Астория и Ко (СИ)

Гопкинс поперхнулся и подхватив стакан с водой — махом допил остатки, после чего с надрывом продолжил.
— И в этой особенности туманников кроется их слабость! Они всегда предпочитали для открытия огня фактически прямой визуальный контакт, чуть ли не в упор. Поэтому многие эксперты сейчас считают, что мы должны вернуться к строительству мощных бронированных линейных кораблей, вооружённых самой современной артиллерией и не боящихся сходиться с туманниками в бою напрямую, как мужественные рыцари средневековья против тупого «мужичья», к чему не приспособлены «бесполезные ракетные картонки»...
Шокированный этим, озвучиваемым самым серьёзным тоном, бредом, Сэм, оглянулся на пребывающую в экстазе, судя по её виду, Раду. Та, похоже, в своих мыслях, уже выходила в одиночку против всех этих бронированных динозавров и топила... топила... топила... Блин, даже ему было понятно, что такие корабли будут не более чем мишенями для любого корабля Тумана. Этот кретин (тут он был полностью согласен с мнением Рады) как будто забыл, что ракеты, причём гораздо более быстрые и мощные, чем есть в распоряжении людей, у туманников тоже имеются. И системы защитных полей, являющиеся идеальной альтернативой любой, даже самой лучшей и толстой брони. И что в разгроме человеческих флотов участие, в основном, принимали только лёгкие силы туманного флота и, даже сейчас, полная боевая мощь корабля Тумана была точно никем не изучена.
С того момента, как в его доме поселились туманницы, в беседах с ними, неоднократно (в основном от Рады, как самой болтливой), проскакивало пренебрежение военной мощью людей. И это было вполне справедливо - ведь когда Рада и Никки уничтожали береговые посты, то все защитные системы и районные береговые ракетные батареи оказались полностью бесполезны. А это были всего-навсего два эсминца, о которые обломала зубы вся местная оборона.
— Сэр! — он, встав, невежливо перебил продолжающего ораторствовать Гопкинса. — Позвольте с вами не согласиться. Всё, что вы тут говорите - для флота Тумана не более, чем пустое сотрясение воздуха. И все эти ваши разлюбезные линкоры, которые вы тут так пропагандируете, станут всего лишь общей могилой для всего экипажа. Все те, кто многие года живут на побережье, знают, что если не хотите схлопотать летальных неприятностей, то не стоит грозить Нептуну. Все наши военные и технические достижения нам никак не помогли против атаки всего-навсего ДВУХ эсминцев Туманного флота. И в резерве у них был ещё и лёгкий крейсер, ведь обычно их патруль состоит из трёх единиц, и, возможно, был и ещё кто-то.
— Вот! Вот об этом я и говорил! Пораженческие настроения!!! Вы уже даже в мыслях готовы капитулировать и не способны к сопротивлению! Но на ваше счастье, есть такие, как я — не боящиеся стоящих перед ними вызовов! И мы добьёмся победы — любой ценой! Невзирая на мнение трусов и пораженцев.
Сэм только скрипнул зубами. Ну точно самовлюблённый идиот-нарцисс. Подумав секунду, он потянулся к подмышечной кобуре. Заметив его жест, присутствующая охрана заметно напряглась, но Сэм, преувеличенно медленно достал пистолет, и повернув его рукоятью вперёд, протянул его выступающему.
— Это всё пустые слова. Не боитесь Тумана? Считаете всех присутствующих трусами и паникёрами? Ну так докажите. Возьмите пистолет, и давайте все вместе поедем на побережье (Рада удивлённо и заинтересовано посмотрела на Сэма), я думаю, очень скоро мы увидим вблизи один из этих эсминцев (Фрэнк, продолжавший наблюдать за предположительной туманницей, заметил, как та буквально расцвела и закивала), и у вас будет возможность доказать, что у вас из стали — язык или яйца.
— Дешёвка, — презрительно скривился выступавший. — Если вы считаете меня таким кретином, который поведётся на такой развод, то вы глубоко заблуждаетесь. Я не говорил, что туманники безобидные овечки. Я утверждал, что они не являются неуязвимыми, и у меня есть этому доказательства... Позвольте представить вам моего личного гостя — давнего друга моего отца, бывшего первого вахтенного офицера одной из наших подводных лодок во времена первых контактов с Туманом, который лично принимал участие в боях с ними (на сцену поднялся крепкий мужчина в форме морского офицера возрастом за пятьдесят с хвостиком, к которому навстречу двинулся выступающий). Сэр Сэмюэль Кларк — коммандер ВМС США в отставке!
 
— Спасибо, спасибо, мой мальчик, за представление, — мужчина дружески похлопал встречающего его Максимильяна по плечу и упругим шагом подошёл к трибуне с микрофонами.
— Кха-кха, — он откашлялся и постучал по микрофону. — Всем присутствующим добрый день! Меня уже представил этот очень перспективный молодой человек, которого я знаю с детства. Я только немного дополню, и не считайте это хвастовством. Я имел честь состоять в экипаже, уже тогда, достаточно старой субмарины «Jimmy Carter» класса «Seawolf» которая, одна из немногих, выжила в боях с туманниками и сейчас находится на консервации до лучших времён на одной из наших баз. А вот это, — он похлопал по своей груди, на которой висело несколько наград, — Военно-морской крест, полученный всем нашим экипажем за потопление эсминца Туманного флота. Так что, молодой человек, — он сфокусировался на продолжавшем стоять Сэме, — их можно и нужно топить. Доказано нами...
«Немедленно уступи мне контроль над аватарой», — услышал Сэм в коммуникаторе ледяной голос Никки, — «Я эту тварь прям тут и порву».
 Глава 31. 
***Пункт видеонаблюдения ЦБО. Вечер того же дня.***
— Что у нас тут за ЧП?
Фрэнк Спрюэнс ворвался в пункт контроля и видеонаблюдения, куда его очень срочно вызвала дежурная смена.
— Сэр, я не знаю как сказать… но, похоже, один из гостей — коммандер Кларк - покончил жизнь самоубийством.
— Чего? — не поверил своим ушам Фрэнк. — Каким ещё, нахрен, самоубийством? Вы что, совсем крышей поехали, так шутить?!
— Сэр, — обиженно протянул оператор, — если человек сам, сознательно шагает в шахту лифта, то это однозначно самоубийство. Ну, или очень несчастный случай, — добавил он еле слышно в сторону.
— Какая шахта? Что тут вообще происходит?! Доложить нормально!
— Есть, доложить нормально, сэр! Десять минут назад, один из гостей, идентифицированный системой распознавания лиц, как коммандер Самюэль Кларк, судя по всему, решил воспользоваться лифтом, чтобы спуститься на подземную парковку. Но, по невыясненной пока причине, лифт остановился этажом выше, и мистер Кларк шагнул в пустую шахту. Высота была всего-навсего около восьми-десяти метров, но на полу шахты оказались кем-то оставленные вертикальные металлические штыри, и его нанизало как бабочку.
— Видео! Живо!
Оператор послушно вывел на главный экран записанное видео с коридорной камеры наблюдения: на ней было хорошо видно, как мистер Кларк, беседуя с одним из гостей, подходит к лифтовой шахте и нажимает кнопку вызова, продолжая вести непринуждённую беседу. В этот момент у его собеседника звонит телефон, но, судя по характерному поведению, у него проблемы со слышимостью и он отходит на несколько метров в сторону, к окну, оставляя коммандера одного. Далее, похоже, открывается лифт (с камеры этот момент не виден) и мистер Кларк машет рукой, подзывая собеседника, но в ответ получает лишь жест, который можно трактовать как: мол, «езжай сам, не видишь — разговариваю». Мужчина пожимает плечами, стучит пальцем по наручным часам, и делая шаг вперёд — проваливается внутрь шахты. У оставшегося свидетеля, в прямом смысле этого слова отвисает челюсть и выпадает из рук телефон. После нескольких секунд ступора, тот бросается к лифту… очень осторожно заглядывает вниз и отшатнувшись, начинает блевать. Запись заканчивается.
— Видели, сэр, — обиженно указывает оператор. — Мистер Кларк, несколько раз за время разговора смотрел в сторону лифта и не мог не видеть, что кабины нет, а, следовательно, его решение шагнуть можно трактовать, как самоубийство.
— Кретин! — рявкнул Фрэнк. — Если лифт не приехал на этаж, то как двери открылись, если это технически должно быть невозможно? Или я слепой и не заметил, как он двери выбивал?