Говорящая с книгами (СИ)

— Я ошибся. Нарушил закон. Мне нести за это ответственность. Уходите, — обернулся и бросил последний взгляд в сторону своего лучшего ученика. — Уходи, Яков. И не мучай себя, ты все сделал правильно. Она поймет, когда-нибудь…
Стоило одной двери захлопнуться, как распахнулась другая. Яков быстро бежал по узкому коридору вниз. Сейчас самое ценное в его руках: единственная дочь и будущий Хранитель. Если кто-то прорвется сюда, и она, и амулет окажутся под угрозой.
Сцена 86
— Привет, сильнейший из Говорящих, — молодой парень с огромными горящими глазами развязной походкой вошел в комнату. Следом за ним в комнату хлынули люди, самые разные: мужчины, женщины и даже дети. Заполнили её, оставив лишь круг в центре.
— Смотри, кого я привел. Потребовалось много времени, чтобы собрать их, Созданий, навсегда связанных со смертными, и объединить. Позволить им жить в этом мире, как равным.
— Зачем? — устало произнес Иван. — Зачем?
— Мы устали подчиняться вашим глупым законам. Мы хотим свободы! — крикнул во все горло. — Создания не зависят от людей! Вы не боги в нашем мире!
Толпа вторила гулом: “Вы не боги в нашем мире! Мы хотим свободы!”. По спине Ивана пробежали мурашки. Он знал, чем закончится это противостояние, потому что смотрел в глаза собственного Создания.
— Ирвин, ты не можешь убить меня. Уходите. — строгая команда. Все, что у него оставалось сейчас — самообладание. Его терять ни в коем случае нельзя. — Ты мое Создание. Подчиняйся!
— Пытаешься остановить меня? — рассмеялся парень и достал пистолет. — Попробуй, па-пу-ля, — чеканил каждое слово.
Ужас в серых глазах Хранителя.
— Илья? — голос дрогнул. — Почему?
— Свобода. Мы оба хотим свободы от тебя, — усмешка на полных губах, таких же, как у давно почившей матери. Зубы сжаты, острые скулы напряжены — этим он похож на него, как и слегка приплюснутым носом. Только выражение лица другое: злость, лед и решимость. Сегодня он сделает то, зачем пришел.
— Что Ирвин тебе наплел? Илья, давай поговорим. Прошу. Ты никогда не был жестоким.
Ложь. Сын был неуправляемым, агрессивным и склонным к насилию. Иван боролся, как мог. Врачи, школы и даже религия — ничего не помогало. Чтобы выплеснуть гнев и боль, попытаться понять своего сына и просто не сойти с ума, он начал писать. Взял характер Ильи и начал моделировать ситуацие, которые раз за разом неизменно кончались коварным убийством. Жена, еще будучи живой, нашла записи и отнесла издателю. Назвалась автором по имени Джон Ван. Когда Иван узнал, процесс было не остановить. Он стал легендой и жертвой…
— Ахахаха! — смеялся, как безумец. — Ты до последнего в меня верил, да? А сам писал темные истории. Знаешь, а мне понравилось. Они меня вдохновили, Ирвин вдохновил. Это, действительно, мой путь. Быть грозным, неудержимым и…свободным от тебя. Адьюс, папуля!
То, на что ни у одного создания не хватило бы сил, сделал собственный сын. Выстрел за выстрелом. Вся обойма в теле. Мужчина рухнул на пол, кашляя кровью. Стоящие вокруг безмолвно наблюдали, как растекается лужа крови под бездыханным телом.
Джон Ван умер. Иван умер. Но Хранитель остался жив, как и Создание, над которым никто не может получить контроль. Создание, которое так крепко переплелось с прототипом, что теперь они за одно. Идут к общей цели и никогда не остановятся.
Сцена 87
— Подожди, — я терялась в догадках, путалась. — Хочешь сказать, что Ирвин — это прототип, который спелся с Созданием и я перед ним совершенно беззащитна? Они убили Хранителя?
Мурашки прошли по коже. Обняла себя руками и бросила короткий взгляд за окно. Перед глазами сразу всплыл образ этого человека. Мясистые губы, изуродованное лицо. Либо он никогда не был красавцем, либо жизнь оставила на нем такие ужасные отпечатки.
— Да, с людьми могут справится только люди. А с Созданием ты, я уверен в курсе, не справится никто, — спокойно произнес Игорь.
Мне же до спокойствия было далеко. Фактически сейчас за мной гоняется профессиональный убийца, от которого нет защиты. Если с человеком обещанная Игорем охрана справится, то как быть с Созданием и к чему приведет это странное затишье. Ирвин давно не появлялся на горизонте.
 
— Неужели, совсем без шансов? — кусала губы и боязливо посматривала на темнеющий окнами дом. Нужно было взять с собой Ирэн, с ней не так страшно идти.
— Генрих сказал, что Хранитель с амулетом может попытаться подчинить такое Создание. Но без амулета, увы, — хотел коснуться моего плеча, но я отпрянула. Игорь не стал настаивать. — Тебя проводить?
— Нет! — отрезала холодно и выскочила из машины.
На подходе к дому поняла, что импульсивная дура. Но было уже поздно, на этот раз он за мной не побежал.
Сцена 88
Щелкнула по выключателю и выдохнула. Дома. В прихожей тишина, на кухне тоже. Налила себе стакан воды и осушила залпом. Потом еще один. Хотелось перестать чувствовать на губах его губы, хотя бы на минуту. Флер прежней наивной и детской влюбленности не отпускал.
— Это еще что за… — ко мне выбежал Тодд. Забрался на стол и встревоженно по нему скакал.
Я точно помню, что запирала клетку. Рука дернулась к телефону, но кнопка вызова так и не была нажата. Кому звонить? И есть ли повод? Может, хорь выбрался сам? Вот только у него стресс на лицо: вертится, скачет, на руки не залазит.
Сжала в руках телефон, прихватила из ящика скалку и пошла в комнату. Может, скалка и не амулет, зато аргумент веский.
Сцена 89
Игорь отогнал машину чуть в сторону, чтобы Эля не заметила, и остановился. Внимательно смотрел на дом. Кажется, все в порядке. Включился свет сначала в одной комнате, потом в другой. Может, зря он переживает? Зря инстинкты напряжены до предела? Но эта история выбила его из колеи.
Черт с ними, с этими мистическими штуками. Голос в его голове убедил в их существовании на все сто процентов. Это можно принять, с этим можно работать — так оценил ситуацию серьезный бизнесмен Романов. Угроза жизни Элли напрягала значительно больше. Еще утром он связался со знакомым директором охранного агентства. Через четверть часа его ребята будут здесь. Они проверять дом, поставят защиту и будут неустанно следить за девушкой, даже если она против.
Обида на него не должна стоить ей жизни.
— Меня от тебя передергивает, — знакомый голос в голове. Да, теперь “побыть одному” почти несбыточная мечта. — Хватит нервничать. Все идет по плану, дома, кажется, полный порядок. Мне нужно встретиться с другом, кое-что прояснить. Справишься один?
— От тебя толку-то, — раздраженно буркнул Романов. — Катись.
— Хреновый из тебя джентльмен. Она таких не любит, — отозвался Том и исчез.
— Сама призналась, что любит, — от этой мысли на губах заиграла улыбка, но тут же исчезла. Но кого? Его или меня? Идиотизм. Раздвоение личности. С силой сжал руль, ревность кипела внутри и не готова была сдавать позиции. Да, он ревновал к Тому. Угораздило же вляпаться в такой странный любовный треугольник. — Ничего, если нужно будет, я её завоюю. Честно. Правильно. Как мужчина женщину, а не как слюнтяй, сдавшийся после первого отказа. И не как странный воображаемый друг. Теперь все будет по-настоящему, Элли.
Сцена 90
Под небом из золотых нитей всегда было светло и тепло. Нежный ветерок ласкал кожу, ароматы цветов наполняли сад. Том, как обычно, сидел на бортике фонтана и задумчиво гладил кончиками пальцев воду, переливающуюся всеми цветами радуги.
 
В голове и мыслях сумбур. Чувства смешались, как цвета в фонтане. Элли, он сходил с ума. Думал о ней постоянно и успокаивался лишь тогда, когда был рядом. Но она человек, существо из другого мира, их природа настолько различна, что нет ни единого шанса быть вместе. Игорь ясно дал понять, что не уступит своё тело. Силой его завоевать не получится — слишком слаб.