Моя. Чужая. Истинная (СИ)

— На роды Аврелий не успел, и Керука при рождении не увидел. Не успела проясниться погода, как Райдзен увез младенца из стаи, взяв с меня слово молчать о его белой масти.
— Смерть Аврелия как-то связана с этим? — спросила, припоминая слухи, что Керука привезли жить в стаю незадолго до моего появления.
— Меньше знаешь, крепче спишь, хорошая фраза, правда? Но мне нравится другая. Меньше знаешь, дольше живешь, — горько усмехнулась повитуха, прикрывая глаза ладонью.
— Когда Аврелий увидел Керука, еще два месяца ходил сам не свой, а после поехал в Совет Права, желая, чтобы они связались с Длань Аркту, советом вербэров. Но его перехватил старейшина Утер, и они отправились на охоту, с которой мой отец живым не вернулся.
— Старейшина Утер? — переспросила хриплым тоном и вскочила с места.
Руки мои подрагивали, а колени тряслись, но я была так взбудоражена словоохотливостью Марты, что ни на что не обращала внимания.
— Да. Ты уже догадалась?
Ее глаза блеснули режущей сталью, а ладони сжались в кулаки.
— О чем? — спросила, обхватывая себя руками за плечи.
— Значит, не догадалась, — наклонила голову набок повитуха.
— Почему вы сказали, что Керук умрет? Это всё из-за старейшины Утера? Он убьет его так же, как Аврелия? Свайн сказал, что он прибыл вечером. Второй звук валторны…
Даже не успела договорить, увидела лишь, какой тревогой наполнились глаза Марты, и она, вручив мне корзину, как могла, понеслась обратно в сторону нашей стаи.
Мне не оставалось ничего другого, как схватить обе наши поклажи и поторопиться следом, чтобы не потерять ее из виду. У меня было так много вопросов, но она не спешила отвечать даже на уже озвученные.
— Так вы расскажете, почему волосы сгорели? — крикнула ей вслед, едва поспевая за ее торопливым спуском, надеясь, что хотя бы на этот получу долгожданный ответ.
— Только волосы потомков медвежьих богов горят в живой воде, — донесся до меня ее шепот, который показался мне весьма громогласным в гнетущей тишине.
Едва не споткнулась, от потрясения не заметив торчащие из-под земли корни, но в этот момент сзади раздался леденящий душу вой. Незнакомый и пугающий. Так что мы обе ускорились, желая поскорее попасть домой. И мне уже было совершенно не до догадок и домыслов.
  
Глава 18
 
Айвен
Старейшины, судя по их запаху, пропитанному страхом и негодованием, ничего про ритуалы Титуса и Райдзена не знали, но я продолжал злиться на них за их беспечность и невнимательность.
Они привыкли жить по старым понятиям, доверяя власти, а теперь мы имеем то, что имеем. Тела старейшин сожжены, и возможности изучить ткани на предмет отравлений или физических воздействий больше нет. Придется стиснуть челюсти и принять их смерти за несчастные случаи.
— В Совет ваши запросы не поступали, кому именно или через кого вы передавали информацию? — задал главный вопрос, который интересовал меня сейчас больше остальных.
Эгиль нахмурился и переглянулся с двумя другими соратниками. Те выглядели напряженными и молчали, передавая слово главному.
— Мы всегда имели контакт со старейшиной Утером. Письма адресовали только ему.
Услышав ответ, облегченно выдохнул. Вот почему он послал меня в эту стаю, видимо, знал, что здесь происходит и не хотел огласки.
— Подготовьте все записи за последние девятнадцать-двадцать лет. Кто, когда родился, от кого, странности в поведении как молодняка, так и взрослых, хочу видеть также ваши личные заметки. Вы меня поняли? — нахмурился, желая поскорее расквитаться с этой гнилой стаей и, наконец, увезти свою масойю подальше, под защиту собственного дома.
— Не раньше следующего вечера, нагваль. Нас всего трое, и двадцать лет — довольно широкий промежуток для охвата, — качнул головой Эгиль, в то время как Лютер молчал, хотя всем видом демонстрировал собственное недовольство.
Зверь внутри меня рыкнул, желая, чтобы самец сорвался и перешел границы, позволив мне выпустить пар и слегка покалечить его, но, как назло, он держал себя в руках. Понимал последствия своего дурного нрава. Инстинкт самосохранения в нем, к сожалению, был всё же силен.
 
Наказав подготовить всё должным образом, двинулся наружу — необходимо посетить встречу Титуса и кицунэ. Тревога в груди всё больше закручивалась, но сколько бы я ни оглядывал пространство, никак не мог понять источника неприятностей.
Тряхнул головой, прогоняя флер беспокойства, вдохнул витающий в воздухе аромат сирени, улыбнулся и трусцой побежал в сторону дома альфы. После разговора загляну к истинной и заглажу вину за свое долгое отсутствие.
В голове вдруг некстати всплыли обязательства, которые взял на себя перед своим отъездом, и чертыхнулся. Тогда договорной брак казался мне отличным вариантом скрасить свое одиночество, а теперь я не понимал, как мог предполагать, что смогу довольствоваться суррогатом.
Теперь, повстречав долгожданную масойю, желал только ее. Уже не представлял себя без нее и ее божественного аромата, который, казалось, внедрился мне уже под кожу и занял всё пространство легких.
— Моя! Наша! — прорычали мы со зверем одновременно и ощерились.
Желание разорвать молодого Кирана никуда не делось, но пока я держал себя в узде. Ненадолго.
В доме альфы оказалось довольно тихо — никакой ругани и драки. Даже поскучнел, подходя ко входу и не найдя, на чем сорвать злость, чтобы выплеснуть скопившийся в избытке тестостерон.
— Не вижу смысла обсуждать всё это по второму кругу, — первым услышал усталый, но насмешливый голос Даичи, который доносился с приоткрытого окна. — Всё упирается каждый раз в золото.
— Ваши отходы… — вдруг зарычал Райдзен, следом по полу заскрежетали ножки стула.
Видимо, он резко встал, агрессивно бычась и собираясь пустить в ход кулаки, но у Титуса выдержки было больше, и он осадил своего подчиненного одной фразой, подкрепленной ощутимым толчком силы.
— Успокойся, Райдзен, и сядь.
Охрана пропустила меня в дом без проблем, и я возник на пороге кабинета аккурат в тот момент, когда спина альфы с силой уперлась в стул, отчего раздался треск сломанной древесины. Плотнику вскоре придется поработать, чтобы восстановить мебель в домах стаи.
— Необходимо созвать Сейм-Тен-О и Совет Права в полном составе, раз вы не можете придти к консенсусу, — высказал единственно верное решение, зная, что оно неприемлимо для этой стаи в ближайшие несколько дней.
— Зачем же так радикально, — холодно улыбнулся Первый Лорд. — Я представляю в данной ситуации Совет Права, а господин Даичи прибыл не просто как глава Волуарского логова, но и как представитель Сейм-Тен-О. Вы, наверное, привыкли решать всё кулаками, нагваль Айвен, оттого настолько нетерпеливы, но переговоры в реальности всегда бывают такие долгие и изнурительные, так что в полном сборе нет необходимости.
Ухмыльнулся, хрустя костяшками пальцев, намекая, что не прочь пустить упомянутые кулаки в дело, но Титус на провокации не велся, был слишком хитрым даже для кицунэ, что уж говорить о волколаках. Знал, когда лучше отступить и промолчать, а когда можно напасть, втыкая в соперника невидимые словесные штыки.
В этот момент я ощутил приближение беты стаи. Свайна, если не ошибаюсь. Войдя в дом, он замедлился при виде меня, а когда поравнялся, напряженно протиснулся мимо, поскольку двигаться, пропуская его, я не собирался, продолжая стоять, загораживая проем.
— Прибыл старейшина Утер, — наклонил голову набок и уведомил всех присутствующих, но обращался при этом только к альфе, как и положено бете.
Напрягся и нахмурился, не понимая, что происходит. Он не предупреждал меня о своем приезде, но, несмотря на тревогу, я постарался расслабиться. Старейшина на нашей стороне и наверняка привел с собой подмогу, о которой я просил.
— Один? — спросил Титус, вздергивая бровь.
Свайн еле заметно качнул головой, а я переглянулся с Акайо. Еле сдержал улыбку в ожидании прихода одного из братьев. Утер был одной со мной крови, нагвалем, хоть и младше на добрую сотню лет, но именно с ним я ладил больше, чем с другими. И его поддержка сейчас была как нельзя кстати.