Говорящая с книгами (СИ)
Говорящая с книгами
Татьяна Кошкина (Золотая Кошка)
Глава 1
Сцена 1
Я ненавижу комнаты с углами. Зачем только согласилась приехать в этот дом отдыха? Застряла в комнате, где целых четыре угла — три темных. Кто-то есть. Кто-то есть в одном из них. Кто он? Кто-то из книги со сказками или из забытого в коридоре детектива? Только не детектив, умоляю.
Вжалась спиной в холодную стену и притянула ноги к груди. Всё, что меня спасает сейчас — это блеклый свет ночника. Его хватает только на один угол, но я чувствую. Меня не обмануть. Ты здесь, копошишься к темноте. Скребешься, как мышь. Дышишь…
Движение. Мгновенно ловлю взглядом черную тень. Вон она. Угол. Прямо по диагонали. Сердце вздрагивает и сжимается. Надо крикнуть! Надо позвать Ирэн, но я не могу издать ни звука.
— Кто…кто ты? — шепчу так тихо, что даже самый чуткий слух не в состоянии уловить. Но меня слышат. Кто там? Кто в этой темноте?
— Твоя смерть!
Холодный блеск. Мужчина с перекошенным от злобы дряблым лицом ринулся на меня. В руках нож, в глазах безумие и гнев. Это конец. Эту ночь не пережить, на помощь никто не придет. Сжимаюсь в комок, понимая, что беззащитна перед убийцей. Все-таки они меня доконали, добились своего, свели с ума. Зажмурилась, чтобы не видеть приближающийся кошмар. Напряглась каждой мышцей тела, как будто могла что-то изменить.
— Нет! — тихий вскрик. Сильные руки сжали плечи. Теплое дыхание без запаха коснулось лица — это не человек.
Я удивленно открыла глаза. Вырванное у трагического сюжета мгновение. Короткая встреча с карим взглядом, слова с красиво очерченных губ:
— Жи-ви, — мой спаситель дрогнул всем телом. Скрипнул зубами от боли, получив в спину удар ножом, и стал прозрачным. Исчезал медленно и молча, глядя на меня с немым восхищением, как будто я святыня, за которую сумасшедший фанатик только что отдал жизнь. Вбирал в себя мельчайшие черты бледной маски, подаренной мне матерью-природой вместо лица.
Злобный смех несостоявшегося убийцы таял вместе с ним.
— Наивный идиот, — прошипел он и слился с темнотой. — Она все равно не справится…
Всё, как обычно. Они всегда исчезают стоит завершить главу. Видимо, сейчас она закончилась. Убийца нашел жертву.
— Аааа! — голос вернулся внезапно. Я кричала, как умалишенная: безумно, до боли в горле, глядя как с рук исчезают последние капли крови спасителя.
Сцена 2
Им давно не нужен был свет, чтобы чувствовать друг друга. Мир превратился в паутину: стоило одной нити дернуться, как на другом конце уже знали — он здесь. Пространство комнаты сейчас стало коконом, внутри которой лежала муха, которую давным давно пора было съесть. Они долго ждали, пока она будет готова и вот теперь…
— Всё получилось, — мелодичный женский голос.
— Наконец-то. Я почти потерял надежду, — низкий мужской, с нотками хрипотцы.
— Что дальше?
— Ждем. Теперь ход за ними. То, что произошло, привлечет внимание. Час назад я считал случившееся невозможным. Но этот псих разорвал границы, а значит, все взгляды будут обращены на неё. Если повезет, совсем скоро с ней свяжутся. Если нет, попробуем выбить под пытками. Слишком долго мы носимся с этой оборванкой и подкладываем ей книги. Возможно, её дар такой же бесконтрольный, как и у её отца.
— Что тогда будем делать? — женский голос звучал напряженно.
— Отдадим девчонку Ирвину, он давно мечтает выпустить кому-нибудь кишки…
Нити невидимой паутины дрогнули. Обладатель одного из голосов исчез, не оставив запаха.
Глава 2
Сцена 3
Дверь открылась, впустив в комнату яркий луч света. Ирэн ворвалась внутрь вместе с ним, также стремительно, как когда-то давно ворвалась в мою жизнь.
* * *— Моль!! Бледная поганка! — мальчишки громко смеялись и толкали хрупкую светловолосую девочку руками по кругу. Безвольная тонкая фигурка послушно перелетала от одного к другому, пока ноги не подкосились. Она упала на каменную крошку и. кажется, содрала колени.
— Пф, поганка! Говорить-то не умеет, а отец у неё сумасшедший! — крикнул один из их и пнул в её сторону немного пыли.
— Ага, бабушка говорила, его в дурдом забрали! — поддакнул еще один.
— Отстаньте! — звонкий голосок разнесся по школьному двору. — Гоша, Дима! Дураки! — остальных мальчиков она, видимо, не знала по имени, поэтому просто обвела грозным взглядом.
— Ира, да у нее даже бровей нет и чиканутая она! — тут же обиженно проворчал блондинистый Димка. — Сдалась она тебе, тьфу.
— А у тебя мозгов нет, давай я тебя тоже запинаю!
В центр круга вбежала полная противоположность сидящей в пыли бледной девчонки: темноволосая с длинной толстой косой до пояса, крепко сбитая с черными изогнутыми бровями и острым взглядом темно-карих глаз.
— Уходим, — одна спокойная фраза темноволосого Гоши заставила всю компанию обернуться и послушной пойти следом за своим предводителем.
Ира подбежала к сидящей в пыли девочке, взяла за руку и помогла подняться.
— Ой, как они тебя, — отряхнула клетчатую юбку от пыли, — надо к медсестре. Тебя ведь Эля зовут?
— Угу, — кивнула светловолосая, сдерживая слезы и едва заметно улыбнулась. — А ты Ира? Спасибо за помощь.
— Не за что, меня давно бесит, что все тебя донимают. Давай дружить и никто больше тебя не тронет! — протянула ей пухлую ладошку.
— Давай, — несмело пожала руку.
Так Ира, а после Ирэн, стала её первым и единственным другом. Самым дорогим человеком в мире, сестрой, которой у неё никогда не было.
* * *— Ты как? Снова приступ? — она сильными руками сжала плечи, дернула головой, откидывая назад свою неизменную тяжелую косу.
— Да, это было…хуже, чем обычно, — пролепетала я одними губами. — Не нужно было брать меня с собой, — слезы щекотали мои бледные щеки, сдержать из не было сил. — Я все испортила.
— Тебе нужно развеяться, а не безвылазно сидеть в комнате с Тотом, — нахмурила красивые черные брови, ярко контрастирующие с бледной кожей. Она была очень красивой, я иногда по-доброму завидовала этому. — Идем в холл, там светло. Я посижу с тобой. Заплету тебе волосы, — улыбнулась и провела пальцами по моим длинным светлым прядям. Легкая ночная коса, которую я заплела перед сном, распустилась и теперь они как попало рассыпались по плечам, спускаясь до талии.
Ирэн хорошо знала, что меня успокаивает.
Сцена 4
Теплые тона ярко-освещенного холла и насыщенный запах персикового масла, исходивший от подруги, помогли успокоиться. Я послушно опустилась на мягкий цвета топленого молока диван и подула на замерзшие ладони. Лето, а мне безумно холодно. Принялась разглядывать свои тонкие бледные пальцы, память дорисовала на них кровь. Такое чувство, что она так и не исчезла. Захотелось помыть руки. Срочно. Как можно быстрее её смыть.
— Ир, сбегаю в ванную на минуточку, — улыбнулась подруге. — Все уже в порядке, не переживай.
— Хорошо, я пока возьму расческу. Встречаемся здесь через три минуты, не опаздывай, — жизнерадостно рассмеялась подруга и убежала в свой номер.
Пришлось вернуться в номер. Прежде чем войти, врубила свет в комнате на полную. Ожидаемо, там уже никого не было. Прошлась по периметру, заглянула на полки — никаких книг. В детективах обычно гадают, кто убийца. Я же задаю другой вопрос: “Откуда он взялся?”. И не могу найти ответ.
Дважды помыла руки с мылом, для верности понюхала. Приятный запах лесных ягод заставил улыбнуться и облегченно вздохнуть. Теперь все в порядке. Посмотрена на свое бледное отражение в зеркале, да, красавицей меня точно никто не назовет. Эхом в голове пронеслись слова из далекого детства: “моль”, “бледная поганка”. Кто виноват в том, что я такой уродилась? Не альбинос, но близка к этому. Голубые глаза, светлые ресницы, бледная кожа и едва заметные на лице тонкие брови. Волосы мне всегда нравились: необычного цвета, почти седые. Длинные и блестящие, в детстве они часто нелепо торчали, но с возрастом потяжелели и стали лежать красивыми волнами. Хотя, есть вариант, что я просто слишком часто их расчесываю — это не дает лишний раз спутаться.