Астория и Ко (СИ)
— Вот чёрт! — услышала Астория возглас мужчины и подняв глаза увидела как тот засунул палец в рот.
— Что-то случилось? — поинтересовалась она.
— Да, нож соскочил. Порезался немного. Хорошо хоть, неглубоко, — человек зашарил свободной рукой в ящике тумбочки.
— Да где же они… Ага, вот где! — и вытащил упаковку с надписью «Антибактериальный пластырь», из которой вытащил одну полоску, видимо, того самого пластыря, которым и залепил ранку на пальце.
Порезался? У человека настолько плохая координация движений, что он сам себе наносит повреждения? Но, может, всё не так уж плохо, и это была простая случайность, ведь сумел он дожить как-то до текущего возраста. И вот что ей сейчас делать? Астория запустила алгоритм для просчёта рекомендаций, и тот с большой вероятностью предположил, что необходимо оказать помощь пострадавшему. Но помощь ведь уже оказана, пробоина в кожном покрове закрыта этим самым пластырем, утечка жидкости заблокирована. Пришлось задать соответствующие уточнения. Теперь рекомендация получилась более конкретной — оказать помощь в деле, где была получена травма…
— Разрешите... — Астория, поднявшись со стула и бесшумно ступая, подошла сзади к мужчине.
Услышав позади себя заданный тихим и безразличным тоном вопрос, Сэм чуть не подпрыгнул, ведь он абсолютно не ощутил, как девушка встала со стула и подошла к нему. Непроизвольно покрывшись испариной, он обернулся и наткнулся на несколько отстранённый взгляд красноватых глаз «незваной» пришелицы. До сего момента цвет её глаз как-то проходил мимо его внимания — то девушка была в тени, то он отвлекался на другие вещи. А теперь… Белые волосы, практически белая, матовая кожа, уже ставшая привычной, лёгкая малоподвижная полуулыбка и композиция милой девочки-маньяка окончательно была дополнена её же красными глазами.
— Что? — только и смог он просипеть.
— Помочь разрешите? — Астория плавным движением подхватила со стола лежащий там, со слегка окровавленным кончиком лезвия, нож.
А вот теперь картина стала точно завершённой: милая, красноглазая девочка-демон с доброжелательно-неподвижным лицом куклы и окровавленным ножом в руке. По классике жанра, далее должна была следовать сцена в стиле «будни мясоразделочного цеха». Но реальность оказалось более жестока… она окончилась рутиной.
Видимо, не сочтя его привлекательным для разделки на органы, Астория попросту отодвинула мужчину в сторону и обратила своё внимание на лежащий на разделочной доске, уже частично порезанный Сэмом, кусок ветчины и, пока ещё целый кусочек сыра.
— Я правильно понимаю, это надо порезать на ломтики? И какая толщина должна быть, по стандарту, у отрезанных частей? — спросила она не оборачиваясь, одновременно вытирая полотенцем нож, копируя действия самого Сэма перед началом нарезки.
Сэм отступив на пару шагов, плюхнулся на стул. Какая маньячка? Что за бред ему в голову лезет? Ведь абсолютно же мирная картина: молодая девушка занимается готовкой. Ну, а внешний вид… Разве, кроме неё, нет на свете альбиносов - что же, теперь их тоже всех в маньяки записывать? Но… он помотал головой. Ему ведь нечего же опасаться? Но тогда почему при столкновении их взглядов, он каждый раз ощущает себя бабочкой в руках энтомолога, который решает вопрос: в коллекцию или пусть живёт. И ещё это ощущение холодного внимания в спину... Ой, она же ждёт ответа… Что там она спросила?
— Толщины по стандарту? — вопрос Астории привёл его в некоторое замешательство. — Ну как бы единого стандарта нет, но высшим шиком считается, что чем тоньше тем лучше.
— Принято... — как-то механически ответила девушка и, поднеся лезвие ножа к глазам, начала его внимательно изучать.
И вот как люди могут жить со своими неточными определениями. Чем тоньше, это как? Миллиметр, полмиллиметра, микрон? Судя по отвратительной заточке лезвия ножа, тут и миллиметр будет за удачу. Она попробовала сделать пробный надрез…, но с таким режущим лезвием он, ожидаемо, получился отвратительно кривым. Расхождение в толщине местами доходило до ста микрон. Хм.
«Асти! А если обернуть лезвие полем Клейна? Тогда толщина и качество режущей плоскости не будет иметь никакого значения» — влезла Никки со своим рацпредложением.
«Не подходит. Предположительно, тогда будет нарушена наша маскировка. Поле Клейна, при взаимодействии с материальным объектом, будет выдавать отчётливое электромагнитное излучение в оптическом диапазоне, которое смогут зафиксировать глаза человека. Предлагаю сформировать собственный режущий инструмент нужного качества. Я в ТС смотрела - у людей есть понятие ручного оружия для скрытого ношения. По этой классификации, режущий инструмент типа «нож» относится к подвиду «холодного» оружия, что вызовет гораздо меньше подозрений, чем внезапно засветившееся лезвие обычного ножа», — Рада как всегда была готова оспорить мнение Никки.
Послушав ещё некоторое время перебранку пары извечных спорщиц, Астория приняла собственное решение:
— Не стоит придавать этому больше внимания, чем следует. Режем тем инструментом который есть, ведь если он в таком состоянии, значит человека это качество устраивало. А если он попробует предъявить претензии, то в следующий раз будет делать всё сам.
Сканирующий импульс на ветчину… Построение модели внутренних структур волокон… Оценка погрешности с учётом дефектов лезвия ножа… Построение модели разделки мяса и сыра в соответствии с полученными данными… Построение кинематики движения… Выполнять.
Девушка на пару мгновений замерла, сделала, видимо пробный, надрез, и… нож замелькал в воздухе, пластуя несчастный кусок ветчины на ломтики. И всё это лишь при тихом шелесте одежды и лёгком гуле города, доносившегося из-за закрытого окна. Нож ни разу не коснулся разделочной доски, издав тем самым, предательский, гулкий стук.
Сэм, в лёгком обалдении, дождался окончания процесса шинкования и, привстав, подошёл посмотреть поближе. Ветчина была порезана, на его взгляд, просто идеально, как будто автоматическим слайсером. Сбоку раздался шорох одежды. Он оглянулся и увидел непонятно чем раздражённую девушку.
— Качество нарезки сойдёт? Претензии? — поинтересовалась та неожиданно недовольным тоном.
— Ты чего? Какие претензии? Всё просто идеально. Я бы в жизни так не смог, — он, не кривя душой, поспешил похвалить её. — Большое спасибо за помощь. Но ты присаживайся, не стой, а то мне неудобно, что гостья для себя же и готовит. Дальше я уже сам справлюсь. Подожди ещё пару минут. Хорошо?
«Ну вот, Асти, а ты волновалась. Он эти микронные расхождения с расчётами, даже и не заметил. Бискайн же передавала нам данные по возможностям сенсорных систем людей, там всё так плохо, что он бы и миллиметровые расхождения без измерительного инструмента не смог бы, скорее всего, обнаружить».
Усевшись обратно за стол, Астория сцепила пальцы рук в замок, принявшись пассивно ожидать окончания подготовки к бессмысленному для неё процессу под названием «вечернее чаепитие». К чести мужчины, долго он не возился: быстро порезав сыр (ужасно криво и неровно), разлил кипяток с заваркой чая по чашкам на блюдечках, сыпанул туда сахара и всё подготовленное сноровисто расставил по столу.
— Ну вот, всё готово. Угощайся. Извини за задержку... — он слегка помахал рукой с пострадавшим пальцем.
Не отвечая, Астория осторожно приподняла полагающуюся ей чашку за боковую ручку и поднесла к себе. Оценила содержимое, температура была на десять градусов ниже точки кипения, а это могло быть уже опасно для кожных покровов людей и, бросив быстрый взгляд на Сэма, уточнила:
— Горячий.
— Не любишь горячий? — человек подул в свою чашку и с явным удовольствием отхлебнул глоток. — Тогда чуть подожди, пока остынет. Мне просто тёплый не нравится, вкус тогда не тот совсем. На мой взгляд, чай надо пить или очень горячий, или холодный. Хотя, вкусы у всех разные, может, тебе как раз тёплый больше нравится?
— Да нет. Всё нормально! — торопливо ответила Астория. Не хватало ещё, чтобы человек подумал, что она боится, когда сам он пьёт без опаски.