Венера. Переплетая обрывки жизни (СИ)

Большим и указательным пальцами левой руки он схватил мой подбородок и заставил посмотреть на себя. Затем правой ладонью стал утирать катящиеся слезы с моего лица, еще больше размазывая остатки косметики…
— Почему ты такая упрямая? — прорычал Феликс, опуская лицо ближе ко мне. — Почему ты, сука, такая, бл**ь, упрямая?!
Я отвернула голову в сторону, чтобы не ощущать его губы на своей щеке.
Минуты две он вот так неподвижно вглядывался в мой профиль, дыша перегаром мне в ухо. Я не понимала, почему это чудовище медлит. Почему не сделает то, чего добивалось столько времени с первого дня нашего знакомства?
— Я настолько тебе противен? — вдруг тихо задал он этот риторический вопрос, как тогда…
А потом прошло еще несколько минут в тишине.
— Ты мне тоже не нужна. — Его ладони коснулись моих щек, заставляя вновь взглянуть ему в глаза. — Нет. Ты. Мне. Не. Нужна.
Мне показалось, что он находится в трансе. Феликс уже смотрел через меня, будто разговаривал сам с собой, что — то себе доказывал, прикидывал в уме.
— Я не хочу, чтобы ты была нужна мне…
Я перестала дышать, испуганная этим его состоянием. Это было страшнее, чем его ярость. Так Феликс был похож на умалишенного, а не на зверя… И его это бормотание заставило меня леденеть.
Но в одно мгновение затуманенный взгляд прояснился. Он взглянул в мои глаза и твердо, будто что — то решив, резюмировал:
— Нет. Не нужна…
И с брезгливостью отдернув от меня свои руки, слез. Я закрыла глаза и стала вдыхать воздух. Через какое — то время послушался визг тормозов. Я поняла, что Феликс оставил меня одну. Но его демоны все ещё составляли мне компанию… Его аура висела надо мной всю оставшуюся ночь, что я посвятила самобичеванию…
  
16
 
— Я тебя предупреждал, правда? — Аветисов уныло поглядывал на меня, держа в руках результаты анализов. — Почему не пришла сразу?
— Я…мне…
— Тебе и на этот раз казалось, что все пройдет само? Венера, ты что, правда, не понимаешь всю опасность? Ты хочешь в свои 25 остаться бесплодной?
Его слова заставляют меня опустить голову от стыда, незачем оправдываться, да и оправдания никакого нет.
— Я злюсь, я очень разочарован. Не думал, что ты такая легкомысленная. Мы с таким трудом вернули тебя в норму! — горячо осуждал он меня.
Я продолжала смотреть вниз, пока он изучал все листы, громко вздыхая.
— Я, конечно, ожидал, что рецидив обязательно случится, но мне казалось, что ты теперь будешь умнее — придешь раньше. Как ты могла столько тянуть? Три недели кровотечений!
— Я себя чувствовала не так плохо, как в первый раз…
— Пока! Это пока! — разозлился гинеколог, перебив меня.
Я больше не делала попыток что — либо объяснять, понимая, что это бессмысленно. Я действительно поступила очень опрометчиво, пренебрегая визитом к врачу, но…мне не хотелось никого беспокоить. Чтобы попасть к нему на прием, люди записываются неделями ранее, а я понимала, что, пока меня впишут в эту очередь, все действительно может уже нормализоваться, поскольку в этот раз мне было не настолько плохо. Другой вариант — прием вне очереди, который был абсолютно реален, если попросить об этом свекровь… Понятное дело, со своими проблемами я к ней обращаться не могла. Мне хватило её упреков и причитаний еще с первого раза…
Мой неожиданный обморок перед Розой решил все за меня. Уже через три часа верная подруга, напуганная моим состоянием, договорилась о внеочередном визите через тикин Мэри. Она лично проследила за тем, чтобы я сдала все нужные анализы заблаговременно и посетила эндокринолога, чтобы иметь на руках результаты перед посещением самого гуру.
— Венера? — обратился ко мне Михран Альбертович. — Могу я задать тебе вопрос?
Я уже знала, о чем он меня спросит, и лишь коротко кивнула.
— Я не хочу вникать в причины — это не мое дело, но как врач я обязан понять, что делать дальше. Поэтому, хочу, чтобы ты была откровенна. Хорошо? — он дождался, пока я вновь кивну. — Ты собираешься рожать от своего мужа?
 
Мне нечего было ответить. Я тупо смотрела ему в глаза в поисках какой — то помощи, мне сейчас это было очень необходимо. Я запуталась, мне было страшно, я не знала, что делать дальше.
— Девочка моя, я тебя уверяю, что это не шутки. Ты рискуешь остаться бесплодной с букетом таких нарушений. К сожалению, они не имеют конкретного лечения, поскольку гипоталамическая дисфункция — одна из малоисследованных тем в медицине. Шанс на нормализацию работы организма тебе может дать беременность, во время которой происходит масштабная перестройка систем. А в противном случае — ты лишаешься как возможности стать матерью, так и возможности в дальнейшем быть полноценным здоровым человеком.
Внезапно обстановка стала давить на меня настолько сильно, что перед глазами вновь все поплыло. Я потянулась к своей сумке и вытащила бутылку воды, надеясь, что это меня немного взбодрит. Если я снова упаду в обморок, да ещё и на глазах Аветисова, это уже будет катастрофа.
Все это время он наблюдал за мной с неприкрытым осуждением во взгляде, понимая, что мне плохо, потому что я сама виновница всех своих бед.
— Думаю, в стационаре у тебя будет время хорошенько обо всем подумать. Я сейчас позвоню вниз и договорюсь, чтобы ты прошла МРТ с контрастом, нам нужна детальная картина состояния сосудов твоей головы. Пойдем по кругу, чтобы исключить все возможные причины рецидива…
Михран Альбертович еще какое — то время что — то говорил, объяснял, расписывал все, что мне надо будет пройти завтра перед госпитализацией, но я его уже не слышала. Я просто пыталась смотреть на него и не потерять остатки сил.
Когда я вышла из кабинета, Роза с матерью подлетели ко мне. Подруга сразу же выхватила все направления и принялась читать рекомендации гинеколога.
— Ты завтра снова ложишься сюда, Венера.
— Да, он сказал.
Роза озадаченно закусила губу, продолжив изучение истории болезни.
Тетя Эльза с неподдельной тревогой спрашивала дочь, что еще там написано, поглаживая при этом мою ладонь, будто пытаясь утешить.
— Давайте мы поедем домой, там уже все и обсудим, — вглядываясь в мое бледное лицо, предложила подруга.
Даже сам факт моего плачевного состояния не влиял на меня столь ужасно, насколько влиял данный поход в лечебное заведение. Я еще с прошлого раза помню свое отвращение к этой обстановке, белым стенам, специфическому запаху и витающему духу какой — то безысходности. Пока я сидела в очередях к специалистам, мне пришлось выслушать сотни душераздирающих историй. И ничто так не подрывает веру в хорошее так, как это делают разговоры о болезнях в коридорах медицинских учреждений…
Я была бережно посажена на заднее сидение машины, а тетя Эльза присела рядом, давая возможность положить отяжелевшую голову ей на плечо.
Роза вела машину в полном молчании, она была очень хмурой, а изящные брови в результате этого сложились в одну линию, сходясь на переносице. Мне было так жаль, что они переживают за меня…так жаль, что приходится причинять столько неудобств, неприятностей, хлопот и затрат…
— Сегодня я переночую с тобой у нас дома, завтра сама привезу.
— Не надо, пожалуйста. — Взмолилась я, приподняв голову и подавшись вперед. — Ты и так из — за меня сегодня оставила Анушик свекрови.
— Глупости. — Отрезала она, не став меня слушать и взяла телефон, набирая кому — то. — Алло? Феликс, ты можешь говорить? Завтра Венера ложится в эндокринологическое отделение, как в прошлый раз. Я везу её к нам, мне кажется, будет лишним беспокоить твою маму, поэтому сообщи ей сам, когда вернешься домой.
Ну, это вряд ли, конечно — чтобы его матери было интересно, что со мной происходит. Роза слишком высокого мнения о наших с ней отношениях.
— Венера? Пока нормально, но выглядит слабой, — подруга повернулась ко мне и, разглядывая лицо, описывала состояние Феликсу, отчего мне стало очень неловко. — Она потеряла сознание на несколько минут, когда была у меня в гостях. Феликс, у неё снова осложнения. Я сразу обратилась к Аветисову.