоздала.
– Шейла, как ты? – на перемене ко мне подошла Рина, с тревогой заглядывая в лицо.
– Хорошо, – я пожала плечами.
– Ты прости за все. Я не знала, что Эмириса сделала с твоими эскизами. Я не видела, как она заходила к тебе в комнату.
– Ерунда. Забыли, – я отмахнулась.
Мне и правда было сейчас не до эскизов и даже не до возможных насмешек, которых в действительности не было. Эмириса все утро ходила мрачная и в мою сторону даже не смотрела. Подруга пыталась до нее достучаться, но моя бывшая соседка замкнулась в себе. Неужели Эрик поговорил с ее вампиром, как и угрожал? А что, если ее вампир жесток? Наверное, именно поэтому Эмириса испугалась.
Мне очень хотелось обсудить произошедшее с подругой, спросить у нее совета. Но выловить Тэдру на обеде не удалось. Я знала, где у них последние пары, и поспешила туда. Но и возле аудитории не встретила Тэдру, хотя застала всю ее группу. Устроившись на первом же попавшемся подоконнике, написала ей сообщение: «У тебя все хорошо?»
 
Весь день я мучилась и не находила себя места. От невозможности обсудить произошедшее, поделиться переживаниями стало совсем невыносимо.
Я согласилась на помощь Шанры только потому, что была разочарована поступком Эрика. Он уверяет, что до моего нелепого побега был серьезно настроен. Но теперь ни предложения, ни свадьбы – только статус избранницы.
Что же мне делать? Что?!
Да, признаю. Он правда старался, а я все испортила. Смириться с последствиями? Жить в подчинении и молча давать свою кровь, когда Эрик того пожелает? Нет! Я никогда не была покорной. Я твердо встречусь лицом к лицу с последствиями собственных действий и попытаюсь все исправить.
Я решительно поднялась с подоконника. Прежде чем убрать планшет в сумку, успела заметить ответ. Поспешила прочитать, что же там пишет Тэдра. «Все в порядке! Райан совершенно неожиданно позвал к себе. Мы познакомились с его родителями. Завтра вернусь – расскажу».
Надеюсь, у Тэдры все хорошо. И если так – я рада за нее.
Убрав планшет, я закинула сумку на плечо и поспешила в общежитие. Эрика в комнате не оказалось, так что некоторое время я металась из стороны в сторону. Моя решительность то таяла, то вновь нарастала.
Я сделаю все, чтобы исправить ошибку! Да, теперь я понимаю, что это была ошибка. Но я совершила ее не на пустом месте. Нам нужно поговорить и во всем разобраться. Может быть, еще не все потеряно. Может быть, не до конца испорчено. Как вспомню взгляд Эрика, задумчивый, но не злой и не такой уж равнодушный, когда он встретил меня при пробуждении в парке на скамье, так надежда расцветает с новой силой.
Да, я сделаю все, чтобы исправить ошибку и спасти наши отношения. Не потому, что Эрик выбрал меня и мне никуда от него не деться. А потому, что я сама так хочу.
Дверь открылась. Эрик переступил порог. Я поднялась с кресла, где за учебником провела последние полчаса, и решительно сказала:
– Нам нужно поговорить.
Эрик смерил меня задумчивым взглядом. На несколько секунд в красных глазах отразилось сомнение. Но все же он сказал:
– Хорошо. Давай поговорим.
Мы устроились друг напротив друга. Эрик выжидающе смотрел на меня. Я нервничала, не зная, с чего начать. Сцепив руки на коленях в замок, наконец решилась:
– Я ценю то, что ты для меня делаешь.
– Разве? – Эрик всерьез удивился.
– Да. Может быть, не всегда показываю, потому что с самого детства я привыкла принимать: любовь родителей, статус, привилегии, подарки. Все это само собой разумелось, когда это давали родители, но… – Я вздохнула. – Я прекрасно понимаю, что ты вовсе не обязан заботиться обо мне, дарить подарки, даже думать о моих чувствах, по сути, не обязан. Я благодарна тебе за то, что ты искренне старался и делал все возможное, чтобы построить со мной отношения.
Эрик молча смотрел на меня. Я тоже немного помолчала, собираясь с мыслями.
– Я благодарю тебя сейчас за все, что ты для меня сделал. За твое терпение, за твое спокойное отношение к моим предпочтениям. За то, что не давил – завоевывал мое расположение медленно, но упорно. В последние дни я все больше… – голос дрогнул, но уверенно договорила, – проникалась к тебе теплыми чувствами. И если бы не последние события, я бы послала Шанру куда подальше. Да, Эрик. Я отказалась от мыслей о драконах. Отказалась от идеи к ним сбежать. Поверила и сама захотела, чтобы у нас с тобой все получилось.
– Тогда почему? – взгляд Эрика потяжелел.
– Все изменил твой последний поступок. То есть не все, но… всерьез пошатнул мою уверенность в тебе.
– То есть моя защита и забота тебе нравилась, а теперь вдруг разонравилась?