Eroge LV4: Сисек будет много (СИ)

— Вернусь домой и продолжу спасать мир, как всегда… — да уж, скучноватая у меня жизнь.
— Если мы продолжим тут сидеть, точно простынем, горный воздух слишком обманчив. Когда начнешь чувствовать холод — уже поздно. Может, пойдем в воду?
Я сглотнул накопившуюся слюну, пока она все это озвучивала, не забывала делать все эти заманчивые и соблазнительные движения грудью. Из-за чего я не мог сосредоточится на разговоре и все время был занят своими мыслями.
Я зря повернул голову в сторону и увидел отражение в висящем на стене зеркале напротив нас, я вижу ее милые грудки, пришлось поспешно отвести взгляд, чтобы из носа не побежала кровь.
— Так ты не против, если я прикоснусь к тебе… там? — вдруг прямо спросил я.
— Можешь трогать меня, где захочешь. Ты мой герой и мой спаситель, делай со мной все, что сам пожелаешь — ответила она с мягкой улыбкой и чуть улыбнулась, показав острые звериные клыки.
— Тогда закончи с мытьем и встань — приказал я.
Набрав воды в деревянное ведро, она выплеснула его на себя, смывая теплой водой мыло, потом так же окатила и меня. После поднялась на ноги, я был рад отметить, что она отвела взгляд, когда увидела моего питона перед собой, и ее щеки порозовели. Хотя она и пытается выглядеть смелой и решительной, считает себя циником, есть в ней обычная для девушек робость и стеснительность. Хорошо. Не представляю, как бы я решился на подобное с девушкой, которая заточила чувства в броню. К той же Саори я боюсь и на пушечный выстрел подойти.
Ладно… приступим уж, чего ждать? Хотя если признаться, я немного нервничаю. Даже слишком.
Щеки Тамао покраснели, она отвела взгляд, потом поняла, что ее отведенный взгляд уткнулся в зеркало и поспешно отвернулась в другую сторону.
— Постарайся быть понежнее, ладно? А то твоей дубинкой только двери вышибать — в голосе мелькнули знакомые дерзкие нотки, недолго она смогла сохранять иллюзию вежливости и ранимости, впрочем, так даже лучше, пусть проявляет свой истинный характер, а не примеряет очередную лживую маску., даже ради моего самоуспокоения.
— Мне лечь, или что? Или может нам лучше пойти к воде? Тут наверное будет неудобно подобным заниматься… хотя я бы очень хотела, чтобы ты коснулся меня… ну… там… понимаешь?
Не слушая ее предложений, пусть и довольно здравых я опустился перед лисицей на колени. Она слишком напряжена, и вздрогнула едва я подобрался ближе, но отступать и убегать не стала.
— Кья! — издала она невинный резкий вскрик, едва я уткнулся носом ей в лобок — чего это ты задумал? — в голосе тревога, и странное выражение удивления на лице.
— ты же сама просила, дотронуться до этого места. Неужели передумать успела? — с иронией спросил я, касаясь языком ее киски.
Она еще раз тихо пискнула, на манер актрис из классических фильмов, и попыталась свести ноги вместе, пришлось сильной хваткой сжать ее бедра с внутренней стороны и развести.
— Эй! Чего ты! Стой!
Она еще что-то там лепетала, но было поздно, язык уже проник внутрь, лаская ее половые губы, как с внешней стороны задевая малые лепестки, так и внутри. Ее слабые протесты и вскрики, вскоре сменились на стоны, хотя она и не бросала попытки как-то оттолкнуть меня или избежать ласк самой. Но я был неумолим, продвигаясь все глубже, пока она не начала стонать так громко, что начала хрипеть, влажные звуки (источником которых были вовсе не горячие источники) полностью заполнили маленькую комнату.
— Может, все же перейдем к воде? — ее последняя надежда была разрушена, моим явным отказом.
— Ты мне нравишься Тамао.
— Я… ясно…
— И твоя мать мне тоже по вкусу. Вы обе очень милые и точно заслуживаете лучшей жизни, так позволь спасти вас.
Я продолжал целовать и лизать сочащуюся соками любви щель, пока ее бедра не скрутила судорога, настолько сильная, что ее бедра стали словно деревянные, а колени подогнулись, она была вынуждена схватиться за мою голову и плечи, чтобы не упасть на пол. Судорога была такой сильной, что даже пальцы на ее ногах сжались. Опасно делать такое на мокром полу, но как же можно поступить иначе?
 
«Вы получили +200 очков опыта» — прочтя всплывшее в воздухе сообщение, я вытер подбородок, и словно хищный зверь уставился на девушку, которая училась заново дышать, она выглядела сейчас такой ранимой и слабой, что мне захотелось еще немного над ней поиздеваться. Моя садисткая натура давала о себе знать.
— Итак, что там по проклятью? — внезапно задал я вопрос.
— Ну… — начала она, потом замявшись повторила — ну… было странное чувство, будто часть груза с моей души спала, но совсем небольшая… вот…
— Ясно — я кивнул каким-то своим и крайне извращенным мыслям — значит этого явно не хватит, а это означает только одно. И знаешь что?
— Ч-что? — она едва не вскрикнула от испуга увидев хищный блеск во моем взгляде.
— Нам стоит перейти к воде и продолжить там.
— Ясно… — она чуть отстранилась, делая запоздалую и бесполезную попытку прикрыть грудь, но я схватил ее за запястье и указал в сторону горячих источников.
— Пойдем же! Нас явно ждет незабываемое приключение! — мой голос просто сквозил сарказмом и я добавил, чтобы было яснее — по-крайней мере, одного из нас.
Сказав это, я с огромным трудом смог сохранить лишенное лишних эмоций лицо и удержался, чтобы не подмигнуть.
Сперва ее мать, теперь сама Тамао. Если все пойдет по плану, я отведаю главное блюдо в меню этой жуткой полной призраков и демонов гостиницы — лисий оякодон. О, это блюдо сполна исцелит все мои страхи и переживания, уже не терпится попробовать!
 Глава 35 Оямадо — Тамао 3 
 
— Если будешь стоять здесь мокрый, то точно простудишься — напомнила девушка, первой направившись к источникам, я не упустил шанса, бросить быстрый взгляд на ее попец. Никакого лисьего хвоста не было, обычная такая сочная задница, на первый взгляд и не скажешь, что передо мной мифическое существо, а не обычная студентка.
Она вошла в воду и я последовал за ней, Тамао вошла в воду так, что та закрывала ей лишь ноги и нижнюю часть бедер, ее хорошо выбритая и блестящая от соков киска грозила вот-вот коснуться поверхности воды, но она стояла, чуть прикрывая груди, ее движение выглядело каким-то неловким, особенно на фоне недавних событий. Такое чувство, будто она не знает — стоит ли ей отбросить оставшийся стыд, или сохранить его, крайне нерешительно она выглядела. Я вспомнил образ Тамао, крепко засевший в памяти из-за недавних событий. Грубо и слишком резкая, она точно не выглядела в обычно обстановке хрупкой и ранимой. И когда полезла в бой с тем демоном, была просто воплощением решимости. Как-же неуловимо меняется характер девушки, если снять с нее всю одежду, прямо как с лука спадают слои, главное, чтобы в итоге не пришлось проливать слезы.
Думая о всякой высокопарной чуши, я зашел в воду и едва не вскрикнул, а она действительно была горячей. Ноги обожгло, и кажется, я только сейчас начал осознавать, как же раньше мне было холодно. Очень быстро вода из обжигающе-горячей стала приятной.
— Если ты и в самом деле, хочешь это сделать, то… — начала она, чуть замявшись, и кажется набравшись уверенности продолжила — …мне пожалуй не стоит скрывать своего тела.
Она медленно убрала руки, закрывающие грудь, она слишком резко в финале повела плечами и ее дыньки качнулись. Соблазнительно качнулись. Фрукты спелые и самое время сорвать их с ветки… я приложил всю силу воли к тому, чтобы не наброситься на нее словно голодный хищник — хватая за сиськи. С такими женщинами надо быть аккуратнее, никогда не знаешь, как она может отреагировать в следующий момент.
 
Нет второго шанса произвести первое впечатление. Ее мать — Сидзуко показалась мне вежливой и заботливой, Тамао же скорее напоминала шторм. Если он немного и утих, то в любую секунду может разгореться вновь.
Я точно понял, кого она мне напоминает — Саори. Она словно моя сестра. Может быть спокойной с виду, но пугает до жути. Может поэтому я так нерешительно себя виду? Потому что проецирую образ своей жуткой сестры на эту лисичку? Надо бы перестать себя грузить подобными мыслями иначе кукухой поеду.