Продолжай (СИ)
- У меня тоже! – она вдруг порывисто обняла его. – Сейчас, непорядочный адвокат освободит место порядочному адвокату.
Ракитянский ухмыльнулся и плюхнулся в кресло. Не женщина – мечта!
* * *
- Поля, ты ж моя красавица!
Полина вздрогнула. В зал она вошла, изо всех сил не давая себе втягивать голову в плечи, но внутренне готовая к нагоняю от Зоси. А вот к «красавице»… Нет, не готовилась.
- Привет, куколка! – щеки коснулась щека. – Куда пропала? Изменяла мне с другим тренером, признавайся? – Зося погрозила ей пальцем, а потом без предупреждения огладила ягодицы. – Где такую попу нагуляла, на каких тренажерах?
- Эмн… - профессиональный адвокат затруднилась с ответом. И решила рискнуть и сказать правду. – Вообще забила на спорт, Зось.
- Врешь! – оглаживание сменилось звонким шлепком. – Ты что-то с собой делала, я же вижу. А ну-ка, рассказывай – что?
- Да я… - Поля вздохнула. – Влюбилась просто. И замуж выхожу. Похоже.
- О-о-о… - Зося округлела ртом. – Ну я всегда это знала! Что нет лучшего фитнес-тренажера и мотиватора, чем правильный мужик! Судя по этому… - ладонь тренера снова придирчиво огладила Полину пятую точку. – Мужик тебе попался на редкость толковый. Так, ну-ка пойдем!
- Куда? – пискнула Полина.
- За ширмочку! Покажу тебе пару упражнений для органов малого таза. Он после этого у тебя с рук будет есть и в ЗАГС на руках понесет!
- Зосенька… - Поля споткнулась о штангу, увлекаемая неумолимой и неутомимой Зосей. – Может, сплит… прессик там… французский жим, а?
- За ширмочку, я сказала!
* * *
- У-ф-ф-ф… - он шумно и удовлетворенно выдохнул. – Знаешь, что я понял? Что я обожаю Коровкина.
- А я – Коровкину, - мурлыкнула Поля, прижимаясь к голому горячему мужскому телу. – Назовем детей в их честь?
Славка вздрогнул всем этим своим горячим телом от смеха.
- Не настолько!
* * *
В общем, они просто стали жить вместе. Признание в любви и даже замуж – это все прекрасно, но жизнь взяла их обоих в оборот споро, и лавина дел накрыла с головой. У Славы несколько крупных процессов, из которых он выпал по счастью ненадолго, а у Полины вообще завал по всем фронтам – только держись.
Правда, Ракитянский реабилитировался за порчу казенного документа. Нашлись у него нужные знакомые, и паспорт Полине выправили в кратчайшие сроки. Ростислав Игоревич добросердечно предложил ей сразу вписать в паспорт нужную фамилию и снова был бит паспортом. Нет уж, замуж позвал – будь любезен! А он был очень любезен, но чрезвычайно занят. Они, впрочем, оба.
* * *
Улетел в командировку. На целых три дня. Ей бы радоваться – есть возможность хоть что-то сделать для себя, потому что когда Слава рядом – он поглощает все ее время. Но Полина, как малолетняя романтичная дурочка, тоскует. Пишет сообщения и шлет фото. Господи, он же приедет через два дня! И как прожить эти два дня, зная, что ты придешь домой – и там никого. Спать она ложится в его футболке.
* * *
Первое, что увидела, открыв дверь – его туфли. Приехал! А ведь завтра должен был…
Ее туфли остались валяться рядом с его.
Слава спал в кресле, и она замерла на пороге. Он только туфли и снял. Портфель стоял тут же, рядом с креслом. Немного ослаблен галстук и расстегнут пиджак. Голова откинута назад и набок, руки на подлокотниках лежат спокойно. Любоваться. Просто стоять и любоваться. Долго-долго. Но не бесконечно, правда же?
Полина прошла и аккуратно села на подлокотник кресла чуть двинув его руку. Взъерошила волосы.
- Откуда ты взялся? - тихо на ухо.
- Прилетел последним рейсом, - сквозь сон. – Чтобы тут уснуть.
- Не все ли равно, где спать?
- Мне – нет. А тебе – все равно?
- И мне не все равно, - она трется щекой о его щеку. - Устал? Хочешь на ручки?
- Хочу. Иди на ручки, - Слава потянул ее на себя, и вот она уже на его коленях. И на чем-то еще, весьма твердом.
- Вот так спал, никого не трогал, - вздыхает Ростислав на ее ерзанья. - А ты пришла и…
- Пойдем в постельку, любимый, - сдерживаться сил нет, и она припадает долгим влажным поцелуем к его шее. - Ты ляжешь на спинку, и я тебя там нежно и ласково трахну.
- Шиш тебе. Это я тебя… - встает с ней на руках. – А впрочем, давай.
Зато утром…
- Слава, презерватив где?! Ты почему презерватив не надел?!
- Я?! Кто трахает, тот и презерватив надевает, - традиционно сонно из-под одеяла. А ей хочется смеяться. Потому что залетим – родим!
Однако ее подлый организм, ее фирменная фертильность - взяли, похоже, паузу. У них со Славой были и прерванные, и безопасные дни и просто – потеря контроля и памяти. Но фертильность молчала. Подлянок не устраивала. И Поля почему-то считала это очень хорошим признаком.
* * *
И снова командировка. И снова она скучает, но держит себя в руках и даже с пользой для внешности проводит время. И снова он возвращается последним самолетом. Уставший.
Они лежат, обнявшись. Она слушает его мерное дыхание.
- Парадо-о-о-кс, - слышится его ленивое. А думала, уже уснул. - На секс сил нет, а целоваться с тобой все равно хочется. Вот как это называется?
- Это называется любовь, - улыбается ему в плечо.
- Чудесно. Оказывается, когда не стоит – это любовь.
- Все-то вы, мальчики, этим самым местом меряете. Подумаешь, не стоит, важность какая.
- У вас устаревшая информация, адвокат Чешко, - неожиданно подминает ее под себя. - Уже стоит. Картина мира восстановилась.
* * *
- Слава, где трусы?!
- Ну ты же ко мне приходила в одном плаще на голое тело…
- Но я была в трусах!
- Ну так что же я – не могу ничего своего, оригинального придумать?
Романтическая прелюдия временно останавливается от того, что девушка содрогается от хохота. Мужчина гладит ее по спине и довольно улыбается.
- Вот ты в мои трусы как к себе домой залезаешь!
- А разве это не мой дом? – возмущается он. Ей все еще смешно, но она кивает.
- Мой дом – твой дом.
Смех сексу не помеха, а только приправа – так считают они оба. Но в какой-то момент перестают даже улыбаться. Примерно тогда, когда по степени наличия – а точнее, отсутствия белья они сравниваются.
* * *
Непонятно как, но вдруг – Новый год. Они решили встретить его оригинально – в постели. А накануне, во время уборки Ростислав нашел трофей, привезенный Полиной из железнодорожного путешествия.
Она только-только сняла со сковороды очередную порцию печеночных оладий. И тут на кухню явился Ростислав. С книгой в руках. И прекрасно поставленным адвокатским голосом начал читать:
- Все мое тело сотрясали пароксизмы страсти, пока он твердой рукой ласкал мою мокрую киску. Я рыдала от наслаждения и хотела кричать как чайка. Мне вот интересно, - Слава заложил страницу пальцем, - почему чайка не поймала кошку, если та упала в воду? - а потом, с внезапным воодушевлением: - Слушай, а как кричат чайки?
Громко они кричат! И пронзительно! Попытка отобрать книгу не увенчалась успехом. Ракитянский влез на стул и продолжил чтение оттуда. А там дальше оказалось такое… Поля слушала, открыв рот.
- Ну, чего молчишь? – поинтересовался из-под потолка Ростислав. – Апеллируй!
- Слава, я выбью табурет! – Полине стоило огромных трудов не улыбаться. Ответом Поле послужила очередная цитата сверху, из-под потолка, про перевитый венами ствол, похожий на эклер, и сладкие дырочки. Дырочки?! Женщина-дуршлаг?
- Слушай, я это заскринил и отправил мушкетерам, - шумно выдохнул Слава после очередного пассажа про женщину-дуршлаг.