Выживший: Первое поселение

– Не будь пессимистом, Бавлер, – бравурно ответил мне Конральд. Не все так плохо, как ты думаешь. Даже если мы не найдем ее там, я уверен, мы найдем следы. А следы приведут нас к ней в любом случае. В какую бы сторону она ни отправилась. Но мне кажется, что мы найдем ее именно там. Или очередную подсказку.
– Как скажешь, – озадачился я. – Аврон! – крикнул я друга, который немного ушел вперед. – А у этих деревень есть названия? – но он меня не расслышал, поэтому пришлось догонять и повторять вопрос. Конральд от реплики воздержался.
– Есть, – отозвался Аврон. – Мы сейчас идем в Нички, а вышли из Бережка.
– Нички и Бережок, – повторил я. – Смешные названия. С Бережком все понятно, а почему Нички?
– Потому что там ныкаются, – фыркнул Конральд, догнав нас обоих. – До нашей деревни редко, но доходят враги. До Ничков доходят реже, поэтому туда сбегают прятаться. Чтобы не убили. Иногда еще и имущество пытаются спрятать. Ну, и с другой стороны тоже так делают, когда проходят по деревням, что ближе к цивилизации.
– То есть, Нички побольше будут?
– Гораздо больше, – уверил меня Конральд. – Бережок – это просто жопа мира, если тебе важно знать мое мнение. Просто потому, что это край. И чаще Нируда разливается, чем сюда солдаты приходят. Но все же земля дает урожай, потому люди и живут. Хоть и немногие. Что мне очень нравится, между прочим. Не люблю толпу.
– А мне Нички тоже не очень нравятся, – пробубнил себе под нос Аврон. Кажется, он все же не был рад отношению Конральда на моем фоне.
Я уже хотел спросить, почему они не нравятся еще и Аврону, но дорога пошла вниз с небольшого холма, а нам показалась раскинувшаяся в несколько улиц деревня и поля, по площади куда больше, чем у Бережка.
Начав считать дома, я быстро сбился уже на третьем десятке, хотя едва ли просчитал и половину. Вспомнив разговоры про деревни вообще, я понял, что меня опять заболтали, убедив, что нигде нет большого населения.
То ли люди здесь и правда не знают, сколько где живет народу, то ли меня нарочно дурили, принимая за шпиона.
Нички смотрелись куда более благополучной деревней на фоне Бережка. Практически город, хотя дома в большинстве своем все равно покрывала солома. Каменных строений я нигде не заметил, но не увидел и сожженных остовов или фундаментов, которые выступали из земли сгнившими зубами цивилизации.
– А еще, чем больше население, тем больше охраны. Но я утверждаю, что в военное время для деревни впору иметь целый гарнизон.
– У охраны деревни тоже есть какая-то формула? – уточнил я.
– Не то чтобы формула, но так сложилось, что на пятерых жителей нужен один боец. Чаще всего так и получается.
– Почему тогда в Бережке ты один?
– Потому что денег на второго не хватило, – захохотал Конральд.
Мы подошли вплотную к деревне. Наша группа вызвала определенный интерес и постепенно нас начали обступать жители. Но выглядели они не так грозно, как в Бережке, когда готовились драться между собой. Мирные, но дико любознательные.
И, в отличие от первой деревни, здесь было немало детей. По крайней мере, пяток я уже насчитал, хотя мы не дошли и до середины деревни.
Людей вокруг нас становилось все больше, и, когда мне стало невтерпеж, я остановился:
– Что в нас интересного?
– В наше время редко увидишь путников, – вежливо произнес селянин. От него резко пахло потом, но выглядел он довольно опрятным.
– Мы гости. Ищем кое-кого. Женщину на молодой лошади. Почти жеребенке, – выдал порцию интересностей Конральд. Люди начали шептаться. – Видели вы ее или нет? Говорите сразу. Персона важная, ее ищут!
– А вы подите дальше, господа, – продолжал все тот же селянин. Остальные начали посматривать на нас с опаской. Сказалось то ли слово «важная», то ли речь Конральда. – В таверне поспрашивайте. Там разные слухи и сплетни собираются. Может, и про вашу даму чего интересного узнать сможете.
Другие так и не заговорили, но кольцо местных быстро рассосалось, когда селянин закончил говорить. Люди дали нам дорогу, вдогонку указав, что таверна будет за поворотом направо.
 
– А нас тут лучше встречают, да, Аврон, – я толкнул локтем друга, но тот опять что-то пробурчал в ответ. Я, заинтересованный видами новой деревни, почти не слушал его и не обратил внимания на то.
А в Ничках было, на что посмотреть. Похоже, что здесь дома если и подвергались разорению, то довольно давно. Люди успели отстроиться, успели вернуть приятный облик своим домам.
Некоторые срубы даже были покрыты тесом, а не соломой. Другие – чем-то наподобие черепицы, только из ровных обрезков дощечек. Выглядело все свежим, максимум – пару лет как отстроенным.
– И не скажешь, что прошлым летом Нички сгорели наполовину, – добавил Конральд. – Я же говорю, люди как тараканы. Вон там, – он указал вперед, где за рядом домов сразу же начиналась трава. Поля зеленели чуть дальше. – Упал тапок войны и прихлопнул половину деревни. Так видишь, отстроились немного по-другому. Даже улица центральная шла под другим углом. Не как сейчас, а во-о-от так, – он изогнул руку, витиевато показав направление старой улицы.
– Я думал, что деревня не менялась уже много лет. Это же Нички, ты сам говорил!
– Так название придумали давно. Что же теперь, менять его, потому что противник сжег половину поселения? Забавный ты, Бавлер, – Конральд покачал головой.
Мы встали посреди деревни. Влево и вправо уходила широкая улица. Ребятишки, которые остались нас преследовать, разбежались в разные стороны, как только мы остановились.
Я обратил внимание, что здесь много живности, есть лошади и повозки, тележки и многое другое. С Ничками вполне можно было бы торговать, в отличие от Бережка.
Внезапно большое население деревни давало больше возможностей. Но сперва – дела. Фактические дела. Это не какие-то там Вилларибо и Виллабаджо… черт, откуда же эти названия у меня в голове!
– Комары? – участливо спросил Конральд, заметив, что я дернулся.
– Нет, просто странные мысли. Не понимаю, откуда это все у меня в голове.
– Когда я впервые на войну попал, чего только не передумал. У тебя все проще. Только не переживай особо. Все болезни от нервов. А лучшее средство от нервов – здесь, – и он указал рукой на таверну, которая расположилась на подобии площади почти в самом центре деревни Нички.
 
Глава 9. Деньги решают
 
Место, в котором можно было продать или купить информацию, а не только выпивку, внушало доверие массивными вертикальными столбами в углах строения. Это были не столько опоры, сколько определенный статус. Мощь, прочность.
Не подгнившие венцы, не почерневшее и потрескавшееся волокно, из которого, стоит на него нажать пальцем, либо выступала влага, либо вылезал какой-нибудь жук-древоточец, вредно попискивал, что его потревожили, и тут же уползал обратно.
Красивые, волокнистые, с жесткими, но редкими сучками, толщиной почти в два обхвата бревна – я засмотрелся на них и не заметил, как Конральд и Аврон уже вошли внутрь.
– Ты чего застрял? – высунулся наемник.
А я продолжал смотреть, потому что таверна была со вторым этажом, а на нем – роскошный по местным меркам балкон, который на первом этаже служил навесом. А сложная крыша обеспечивала защиту от дождя и снега, чтобы гости не мокли, если решили вдруг подышать свежим воздухом.
Финишной чертой стал дощатый настил. После этого я покорился окончательно, и таверна деревни Нички стала для меня чем-то вроде местной достопримечательности.
– Здрасьте, – я кивнул, войдя внутрь. Конральд и Аврон уже стояли внутри. Наемник указал на столик в углу. – А почему так тихо? Вы не поздоровались?
– Здесь всегда так, – трактирщик выскочил из-за стойки, накинул на плечо желтоватое полотенце, которым только что закончил вытирать кружку. – Проходите, местные просто побаиваются незнакомых лиц. Может, желаете чего-нибудь сразу?
Долгое путешествие не могло не сказаться на мне – стоило трактирщику предложить нам еды, как живот тут же требовательно заурчал.