Мера зверь (СИ)

Обоз медленно двигался по извилистой лесной дороге. Огромные ели и сосны возвышались с двух сторон на песочных пригорках, солнце заметно припекало, и, как назло, вокруг был полный штиль. Ни ветерка.
Я как-то услышал плеск воды, и думал, что мне показалось. Но Секай подтвердил, что за деревьями действительно течет река, которая будет сопровождать нас по всей границе Желтого Приората. Та самая река, которую я видел возле Ящериц.
Оказалось, что на повороте в степи нас будет ждать болотистая местность. И эти болота тоже были необычными.
— Болото Правды, — кивнул монгол, — Там молодые Соколы, получившие вторую степень, проходят посвящение.
Я даже не стал спрашивать, что это значит. Потому что уже встречался с подобными местами.
— Река туда впадает?
Монгол нахмурился:
— Ну что за глупость? Просто разливается, и топит низины. А Слеза Каэля может сильно разлиться.
— Что? — переспросил я, подумав, что мне почудилось.
Каэль — это ведь то самое небесное царство, откуда родом Халиэль Огненная Плеть. И откуда ее почему-то свергли.
— Ты, нулячий сын, глухой, что ли? — нахмурился Секай, — Река так называется.
— И глухой, и слепой, — проворчал Дидрич, — Нуль ему в глотку!
Купец уже битый час ворчал, какой я дармоед, и как я вывожу его из себя своим постоянным присутствием.
— Просто я слышал, что это не простое название, — осторожно сказал я.
Купец обернулся и недовольно поморщился.
— Все названия имеют историю.
Монгол рядом кивнул:
— Да, и Слеза Каэля тоже.
Дидрич выразительно оглянулся на него, и Секай, развернув лошадь, подстегнул ее пятками и опять унесся в объезд каравана. Я усмехнулся — ему платили за сохранность груза.
Сунув руку в свой поясной кошель, я вытащил позвякивающие монетки. На руке лежали два поблескивающих серебром дена, и еще один был разменян на двенадцать ассов. Дены представляли собой сплав обычного железа и сильверита, в безопасных для зверей дозах. А вот ассы, насколько я понял, это была бронза. Значит, все-таки в Инфериоре освоена металлургия.
Сжав в руке мою плату за сегодня, я в который раз скользнул взглядом по своему сектору — глаза пробежали по верхушкам елей, попытались заглянуть в лесную тень. Я не забыл оглянуться на недовольного Матса, который ехал чуть позади, и посмотрел вперед, на молодого Сокола.
Силуэт Шоны покачивался в пятидесяти шагах впереди — тот спокойно ехал и старательно крутил головой. На спине колчан со стрелами, в руках лук. Мне приходилось отгонять мысли о том, что Сокол напоминает мне Рычка.
Помня о том, что парень чует настроение зверей, я приказал ему прислушиваться к мыслям всей лесной живности вдоль дороги.
Кто, как не животные, лучше всего знают о засаде?
Тем более, кто бы не ждал караван на лесной дороге, первый взгляд упадет именно на Шону. И я ему сразу намекнул — даже если на него взглянет безобидный жучок, сразу надо останавливать караван.
Мне оставалось надеяться, что парень все понял.
Я обернулся, снова взглянув на мрачного Матса, воткнувшего взгляд в землю. Тот ехал за две повозки позади меня, с другой стороны каравана. Поймав мой взгляд, он принялся старательно оглядывать свой сектор. Я усмехнулся — по плану, он немного разгружал меня, чтобы мне не приходилось крутить головой на триста шестьдесят градусов.
Поэтому я и поставил его там, но подальше от обозных друзей. Вот он и дулся, ехал с поникшей головой. Надо будет ему выговорить за это.
Легче всего было бы их обоих поставить на разведку впереди, но я боялся, что они будут болтать с Шоной.
Сам я время от времени баловался со своим новым сканером — смесь чувства земли и огня. Сначала казалось, что это очень круто. Но палящее солнце быстро раскрыло мне недостатки нового зрения. В этой жаре нагретые дорога и повозки казались намного горячее зверей вокруг.
— Ты хоть знаешь, почему я тебя нанял? — неожиданно спросил Дидрич.
Я удивленно посмотрел на купца.
— Нет, — я покачал головой, а потом добавил, — А мне оно надо?
Любой телохранитель знает, что сильно сближаться с «клиентом» нельзя. Это мешает работе.
 
— А мне до нуля, что тебе там надо, — огрызнулся купец, но сменил тему, — Скоро доедем до Соколов, и я, наконец, отдохну от твоей потной вонючей рожи.
— Так я и там от вас ни на шаг, мастер, — сказал я, и пожал плечами.
Дидрич обернулся и просверлил меня взглядом.
— Да как ты смеешь, звериная твоя глотка?
— Так выгоняй, — спокойно ответил я, — А если нет, то не мешай работать.
Купец хлопнул себя по лбу.
— Да за что мне это?
Я промолчал.
— Нашего господина там ждет прекрасная зазноба, — заговорщицки прошептал Секай.
В этот раз я почувствовал его приближение заранее — все-таки потихоньку раскрывался «дар велария», как его тут называли. А как по мне, это была просто обычная внимательность.
— Да ладно? — я с интересом обернулся.
— Секай, еще хоть слово, — процедил сквозь зубы купец, протянув руку к рукояти меча, — И мне придется искать нового начальника охраны.
Монгол криво усмехнулся, но кивнул мне, подтверждая свои слова. И преданно ощерился своей наглой улыбкой, поймав взгляд Дидрича.
— Я молчу, господин Дидрич.
— Вот и молчи, нуль тебе в меру. А то в твоей же деревне и схороним в усыпальнице, на радость предкам, — сказал Дидрич, счастливо заулыбавшись своей же шутке, — Да и начальника там нового найду. Они из Соколов получаются очень хорошие.
— Это великая похвала для меня, мой господин, — Секай не остался в долгу, и церемонно склонил голову.
Дидрич резко перестал улыбаться — получилось, он сам же и похвалил наглого монгола.
— Да чтоб тебя, — он потряс головой, — Нуль тебе в глотку, Секай, а ну пошел в обход!
Секай, подмигнув мне, унесся вдоль каравана назад.
Я был благодарен начальнику охраны. Если у Дидрича в деревне находится его дама сердца, то телохранитель обязан об этом знать. Если бы я был злодеем, обязательно бы рассматривал вариант засады в том месте, где купец точно появится.
Через пару минут я, естественно, отлучился, чтобы поговорить с Матсом. Уж этот веселый зверь должен быть в курсе таких вещей.
— Зазноба, ха! — чуть не гаркнул Хорек, но прикрыл себе рот, — Ну да, Дидрич все добивается ее сердца. Влюбился купец в зверицу по уши, одаривает, охаживает, но та непреклонна.
— В смысле?
— Ну, он же человек. А она зверь.
Матс сказал это, будто прописную истину. Явно есть какие-то сложности в отношениях между этими мерами, но мой дальнейший вопрос мог подорвать мой наметившийся авторитет. Хорек бы попросту не понял, как такого можно не знать.
— Ясно, Матс, спасибо.
Хорек кивнул, но опять скосил глаза вниз. Я тоже глянул под копыта лошади.
— Что ты все вниз смотришь, Матс? — спросил я, — Как не оглянусь, так…
— Белый, да это, наверное, мелочь…
У меня кольнуло чувство тревоги. Да твою-то мать, достались же помощнички. Я все это время боялся, что это Шона постесняется сказать…
А тут Матс, зверье пустое, что-то увидел, и промолчал.
— Говори сейчас же, твою-то мать.
— Тут следы, только вот немного затерты, — Матс поправил шапку, — Я вот и думал, может, показалось.
В этот момент раздался четкий долгий свист Шоны — наш сигнал опасности.
  
Глава 9. Нападение
 
— За мной, — скомандовал я Матсу и пустил лошадь в галоп, — Щит возьми!
Возле Дидрича я был всего через пару секунд, и сразу поставил коня впереди. Секай уже был тут как тут, а Матс пристроился чуть позади купца.
Шона скакал к нам, указывая пальцем назад. Его круглые глаза заставили Секая поднять руку, подавая сигнал. От обоза к нам потянулись охранники.
 
— Что там?
— Сильное… фух… животное!
Секай нахмурился.
— Ну, какое еще сильное животное?
— Очень сильное! — Шона покачал головой, — Чуть мозги не сожгло.