Продолжай (СИ)
Было страшно повернуть голову. Но он повернул и посмотрел. Взгляд расплывался. Но когда сфокусировался, полосок там не было. Ни одной, ни двух.
- Как ты можешь красить глаза, когда там идет такой процесс!
Вредная Чешко лишь пожала плечами.
- Процесс без меня идет, а я пока тоже делом занята.
Он не отрывал взгляд от теста. Даже не мигал. И вдруг…
- АААААААААААААААААААААААА!!!
Громко звякнула баночка крема, оброненная в раковину.
- Твою мать, Ракитянский! Это Диор! И если баночка разбилась…
- У нас две полоски! У нас две полоски!!! Какой к черту Диор! Мы беременны!
Поля аккуратно взяла полоску теста из рук Славы. Две. Две, мать их!
Залетим – родим. Но как бы удержать себя в руках?!
- Ну вообще-то, с точки зрения физиологии, из нас двоих беременна только я.
Он лишь нелепо махнул рукой. Задев плечом за косяк, вышел из ванной. Было видно, что Слава не вполне отдает отчет в том, что делает. И Полина пошла за ним следом.
- Так, что я делал до? - Ракитянский тяжело осел на табурет. - Завтракал?
- Завтракал, - Поля подошла сзади, уткнулась губами в русую макушку. - Скушай оладушек, Слава.
- Да, - цапнул с блюда пару оладий. - Мне надо хорошо питаться, - принялся задумчиво жевать. - Я же… теперь отец. Может, бегать снова начать по утрам? Я же должен теперь быть в форме и вообще…
- И никакого алкоголя… - мурлыкнули ему туда же, в макушку.
- Да, точно!
Полина не выдержала и рассмеялась
- Слава, выдохни уже! - обняла за широкие плечи. - Съешь еще оладушек… будущей папаша.
Вместо того, чтобы завтракать, он обернулся и подозрительно уставился на Полину.
- А ты почему не волнуешься?
- Мое время волноваться придется попозже, - у нее мягкая и беззащитная улыбка. - Месяцев через восемь.
Ее крепко обняли и уткнулись носом в грудь.
- Не волнуйся. Я с тобой.
* * *
- Правила очень простые. Не спорь с ним. Со всем соглашайся. И обязательно похвали грибы.
- Какие грибы?
- Я почем знаю? – было заметно, что Слава слегка нервничает. – Что он там собирает и солит? Грузди, наверное. Или подосиновики. В общем, лучше помалкивай. Я сам все сделаю.
- Если ты преследовал цель успокоить меня… - Полина отогнула защитный козырек от солнца, проинспектировала свое отражение в зеркальце с его обратной стороны и вернула козырек в исходное положение, – то ты добился прямо противоположного эффекта. Я начинаю нервничать.
- Нет, что ты! Не нервничай, пожалуйста.
- Все, у меня уже и руки трястись начали…
- Поля! – красный «BMW» принял вправо и прижался к обочине. Мужчина взял в свои руки женские пальцы, подышал на них. – Тебе нельзя нервничать!
Полина какое-то время сидела молча, наслаждаясь. Потом смилостивилась. Освободила руки. Взъерошила русую макушку.
- Поехали. Я все усвоила: молчать, кивать, рот открывать только чтобы есть и хвалить грибы.
- Да. И не бойся. Они не кусаются.
- Зная тебя, я уже ни в чем не уверена. Кто-то же тебя этому научил.
Он все-таки рассмеялся. И машина тронулась с места, направляясь в Коломну, на родину Ростислава Ракитянского.
* * *
За столом чувствовалось легкое напряжение, но четверо умных взрослых людей с ним пока прекрасно справлялись. Знакомство прошло гладко, приглашение к столу было любезным, темы для разговора складывались в целом нейтральные. Ракитянские обменивались семейными новостями, Поля молча кушала. И разглядывала родителей Ростислава. Он копия отца – Игорь Вячеславович такой же крупный, шумный, экспрессивный. Точнее, Слава на фоне отца кажется не таким уж крупным и экспрессивным. Мама, в противовес, невысокая, хрупкая, с негромким голосом. Большие темные глаза и тонкий с горбинкой нос. С матерью у Ростислава нет ничего общего.
- Мариночка, а что же это у нас ни грибочков, ни водочки на столе нет? Забыла?
- Не забыла. Просто дала вам возможность наговориться, - женщина улыбнулась. Вот. Улыбка у Славки мамина. Марина Давидовна встала из-за стола и отправилась на кухню. Полина посмотрела на Славу, и он едва заметно качнул головой. Понятно, сидим дальше и молча кушаем.
- Ну что, за знакомство надо выпить? – Игорь Вячеславович аккуратно разливал водку по рюмкам. – Поля, вы водочку употребляете? Или вам, как и матушке нашей - вина?
- Поля будет сок.
- Чего это? – нахмурился глава семейства Ракитянских. – А как же грибочки? Грибы с соком совсем не то. Ну хотя бы рюмочку – чтоб грибы-то оценить.
- Поля пить не будет, - тихо, но твердо проговорил Ростислав.
За столом повисла тишина. Которую нарушила Марина Давидовна.
- Слава?
- Да? – Ростислав смотрел сначала в скатерть рядом с тарелкой. А потом поднял глаза на мать. Взгляд невинного агнца ему удавался откровенно плохо.
- Как это понимать? – голос Марины Давидовны звучал тихо-тихо
- Ну ты же и так все поняла, - так же негромко ответил Слава.
И снова тишина. А потом Марина Давидовна звонко ударила ладонью по столу.
- Да что же вы за мужики такие, Ракитянские! Бедная, бедная девочка… - женщина быстро поднялась со своего места, быстро же подошла к Полине, обняла ее сзади за плечи, огладила и выпрямилась. – Ну, ничего, голубка моя, сейчас мы это быстро исправим…
- Чего исправим-то? – Игорь Вячеславович так и сидел с бутылкой беленькой в руках.
- Чего исправим?! – Марина Давидовна всплеснула руками. – Да то, что вас. Ракитянских, только по залету в ЗАГС можно отвести!
- А-а-а… Э-э-э… - мужчины семейства Ракитянских продемонстрировали трогательное единодушие в реакции на слова жены и матери.
- Мам… - Слава все же собрался со словами. – Так это что же… Ты же говорила, что я недоношенным родился…
- Это вы, Ракитянские, мозгом недоношенные! – тут же мгновенно вскипела Марина Давидовна. - Два года твой отец мне голову морочил, два года! Пока я не забеременела! А так бы и не…
- Мариночка, ну что ты… - Игорь Вячеславович поставил, наконец, бутылку на стол. Вид он имел крайне смущенный. – Все же хорошо, смотри, сын у нас какой вырос.
- Такой же балбес, как отец! – отрезала Марина Давидовна. – Той же тропинкой пошел! Как человек не мог сделать! Только ребенок вас и способен заставить жениться!
- Ну ма-а-ам…
- Не мамкай! Все, я звоню бабушке!
- Не надо! – тут уже не просто единодушно, а совершенно хором взвыли отец и сын.
- Значит, так! – Марина Давидовна воинственно подбоченилась. – Завтра ты, – она нацелила указательный палец на сына, - ведешь эту милую девочку, - тут Полю одарили поцелуем в макушку, - в коломенский ЗАГС.
- Мам, в воскресенье ЗАГС не работает, - растерянно начал Ростислав и замолчал под взглядом матери.
- А это, - тут женщина повернулась к мужу, - уже твоя забота! Договорись! А если вы это не сделаете, я звоню бабушке!
- Не надо! – дружно заголосили мужчины. – Не надо звонить Лиане Робертовне!
Ракитянские еще препирались какое-то время, Марина Давидовна ругала и мужа, и сына, Слава вяло оправдывался, Игорь Вячеславович кому-то звонил. А за их спинами Поля методично уничтожала маринованные подосиновики, макая их в рюмку с водкой.
* * *
- Не, я не могу, у меня на эти даты везде все занято.
- Ты издеваешься?!
- Почему? – Тихий лениво зевнул в трубку. – Реально все забито на два месяца вперед. Давай на попозже, а?
- Я не могу позже!
- Ну и что у тебя за срочность? – в голосе друга и крупного столичного ресторатора в одном лице послышалось раздражение. – Чего приспичило?
- Залетели мы! – после паузы довольно хохотнул Слава. – И требуется срочно жениться!
Ответная пуза была вполне значительной.
- Вот что бы тебе как Ванечке – по любви не жениться? - вздохнул старший в их трио мушкетеров. - Нет, ты с меня дурной пример взял – по залету.