Вервольф (СИ)
— В том числе, мальчик. Это одна из причин. — голос у Грейма оказался тихим и неожиданно приятным…
— Итак, бой! — радостно заключил принц, хлопнув в ладоши, а Мирена и остальные несколько спали с лица. Угрожать девчонка угрожала, но так далеко явно заходить не собиралась — во всю блефуя… Однако принц не закончил, — Ваш зверь, госпожа Тарт, против моего дорогого Грейма. Хочу посмотреть так ли они опасны, как говорит отец. Бой естественно насмерть.
Теперь бледной осталась только Мирена, а вот остальных такое развитие ситуации несколько заинтересовало. Самым неожиданным для меня стало то, что эльфёныш приободрился и посмотрел на меня… с надеждой? Просто цирк какой-то — всё происходящее становилось для меня всё менее и менее реальным… Какой ещё к черту бой?..
Тем не менее, не в курсе был только я, а вот остальные живо образовали широкий круг — по типу тех, что тут и там виднелись по всему залу… Правда, как я заметил неуверенно оглянувшись, сейчас обстановка в зале сильно изменилась, и рисунок упорядоченного хаоса стремительно преобразовывался в арену — со мной и не теряющим хорошего настроения Греймом в центре… Похоже, ЭТОТ бой заинтересовал абсолютно всех…
Грейм невозмутимо достал свой здоровущий меч с длинной ручкой, который оказался вдобавок с волнистым лезвием и какой то нереально толстой гардой и добродушно кивнул недоумевающему мне:
— Мальчик, может не стоит? Зверюшка-то тебе чем виновата?.. — спросил он не глядя на принца.
— Мне надо знать точно. — как то невпопад ответил тот и повернулся к стоящей рядом с ним и чрезвычайно бледной Мирене, — Оно понимает, что тут сейчас произойдет? Может, его можно как-то разозлить? Науськать?..
— Чужой. — каким-то не своим голосом пробормотала та и указала на Грейма, — Фас…
— Начали. — продублировал её принц и махнул рукой.
Грейм пошел ко мне, а я всё никак не мог развеять ту полусонную патоку в которой неожиданно оказался… Может, это просто сон?.. В Лесу я жил в опасности и давно привык убивать, чтобы есть и убегать чтобы жить. Но вот в такой ситуации я оказался впервые и как то… растерялся… Сделал несколько неуверенных шагов вперед, отмахнулся от Грейма, после чего тот быстренько привел меня в норму хорошенько, но не особо болезненно ткнув мечом в лапу. Боль мгновенно смахнула сонную пелену, а в висках у меня застучало «Вашу ж машу! Меня сейчас будут убивать!!!».
— Ну, наконец то расшевелился. — удовлетворенно пробормотал Грейм и пошёл на меня…
Следующие несколько секунд были буквально переполнены событиями…
Для начала я ускорился, вот только оказалось, что за чёртовым мечником я всё равно не успеваю… Буквально за пару взмахов тот оставил на моих лапах несколько крайне хреново выглядевших порезов, лениво уклонившись от всех моих атак. А потом, сделал очень красивый пируэт и воткнул свой мечару мне в пузяку… Боль была жуткой, но всё, что я мог сделать, это тупо смотреть, как меч входит в пузяку до самой гарды, а потом мечник делает небольшой шажок вправо и тянет его на себя, превращая мою драгоценную пузяку в фарш и доставая на свет божий мой замечательный ливер… Очень приятного янтарно-красного цвета…
«Ну, всё. Мне конец.» — лениво подумал я и мир в моей голове взорвался. Все вокруг посерело, заиграв всеми оттенками этого цвета, а время остановилось.
Мое сознание разделилось на два, позволив погрузиться в волшебный мир шизофреников. Одна часть сознания вспыхнула пламенем — она выла, царапала череп изнутри и требовала немедленно ринуться к убийце и рвать его, кусать и пожирать, пока он не сдохнет десять раз, перед тем как мы отправимся в ад. А другая часть сознания наоборот — заледенела. И в ней-то я сейчас и пребывал, лениво рассматривая волнистое лезвие. Эта часть моего я тщательно, как-то неторопливо обдумала создавшееся положение — благо особых сложностей в нём и не было — и заявила, что нет. Рваться вперед не имеет смысла. Толстая гарда наш натиск определенно выдержит, а мерзкий человечишка предусмотрительно находится на другой стороне длиннющей ручки оружия, поставив меч так, что когда мы рванём к нему, то скорее всего сами себя разрежем пополам, завершив его поганую работу самым поганым образом. После чего конфликтующие части вцепились друг в друга, вместо того чтобы выступить единым фронтом против общего врага…
К счастью, время всё ещё стояло на месте, и когда мое тело окутал холод, возвещая победу «ледяного» начала — ничего фатального не произошло… Вот реально — даже кишки начали «парить» в застывшем мире…
А потом мои лапы взялись за лезвие и аккуратно потянули меня назад. Оно вылезло из пуза с неприятным «чпоком», после чего мы — я почему то всё ещё называл себя «мы» — пошли к мерзкому, посмевшему нас убить человечишке. А дойдя — благо расстояние было всего в шаг — уже «я» принялся его кромсать. Когти мелькали как лопасти вентилятора, во все стороны летели ошметки его кожаной одёжки, под которой обнаружились кольчуга и белая фуфайка — вот только с плотью вышли некоторые проблемки. Это было похоже на то, как если бы я разрезал тесто! Когти проходили сквозь плоть — вся одежка уже разлетелась в стороны застыв в пространстве самым глупым образом — выходя наружу с кусками мяса и даже кости, когда проходили сквозь грудину, но сразу за нанесенной раной плоть восстанавливалась, как будто ничего и не случилось…
А между тем на его левой руке начали выступать крупные синие камни — один за другим, начиная от надетого на мизинец. К счастью, победила именно логическая часть сознания, и я это вовремя заприметил! Правая рука тут же была оторвана, а все находящиеся на ней перстни я надел на когти, протолкнув их насколько смог — на сами пальцы эти колечки конечно же мне не налезли. После чего я зашарил на груди у подлого обманщика — на предмет других магических цацок. Под обрывками доспеха и кольчуги обнаружились ещё два амулета — переговорное ожерелье эльфов и ещё одна подвеска с тремя крупными сапфирами, один из которых тут же лопнул… Я спешно сорвал оба и надел на себя сапфировую цацку, выкинув в сторону эльфийскую и знаете — мне как то полегчало!..
К этому моменту в перстнях, уже на моей руке, не осталось ни одного целого камня, да и ожерелка тут же приказала долго жить — зато мне стало прямо очень хорошо! Ран на лапах уже и не было, а бросив взгляд на пузяку я увидел, как кишочки вползают обратно, пока не скрылись за стремительно стянувшейся кожей! Утверждать такое с уверенностью трудно, из-за густого волосяного покрова, но я мог поклясться, что на животе у меня даже шрама не осталось! А в самом животе разливалось приятное тепло, вместо боли и холода.
С Греймом дело тоже пошло на лад. Оказалось, что у него еще и серьги были — это я по хлопкам в его ушах узнал, но большой роли это уже не играло, поскольку его тело наконец-то начало вести себя как нормальная плоть, а не странное тесто — и воспользовавшись оказией я тут же превратил его в фарш, напоследок раскидав изувеченную голову и конечности в стороны.
Правда радость от осознания того, что я выжил и похоже проживу ещё немало, сыграла со временем дурную шутку и то потихоньку, с каким то скрипом пошло-поехало. В мир нехотя вернулись краски, звуки, и я тяжело дыша застыл над парой оставшихся от мечника ног — в окружении буквально гробовой тишины…
— Великолепно. Это многое объясняет. — раздался в звенящей тишине голос принца и я перевел взгляд на этого радостного идиота…
Всё вокруг было заляпано кровью. На людях лежали куски Грейма. И почти все зрители пребывали в состоянии глубочайшего шока. Однако о принце этого сказать было нельзя. Тот стоял абсолютно чистый — без единого пятнышка на одежде — и удовлетворённо кивал, подкидывая правой рукой голову своего телохранителя…
Честно говоря я подумывал над тем, чтобы и принцу голову отчекрыжить, но весь этот сюрреалистический вид заставил меня остаться там же где я и стоял, продолжая наблюдать.
— Теперь я понимаю, о чём говорил отец. — покивал принц, деловито разглядывая ошметки. Под его взглядом ноги Грейма наконец подкосились и упали на пол…