Мурка (СИ)

— Пацаны, тут самогон принесли.
— Почему Толстому не отдали?
— Так ты у Кочерги спроси...
— Ладно, открывай.
Потом еще с минуту дверь оставалось закрытой, совещались. Понятно, что ситуация была нестандартная. И надо сказать, что преступники были неплохо законспирированы.
Мы переглянулись с ментами. Я понимал, что в любую секунду вернется Копченый, и обнаружив, что дверь заперта, попробует ее выломать — создаст шум. Но этого не произошло, послышался звук проворачиваемого в двери ключа. Дверь, приоткрылась, и оттуда высунулась рука с револьвером.
— Что за дела...
— Шухер менты! — неожиданно заорал Кочерга, и понимая, что его могут загасить, упал на пол.
— Стоять милиция! — заорал Иван.
Браток с пистолетом среагировал молниеносно и начал вести беспорядочную пальбу, несколько пуль угодили в металлический щит выросшего перед ним Миколы. Прочухав, что происходит, преступник попытался закрыть дверь. Я, резко отпрянув к стенке, успел подставить ногу, не давая ему этого сделать. Иван и Микола сработали быстро. Микола, как римский легионер бросился с щитом наперевес вперед, тараня открывшего дверь бандита и пробрасывая его во внутрь квартиры. Оттуда раздались другие выстрелы, опять таки угодившие в металлический щит мента или вовсе в молоко. Короткая перепалка с матом... но ворвавшийся вслед за Миколой Иван оказался более уверенным стрелком. Со стороны мент напомнил киборга терминатора, всего одним барабаном нагана, положившим насмерть сразу четверых братков. Бандитов, если не и не застало врасплох наше появление (они могли понять об опасности сразу после стука в дверь Кочерги), то стреляли они куда хуже мента, наверняка в прошлом имевшего боевой опыт. Я мастерством Ивана впечатлился.
Микола опустил щит, гулко выдыхая воздух. На лбу блестели крупные бисеринки пота.
— Шевельнешься, убью, — огрызнулся Иван на попытавшегося драпать Кочергу. — Мордой в пол лежи, сука.
Кочерга передумал сопротивляться и застыл. Иван со своей стороны не удовлетворился этим, подшагнул к бандиту и вырубил его ударом рукояти револьвера.
— Пойди проверь парашу и кухню, — распорядился Иван напарнику. — Есть кто живой? Если что — не раздумывая стреляй.
— Понял, сделаю.
Микола кивнул, отправился выполнять приказ. А Иван переключился на не вовремя опомнившегося Копченого, который ломился в запертую дверь соседней квартиры. Интересно — он разве не слышал выстрелы? Иван подошел к двери, повернул ключ, выпуская преступника. и мигом беря его на мушку.
— Добрый вечер, а теперь руки вверх!
Копченый, уже державший в руках свой ствол, счел благоразумным сдаться. И правильно сделал, учитывая, что Иван стрелял не хуже персонажей Клинта Иствуда. Как и с Кочергой, Иван не стал церемониться и наглухо вырубил бедолагу.
А вот из квартиры послышался удивленный голос Миколы.
— Иван... скорее сюда! Тут заложник!
Мы зашли внутрь. На полу комнаты действительно лежал мужчина, все еще живой, но весь перепачканный в крови. Я прищурился, узнавая знакомую рожу, и мои брови от удивления поползли вверх.
***
На полу лежал начальник милиции Климент Иванович. Нога прострелена, на голове в районе брови сечка после удара. Понятия не имею, как милицейский начальник оказался здесь, но моя договоренность о беспрепятственном покидании Ростова могла оказаться под вопросом.
Тикать?
Ну, в смысле прямо сейчас?
Я на всякий случай шагнул в сторону двери, чтобы иметь возможность сваливать. Но все обошлось. Мент был жив, но находился без сознания, что было определенно на руку мне. Будь иначе и у меня могли начаться неприятности. Хотя что тут делает милиционер — интересно... в смысле, что делал Климент Иванович — понятно. Его захватили, но блин, почему об этом не знали менты?
Что до Валета, окно оказалось открыто. К батарее была привязана веревка, свисающее наружу. Видимо бандит вовремя ускакал и поминай как звали.
— Проверь самочувствие, я пока осмотрю место, — Иван несколько секунд смотрел на лежавшего на полу Климента Ивановича, видимо задаваясь тем же вопросом, что и я.
 
Микола, выглядевший малость растерянным, нагнулся над Климентом Ивановичем, проверил пульс. Иван подошел к окну, высунулся оттуда по пояс и огляделся.
— Сбежал, сука, — процедил он сквозь стиснутые зубы.
— Климент Иванович живой, но ему нужна помощь, — сообщил Микола.
— Повязку накладывать умеешь? Займись, — ответил Иван, вздыхая, и косясь на раненого начальника. — Козлы, до Иваныча добрались, обидно будет, всю войну мужик на флоте прослужил, и вот так от рук всякой падали погибать.
Да, получилось нехорошо. Знакомое чувство, когда вот так почти прижали преступника, а он в самый последний момент ускользает. С другой стороны, расследование может получить ход, потому что два подельника Валета сейчас были задержаны. Как придут в себя, в отделении смогут дать показания.
Микола придумал повязку из простыни, взял бутылку самогона, чтобы обработать рану и занялся Климентом Ивановичем. Иван смерил меня взглядом
— Что мужики, расход? — спросил я, понимая, что нет никакого смысла и дальше здесь оставаться. — Я свою часть договоренности выполнил, дальше — сами.
Иван ничего не ответил, вернее буркнул что-то вроде «позже, подожди, я слово свою держу» и приступил к обыску. Я покосился на открытую входную дверь, где на полу лежали два бандита в бессознательном состоянии. В принципе можно не ждать и прямо сейчас дернуть. Бегал Нафаня быстро, я теперь тоже... но так-то не к чему сейчас обострять и создавать на ровном месте новые неприятности. Позже? Ну хорошо, немного подожду. Для себя я обозначил, что через минут пятнадцать верну Ивана к разговору.
Тот, пока я размышлял внимательно осмотрел пространство квартиры. Зашел в ванную комнату, совмещенную с туалетом, оттуда послышался слив унитаза. Через несколько секунд мент вышел держа в руках плотно свернутые в рулоны пачки купюр.
— Еще одно вещественное доказательство!
Он вытащил деньги из ткани, которой они были обмотаны. Следом начал считать, приподняв бровь.
— Да тут миллионы... — не став продолжать, Иван положил деньги на стол и задумчиво, сам с собой продолжил. — Почему интересно Валет деньги оставил...
— Не успел захватить? — предположил Микола, заканчивающий перевязку.
Я заметил, что купюры, сверху обмотанные тканью, не успели промокнуть до конца. Влага впиталась по краям, а вот сердцевина оказалась сухая. Значит, деньги не так давно положили в сливной бачок. Возможно, что Валет решил спрятать свои сбережения прежде чем бежать и планировал сюда заявиться снова, но позже, когда улягутся страсти. Но вопрос Ивана все же выглядел резонным — почему преступник не взял с собой столь крупную сумму? И предположение о том, что Валет не успел, выдвинутое Миколой выглядело надуманным. Спрятать бабки успел, а взять нет? Как бы то ни было, у милиции появлялся отличный шанс устроить засаду. Рано или поздно, но Валет вернется за своим.
— Хм... — задумчиво резюмировал Иван.
Разговор о деньгах прервали стоны, доносившиеся со стороны лестничной клетки. Задержанные преступники приходили в себя. И с ними надо было что-то делать, как и с Климентом, которому все еще требовалась помощь врача. Пуля вроде как прошла на вылет, поэтому сложной операции не требовалось, но обработать рану чем-то понадежнее самогона, следовало в обязательном порядке.
— Так, Микола, давай ка шевелись, отведем преступников в отделение, вызовем врача и захватим носилки для Климента Ивановича, — приказал Иван.
— А мы что место преступления бросим? Валет если вернется? — удивился Микола.
— Не бросим, мы же не потянем Иваныча на своем горбу, носилки нужны! И с этими красавцами надо что-то делать, — Иван кивнул на стонущих за дверью бандитов.
— А кто с Климентом Ивановичем останется?
— Кто кто... — мент повернулся на меня. — Гришка! Поможешь пацан? Людей нет, а дело какое сам видишь.